"Фантастика 2024-180". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)

Леог утверждал, что Хорнит умеет ходить по запаху. Что ему достаточно один раз встретиться с существом, чтобы гарантированно найти его в любой точке мира. Причём без разницы, какого мира. Собственно, на это весь расчёт и строился — едва пространство вокруг нас обрело плотность, я использовал технику перемещения ещё раз, уносясь ещё дальше. Каким бы молниеносным громила ни был, ему всё равно потребуется время, чтобы пробежать пятьдесят километров. За мгновение такое расстояние без техник не преодолевается. Хотя перед тем, как мы перенеслись второй раз, духовное зрение успело показать патриарха громил — он мчался строго за нами, словно прекрасно понимал, куда мы сбежали. И скорость, с которой он передвигался, пугала. Хорнит всего за несколько мгновений умудрился пробежать десять километров.
Плохо, но не смертельно. Я трачу на переход одну секунду, Хорниту требуется на то же расстояние пять секунд. Чтобы Вилея сделала свою часть работы, ей необходимо секунд двадцать-тридцать. Ещё десять на то, чтобы отработал механизм древних. Ещё десять — чтобы всё заработало как надо. Итого мне необходима фора, в идеале, около минуты. Это двенадцать-тринадцать прыжков строго по прямой. Вообще ничего сложного!
На всякий случай я сделал прыжков значительно больше. Несколько раз приходилось доставать духовные камни, чтобы восстановить энергию — сопряжённые меридианы опустошались слишком быстро. О том, что происходит с нашей энергетической структурой, сейчас думать не хотелось. Почему окружающее пространство никак на нас не воздействует, несмотря на отсутствие меридианов и ядер, оставалось для меня загадкой. Небо с этим! Буду разбираться позже.
Остановка произошла после тридцатого прыжка. Согласно моим расчётам, Хорнит отстаёт от нас примерно на две минуты. Вечность относительно того, что я задумал. Вилея закрыла глаза и простёрла руки в стороны, взывая к изнанке. На всякий случай я отпрыгнул в сторону — не хватало, чтобы энергия иного измерения превратила меня в размазню и испортила весь план. Никаких иголок между лопатками не возникало, но рисковать не хотелось. Результат действий Вилеи появился через несколько секунд — рядом с ней образовалась арка червоточины, соединяющей мир людей и демонов. Можно было, конечно, перейти на ту сторону и закрыть проход, но все наши советники упорно твердили, что Хорнита это не остановит. Он в любом случае явится за нами. Поэтому простой червоточиной ограничиваться мы не стали.
В стандартной ситуации во время создания червоточин Вилея фиксировала кишку, не позволяя той сжаться. Но экстренные времена требуют нестандартных решений, поэтому вместо фиксации кишки моя жена впитывала в себя всю лишнюю энергию, заставляя пространство между мирами в буквальном смысле орать от напряжения и сжиматься. Арка перехода начала заваливаться — её притягивала земля. Со стороны мира людей происходило тоже самое — арка заваливалась на землю, не в силах противостоять притяжению. Кишка сжалась до минимальной точки и остановилась — для того, чтобы она исчезла, требовалось нечто большее. Мы с Вилеей не тестировали полное объединение мира, так что этот момент являлся слабейшим звеном моего плана. Ладно, одним из многих слабейших частей слабого плана, но я верил в свою жену. Раз она заверила меня, что сможет объединить два мира в одно целое, сомневаться в её способностях было глупо.
