Хоббит и Гэндальф (Глаз дракона)

Бильбо обнял Гэндальфа, прижался к нему и вдруг почувствовал себя самым счастливым хоббитом на свете. Он гладил чуть теплый каменный плащ волшебника, ощупывал его посох, который, кстати говоря, снова был в вертикальном положении, и смотрел и не мог насмотреться на его лицо. И при этом бормотал:
– Гэндальф, Гэндальф это ты!
А Гэндальф смотрел на него добрым взглядом, в котором так и читалась мысль:
«А я в вас нисколько и не сомневался, мистер Бэггинс. В вас и в вашу счастливую звезду. Ну, давай, не тяни больше, дорогой мой Бильбо. Сделай что-нибудь. Просто не представляешь, как мне надоело тут стоять без дела. Одними мыслями сыт не будешь».
Но Бильбо долго еще не мог опомниться и оторваться от Гэндальфа. Пока к нему не подошел Биинор и сразу тремя своими холодными мокрыми носами не ткнулся ему в бок. Тут Бильбо опомнился, вспомнил, что он не один, а с друзьями, и горячо заговорил:
– Мы пришли, чтобы расколдовать тебя, Гэндальф. Я нашел способ, как это сделать и уже всех оживил. А поющие камни оказались вовсе не камнями, а эльфами. Ты представляешь? Поющие эльфы. Они так красиво поют, что вода из волшебного ручья начинает танцевать и...
Глаза Гэндальфа бешено сверкнули. Бильбо сразу прочел в них еще одну мысль: «Хватит трепаться! Мне от твоей восторженной болтовни легче не становится. Делай дело!»
– Сейчас, сейчас! – успокоил его Бильбо, и с волнением стал открывать последнюю фляжку с живой водой. – Вот здесь вода. Сейчас мои друзья споют тебе песню.
Бильбо дал знак поющим эльфам. Лилиан и его спутники тут же взлетели, засверкали яркими огоньками и запели:
Мы перелетели,
Мы прилетели,
Сюда прилетели,
Чтоб сделать добро.
На этой неделе,
На этой неделе,
На этой неделе,
Сверкнет серебром.
Сверкнет серебром
Живая вода.
Что хоббит нашел,
Славься Бильбо всегда!
Сверкнет серебром
Живая вода.
И великий волшебник
Проснется тогда.
Великий волшебник,
Маг Митрандир!
Воитель со злом,
Светлых эльфов кумир!
Очнись, чародей,
Проснись чародей!
И своим длинным жезлом
Взмахни поскорей!
Очень это была радостная песня. Эльфы играли и пели, и волшебная вода не смогла не услышать чудесные звуки. Из узкого горлышка опять появилась хрустальная змейка. Она взлетела в воздух и стала кружиться в удивительном танце. Кружилась, кружилась, пока не рассыпалась над Гэндальфом и не оживила его.
– Не думал я, что это случится так скоро, – сказал Гэндальф, когда все жизненные функции вернулись к нему в полной мере. – Вашу руку, милейший Бильбо Бэггинс!
– Гэндальф! – счастливо воскликнул Бильбо, протягивая волшебнику сразу обе руки. – Как я рад, что ты снова со мной.
Гэндальф счастливо пожал хоббиту руку, потом не удержался, сбросил с себя показную холодность, и обнял своего друга и крепко прижал к себе.
– Я в тебе не сомневался ни минуты, – сказал он. – Ты все правильно сделал. Мой посох, как только увидел Око Дракона, сработал, что называется, на полную силу. Я заложил в него очень сильный удар по Оку, но только не успел его проделать. А сейчас он выстрелил, и хотя до Ока не достал, зато расчистил тебе дорогу ко мне. Очень ловко придумано. Только настоящий Взломщик додумается до этого.
– Это правда?
– Самая что ни на есть. Или не зовут меня Гэндальфом Серым. Теперь давай, расскажи обо всем, что вокруг происходит. Я смотрю, ты обзавелся славной кампанией.
  
– Да это так. Тут все мои друзья. Вот это вот альтасар Биинор, а это...
