Хоббит и Гэндальф (Глаз дракона)
И драконша принялась своим длинным шершавым, как напильник языком зализывать свежие раны.
Слюна драконов обладает чудодейственным свойством, прежде всего для них самих. Она моментально залечивает самые тяжелые раны и даже увечья. Вот и теперь Веннидетта сразу почувствовала облегчение. Боль утихла, перестали кровоточить десны в тех местах, откуда Макромант выбил зубы. Не прошло и десяти минут, как Веннидетта была абсолютно здорова. Или почти здорова. Да, на такие вот чудеса способны драконы. Если их сразу не убить, то они моментально оправляются даже после смертельных ран. Не зря в старые времена рыцари старались обезглавить драконов. Других средств в борьбе против них просто не существует.
– Теперь мы посмотрим, кто кого, – удовлетворенно произнесла Веннидетта. – А зубы вырастут. Когда я съем этого двуглава вместе с костями, и выпью мозги из его ненавистных голов, то новые зубы будут у меня уже через неделю. Новые зубы и новые крылья. Кстати о крыльях. Надо бы ими тоже заняться.
Я уже говорил, что одно крыло Веннидетта потеряла в сражении. Кажется правое. При чем в этом была виновата сама драконша. Когда она налетела на Макроманта и обвила его хвостом, то по неосторожности, или даже больше по случайности, сунула одно крыло ему под ноги. И оно сломалось сразу в двух местах, когда они начали бороться. Тогда в пылу сражения Веннидетта этого просто не заметила. Второе ее крыло тоже было повреждено, хоть и не так, как первое. Кажется левое крыло. Это случилось, когда на какой-то момент Макромант прижал Веннидетту к стене. Она не успела сложить уцелевшее крыло, и оно вывернулось из плечевого сустава, который в сущности и приводит весь механизм крыла в действие. Так что когда Веннидетта попыталась пошевелить им, то ничего из этого у нее не получилось. Крыло не сдвинулось с места, даже не дрогнуло. Оно продолжало торчать жалкой тряпкой, от которой теперь не было никакого проку.
– Придется с ним расстаться, – с горечью вздохнула драконша. – А то будет волочиться, цепляться за выступы, да еще при этом шуршать, так что все на милю вокруг будут знать – идет драконша.
Вправить крыло можно было только одним способом. Веннидетта вытянула длинную шею назад и вцепилась в крыло зубами. Нащупала поврежденный сустав и сжала пасть, затем, собрав все силы и мужество, резко дернула голову обратно.
Раздался хруст, за ним, через какое-то время, дикий рев.
От нахлынувшей на нее боли Веннидетта чуть не потеряла сознание. В глазах у нее помутнело, заплавали красные круги. Зубы заскрипели, так сильно сжала их драконша. С трудом она разжала пасть и сплюнула на пол. Но зато крыло встало на место. Но боль в другом крыле с двойной силой продолжала мучить драконшу. И после этого она не выдержала и заревела.
Пламя вырвалось у нее из пасти и опалило все вокруг. Стены содрогнулись от ужаса. Глухое эхо разнесло рев драконши по всем даже самым дальним уголкам подземелья. Услышали его и Макромант с гномами и остальными их спутниками. Они как раз были в самом просторном месте лабиринта. Огромный подземный грот окружал их со всех сторон, в центре него зияла чернотой огромная пропасть. Тревожно они переглянулись друг с другом и поспешили в ту сторону, откуда он раздавался. Они решились на рискованное и очень опасное дело. Тут-то они и встретили Гэндальфа, Бильбо и Крупертропа с поющими эльфами, которые выскочили из незаметного туннеля, который со стороны был больше похож на расщелину. Радринор увидел мага, и тут же разъяснил ему всю ситуацию. Гэндальф слушал его внимательно, а потом спросил:
– В какой стороне драконша?
– Вон в той.
– За мной! Быстрее! Времени почти нет.
И маг быстрой походкой пошел в туннель, где по видимому была драконша. Его сопровождали, Бильбо, который считал, что самое безопасное место, это конечно же рядом с Гэндальфом, Радринор и Трэйн. Остальным Гэндальф велел оставаться на прежнем месте.
– А лучше всего идите на ту сторону пропасти. Через нее есть мост. – Дал он им совет. Мост действительно был. Крепкий широкий мост, построенный орками по-видимому совсем недавно. Все тут же побежали исполнять совет волшебника. – А ты, король, – обратился маг к Макроманту, – встань здесь в засаде. Мы попытаемся выманить на тебя драконшу.