Напрашивался разумный вопрос — для чего мне требовались такие сложности? Ответ лежал, на самом деле, на поверхности. Что происходит, когда червоточина схлопывается, а проход между мирами не закрывается? Происходит формирование того, что привыкли называть «полем битвы». Место с повышенной энергетикой двух миров, порождающая тварей из энергии изнанки. Поля битвы в наших мирах являлись редкостью — их старались уничтожать сразу, как только находили. Мало того, что это был проход между двумя мирами, так поля битвы отнимали солидный кусок пространства у двух миров, формируя свою армию. Здесь зарождался хозяин поля битвы, по аналогии с хозяином полигона. Однако в отличии от последнего, хозяин поля битвы не был ограничен пространством. Он жаждал развиваться и заполнять всё своими войсками. В принципе, это была точной копией тех хозяев полигона, что формировались на месте ушедших в небытие аномалий. Разве что работали сразу в двух мирах. Поля битвы давали много ценных ресурсов, клан Тигра, насколько мне было известно, довольно успешно пользовался двумя полями битв, но это было скорее исключением, чем правилом. Эти образования были опасны и их следовало уничтожать при первой возможности.
  
Тем более их не стоило создавать тем, кто брал на себя обязательства по уничтожению полей битвы! Мы, как искатели, должны уничтожать, а не создавать! Но сейчас такие мелочи меня не заботили. Пространство содрогнулось, информируя нас о появлении нового поля битвы, и трава в огромном радиусе от нас пожухла, утратив жизнь. Изнанка забирала своё. Рядом со мной начал густеть туман — хозяин поля битвы только зарождался, но тратить время на него мне было некогда. Пусть появляется, займёмся им потом. Краем сознания я осознал, что слово «изнанка» больше не вызывает у меня приступа паники, но концентрироваться на этой мысли не стал. Прошло уже тридцать секунд из двух минут, так что следовало переходить ко второй части плана. В моих руках появился артефакт, который я вставил в проход между мирами. Одна половина очутилась в мире людей, другая в мире демонов. Ещё раз посмотрев на Вилею, я улыбнулся и передал устройству энергию, активируя его. Если глава гильдии искателей обманул и устройство не сработает, Герлон его убьёт. Правда, мне от этого будет ни тепло, ни холодно. Ибо Хорнит доберётся до меня раньше.
Чем были известны древние? Из-за чего в их мире произошла катастрофа? Всё дело в покорении изнанки — некого отдельного пространства, существующего вне времени. Вот оно, определяющее слово — время. Люди научились создавать устройства, замедляющие время. Дом-телепорт являлся ярким тому примером — в нём имелась собственная система времени, из-за которой мы могли помещать живые предметы в пространственную аномалию. Игры со временем продолжались в пространственных хранилищах, позволяющих сохранять предметы в том первоначальном состоянии, в котором они были помещены в хранилище. Это не только наши кошельки, это ещё и тот браслет, что находится у меня на руке. Огромная область с наследием древних, которое разбирать нам и разбирать. Но ещё одним проявлением игр древних со временем стали временные ловушки, созданные в первые столетия войны между мирами. Древние не имели понятия, как уничтожать червоточины — это знание пришло позже. Да и сами первые червоточины никто не стабилизировал, из-за чего они схлопывались, порождая поля битвы. Через эти дыры в мир людей приходили опасные твари и даосы, ушедшие в другой мир. Древним это не нравилось, и они придумали защиту. Симбиоз техник возвышения и устройств древних. При активации устройства на поле битвы, формируется область с локальными временными аномалиями, способными задержать любого противника. На заре своего возвышения, когда мы с Герлоном и Вилеей только отправились покорять нулевой круг мира демонов, нам на пути повстречалось необычное поле битвы. Тогда я думал, что это естественное образование, ставшее ловушкой для Нургала Ли и Вершителя судеб, что пришёл по его душу, но всё оказалось куда как интересней. Глава гильдии искателей нашёл артефакт, разобрался с его функциями, после чего заманил Вершителя судеб в ловушку. Когда-то в нулевом поясе находилось простое поле битвы, что активно покоряли как демоны, так и даосы. Но Нургал превратил это поле во временную ловушку, спрятав во временных аномалиях не только хозяина поля битвы, но и всех своих недругов. Единственное, чего не учёл — что выбраться из этой ловушки непросто даже для её создателя. Однако и здесь хитрый жук нашёл выход — он принял правильную позу для того, чтобы не развалиться при уничтожении поля битвы. Поэтому, когда мы появились в нужной точке пространства, у нас появилась возможность его спасти.