И Бильбо представил магу всех своих спутников. Затем, захлебываясь от волнения и глотая слова, стал рассказывать обо всем, что с ним случилось. И на весь рассказ, который у читателя занял, скорее всего, не один час драгоценного времени, у него ушло чуть больше трех минут.
– Так, все ясно, – сказал Гэндальф. – Все хорошо, что хорошо кончается. Удача была с тобой, мой дорогой Бильбо. И ты делал все правильно, мой мальчик. Только вот куда девалось Око Дракона?
– Око Дракона? – удивился Бильбо, который во всей этой суматохе о нем совершенно забыл. – Видишь ли... Вот оно, всегда со мной. И теперь я от него с удовольствием избавлюсь. Храни его теперь сам, мой дорогой Гэндальф. Мне от этой игрушки слишком много хлопот.
Оказалось, что даже в столь сложно ситуации Бильбо все равно оказался молодцом. Интуитивно, он все же спрятал Око Дракона себе за пазуху. Теперь он с гордостью достал его и вручил Гэндальфу. Волшебник взял его, внимательно осмотрел. Глаз дракона теперь был похож на обыкновенный булыжник. Он больше не светился и даже не мерцал.
– Сила его на исходе, – произнес Гэндальф. – Чтобы это могло значить?
– Может, сдохла Веннидетта? – предположил Бильбо. – Наверно встретилась с Макромантом, и он ее задушил.
– Нет, – не согласился Гэндальф, – тогда бы он просто исчез. Но ты прав, Веннидетта уже не так сильна и опасна, как прежде. И она действительно сражалась с Макромантом.
И тут Око Дракона вдруг слегка замерцало, а потом мерцание стало медленно усиливаться.
– Пожалуй, мы поспешили с выводами, – тут же сказал Гэндальф, и поспешно спрятал Око Дракона в свой походный мешок, который ему вернул хоббит. – Она не убита, а только ранена. И приходит в себя. Драконы ужасно живучи. Значит, нам надо быстрее найти всех остальных и помочь им. Без Ока Дракона с Веннидеттой не справиться. Быстрее за мной!
И Гэндальф, пошел вперед так стремительно, что сразу стало видно, как он застоялся, будучи каменным истуканом.
– Опять! – воскликнул Бильбо, устремляясь за другом. – Когда же это кончится?
А что же Веннидетта? Пора поинтересоваться и ее делами.
Когда перед самым ее носом вдруг с грохотом свалился острый камень, Веннидетта отпрыгнула назад больше от неожиданности, чем от страха. А потом ей вдруг показалось, что земля задрожала у нее под лапами, стены вокруг заходили ходуном, и драконша решила, что начинается обвал. Поэтому она и пустилась в бегство. Во всяком случае именно так объяснила самой себе свое поведение Веннидетта спустя некоторое время, когда остановилась в одном тесном гроте и спряталась за грудой валунов.
Очень долго она не могла отдышаться. Легкие ее прожигало воздухом, которым она никак не могла насытиться, из глаз текли слезы, а все тело сотрясалось от боли. Теперь, когда горячка боя прошла, Веннидетта обнаружила, насколько плачевно ее положение. В сражении с Макромантом она сильно пострадала, и теперь ей понадобится немало времени, чтобы восстановить свои силы. Но самым печальным в данной ситуации было то, что победу она не одержала и не уничтожила своих противников. Наоборот, сбежала от них, и скорее всего теперь уже они охотятся за ней, чтобы прикончить, пока она не опомнилась.
– Ну это мы еще посмотрим!
Веннидетте стало себя очень жалко. Так жалко, что горячие слезы ручьем полились из ее глаз. Они стекали ей на нос и с него падали на землю. Камень в тех местах, где на него падали капли, начинал дымиться. Слезы драконши прожигали в нем глубокие дырочки, какие получаются в снегу, когда на него выплескивают остатки горячего супа.
– Что-то в последнее время мне не везет, – сказала себе Веннидетта. – Вместо того, чтобы найти Око, я нарвалась на этого двухголового мерзавца. И откуда он только взялся на мою голову? Негодяй! Вечно он становится у меня ну пути. Это просто какая-то злая судьба. Ой, как все у меня болит!