Грань (СИ)
Учиха, поднявшись, нахмурился, рассматривая Кибу.
- Ты хочешь спасти Наруто или хочешь… получить игрушку обратно?
Инузука, очевидно, набравшись смелости, поднялся, глядя прямо в глаза брюнета. Саске выдохнул, унимая резко вспыхнувшее раздражение. Умом он понимал, что если они сейчас с Кибой сцепятся, то он просто не сможет спуститься в лабораторию. Но кулаки продолжали чесаться…
- Он мне не игрушка.
- А кто? Ты ведь его даже не знаешь.
- Зато его знаешь ты, - усмехнулся Саске, убирая пистолет в кобуру, а второй укладывая в рюкзак и перекидывая оный за спину. - Ты знаешь как предать его выгоднее для себя, Инузука.
- Да ты… - поражённо шикнул Киба, но так и не нашёл что сказать, решив передать свою злость взглядом.
- Сколько они тебе заплатили за друга? - усмехнулся Учиха. - И куда теперь ты можешь потратить свои деньги?
- Заткнись.
- С радостью. Мне нет дела до тебя, Инузука. Мне нет дела до того, что ты там думаешь обо мне, - говорил Саске, глядя в зло сощуренные глаза. - Я просто хочу спуститься в эту чёртову лабораторию, забрать вашу чёртову вакцину и вернуться обратно, чтобы спасти твоего чёртового друга. Твоего, Киба. Осталось решить: хочешь ли ты спасать его или же тебе нравится беседовать со мной?
Инузука, смерив парня прожигающим взглядом, резко отвернулся и зашагал к зданию, взбежав по ступенькам, дёрнул за ручку двери и та открылась, брякнув разбитым стеклом.
Довольно хмыкнув, Саске пошёл следом.
А из окон будто кто-то наблюдал.
***
Девятый пришёл в себя от ощущения чужого присутствия. Он знал этого человека или же когда-то с ним сталкивался, но когда объект открыл глаза, то всё встало на свои места.
- Первый, - протянул блондин, вглядываясь в лицо напротив. - Я думал, что не увижу тебя больше.
Тот, кого звали Гаарой, спокойно улыбнулся, усаживаясь перед Девятым и задумчиво осматривая его лицо.
- Ты изменился, - заметил красноволосый. - Я даже думал, что обознался.
- Жизнь вне стен лаборатории творит чудеса, - криво усмехнулся Девятый. - А ты всё такой же… всё также помнишь…
- Я всегда буду помнить.
- В этом твоя слабая сторона, Первый. Память.
Поморщившись, блондин уселся удобнее, вытягивая ноги и разминая плечи. Наручники неприятно давили запястья, но это можно было терпеть довольно долго. В конце концов, его приучали не обращать внимания на физические неудобства.
- Меня создали таким, - грустно хмыкнул Гаара. - Ущербным, несовершенным. Обречённым помнить всё, обречённым чувствовать…
- Чувствовать, - задумчиво проговорил Девятый, смакуя это слово. - Когда-то я завидовал тебе… до тех пор, пока тебя не закрыли на три года.
Совершенно бесцветные глаза Гаары сверкнули красноватым, и без того едва заметный зрачок сузился ещё сильнее.
- Меня просто списали, - выдохнул он зло. - Сочли слабым…
- Ты слаб.
Красноволосый, вскочив со стула, резко прошёлся по тёмной комнате, запуская руки в волосы.
- Ты знаешь, каково это? Помнить каждую свою личность… быть на грани между ними каждый день, каждый час. Посекундно ощущать в себе надлом, ощущать непреодолимое желание вцепиться в чью-то шею и сломать хребёт… сдерживаться.
Гаара говорил быстро, практически бессвязно. Он метался по комнате туда-сюда, разрезая темноту собой и тихо вздыхая. Парень живо напомнил Девятому какой-то беспокойный дух, что никак не может найти выхода из заговоренного места.
- Я ненавижу это всё… и я обожаю эту жизнь, - рычаще выдохнул Гаара, останавливаясь напротив Девятого. - Я хочу слышать, как затухает сердце в чужой груди, хочу слышать хруст костей… но я не могу причинить боль живому существу. Просто не могу…
Красноволосый повернулся к нему всем корпусом, глядя со странной грустной улыбкой.
- Там, в лаборатории, запертый в камере под землёй… я думал, что проведу там ещё лет десять. Я готовился… ты представить себе не можешь, что это такое, когда дни тянутся сплошной чередой. Когда перестаёшь их различать.
Гаара замолчал, садясь перед блондином и протягивая руку, на которой красовались глубокие шрамы.
- Я пытался вернуть себя к жизни… хоть как-то. Сначала я спал… я мечтал о том, чтобы меня вытащили.
- И я вытащил тебя, - напомнил Девятый. - Разве это не доброе дело?
- Ты не способен совершать добрые дела, - тряхнул головой Гаара. - Ты вытащил меня оттуда, потому что один не смог бы пробиться наверх. Тебе было выгодно…
- Нужно было оставить тебя там, внизу.
Бесцветные глаза стали матовыми, и Гаара внезапно весь потух, совершенно безжизненно кивая.
- Нужно было. Я думал об этом… а потом… потом я встретил Хинату.
- Любовь? - брезгливо поморщился блондин. - Ты действительно ущербен.
Гаара посмотрел на него так, словно давно хотел услышать именно эти слова, именно это признание.
- Она видела тебя, Девятый, - прошипел парень. - Она видела тебя в тот день, когда ты бежал из лаборатории…
- Поэтому она меня узнала, - кивнул блондин. - Я догадывался.
- Она была приставленным ко мне человеком… ты ведь помнишь.
- Мне незачем это помнить, - поморщился Девятый. - Это пустые знания.
- Ты… ты убил её, - мёртвым голосом сказал Гаара. Его рука потянулась к горлу блондина, пальцы дрогнули, едва касаясь кожи. - Ты убил её, и мне пришлось выполнить свой долг.
- Ты дал ей своей крови, - догадался Девятый, игнорируя руку, что сжалась на его шее. - Глупец.
- Я ведь… я ведь самый первый из вас. И моя кровь была не готова.
- Что стало с Хинатой?
- Она изменилась.
Пальцы сжались сильнее.
- Она перестала быть собой. Теперь… это что-то странное, страшное.
- Ты хочешь мести? - иронично поднял брови Девятый.
- Я хочу… твоей смерти.
***
- Здесь должен быть генератор, - сообщил Киба, когда они вошли внутрь здания.
Инузука был прав: внутри оно больше всего походило на заброшенный и недостроенный объект, которых по городу было в избытке. Их бросали из-за недостаточного финансирования или по каким-то иным причинам. Но ни в одном из них не было такой давящей тишины и холодного воздуха.
Ощущение близости с бездонной пропастью усилилось, и Саске даже посмотрел под ноги, ожидая увидеть, как пол идёт мелкими трещинками, осыпаясь в непроглядную мглу.