Макромант кивнул головами и послушно встал, где ему было велено.
И смельчаки побежали вперед, навстречу драконше. Впереди бежал Гэндальф, и Бильбо быстро отстал от него. Вот тут он и понял, что совершил большую ошибку, что увязался за волшебником.
А Гэндальф и не подозревал, что Бильбо отстал от него. Он вообще был уверен, что хоббит отправился в укрытие за мостом вместе с остальными.
Вскоре втроем с Трэйном и Радринором они оказались в гроте с дрожащими стенами.
– Что это? – удивился волшебник.
– Это залежи горного газа пытаются вырваться наружу, – объяснил ему Трэйн. – Скорее всего сюда идет драконша, и от ее шагов дрожат камни.
Гэндальф задумался:
– Залежи горного газа хотят вырваться наружу? Очень хорошо. Тогда надо ему помочь. А он горит?
– Еще как! – Трэйн знал толк в рудном деле. – Когда его зажигают, скалы взлетают в небо.
– Вот и славно, – сказал Гэндальф и ударил посохом в пол. С места, куда пришелся удар, тут же пошли в разные стороны трещинки, и очень скоро в гроте потрескался весь пол, и из трещин с шипением пошел голубоватый дымок.
И тут показалась драконша...
Когда Веннидетта вправила себе крыло и заревела от страшной мучительной боли, она совершенно потеряла голову и пришла в бешенство. Никогда в жизни она не испытывала ничего подобного. И жажда мести овладела ею всей без остатка.
– Я отомщу за свои страдания! – заревела она, поднимаясь с земли и расправляя лапы. Ее хвост выбил громкую боевую дробь, затем щелкнул, словно гигантский кнут. – Отомщу! Убью всех, великана, коротышку, гномов, эльфов! Всех! Никого не оставлю. Пусть это будет мне стоить жизни. Хватит унижений!
И она пошла, стремительно и неудержимо. Глаза ее горели ярким огнем, их яркие лучи освещали пространство на несколько десятков шагов вперед, как в наше время фары автомобилей разгоняют мрак на ночной дороге. Теперь драконша не кралась, а шла прямо, и не скрываясь. Поэтому с грохотом опускались на каменный пол ее лапы, и сотрясались при этом стены. Гремела на ходу стальная чешуя драконши, и воздух вокруг леденел от ужаса, слыша ее горячее дыхание.
Вдруг два огромных темных силуэта возникли у Веннидетты на пути. Это были силуэты драконов. Возбужденная яростью и бешеным желанием крушить и уничтожать все вокруг, Веннидетта не обратила на них внимания, только грозно зашипела:
– Прочь! Прочь с моей дороги! Я больше не желаю выслушивать ваши глупые наставления. Уйдите!
Но так как силуэты драконов остались неподвижными, Веннидетта опять взревела, скрутила кольцом хвост, громко им щелкнула и двинулась вперед. В одно мгновение она просто прошла силуэты насквозь. И это было неудивительно. Ведь силуэты принадлежали не живым драконам, а всего лишь их призракам. Вы уже догадались, что это опять к своей дочке явились духи Смога и Ведригайлы. Два призрака. Две тени из прошлого. И Веннидетта не стала их слушать. Когда она скрылась за поворотом, призраки переглянулись между собой. Глаза у них были наполнены великой тоской.
– Она не захотела выслушать нас, – сказала тень Смога. – Какое несчастье иметь такую дочь!
– Да, – вздохнула тень Ведригайлы. – Бедная девочка. Она идет прямо навстречу своей гибели. Рок настиг и ее. Род драконов больше не возродится на земле. И гнев Саурона не даст нам успокоения. Мы не выполнили его приказа, и теперь нас ждет наказание.
И две гигантские тени, понуро опустили головы и с тихими горестными стонами слились с подземельными стенами.
А Веннидетта продолжала двигаться вперед. Чутье ей подсказывало, что она идет в верном направлении. Только вот опасности в этот раз она не заметила, когда ворвалась в очередной подземный грот, в котором пол был весь изрыт трещинами и круглыми дырками, из которых сочился синеватый дым. Она увидела только, как юркнули в том конце пещеры в большой туннель ее враги.