Грань (СИ)

Учёный вздёрнул брови, уже зная ответ. Зная, что молодой лаборант не сможет отказаться от участия в этом проекте лишь из-за внезапно разыгравшейся совести.
- Ты ведь другой, Киба, - тихо проговорил Орочимару. - Ты ведь не такой, как они…
Карие глаза недоумевающе сверкнули, когда он всё же взглянул на доктора в упор.
  
- А теперь, сними верхний слой кожи.
В белой комнате повисла тишина, прерываемая лишь редким писком датчика, что записывал разговор. Инузука тяжело вздохнул, натягивая белые перчатки и осторожно берясь за край раны объекта. Орочимару заметил, как внимательно последний следит за действиями парня.
- Вот, молодец. Снимай.
Как только кожа пошла вверх, Девятый закрыл глаза, чтобы тут же открыть. Орочимару знал все его уловки: не показывать, насколько больно, не давать понять, что сознание вот-вот погаснет. Не казаться слабым, чтобы насолить всем вокруг. Действуя от противного, Девятый лишь упрощал опыты…
Бледный, как полотно, Киба отступил от стола, бездумно глядя на открывшийся квадрат мяса, исходящего мелкими кровавыми каплями, на свесившуюся с одной стороны кожу.
- Молодец, - улыбнулся Орочимару, опуская спираль на образовавшийся кровавый квадрат. Пальцы пробежались по невидимым кнопкам, задавая программу и тут же блокируя их.
- Руки, - предупредил мужчина.
Как только Инузука убрал пальцы от раны, спираль засветилась, словно бы разогреваясь.
- Что… что происходит? - бледными губами прошипел Киба.
- Процесс вживления.
Некогда матовая сталь покраснела по краям, а в середине вовсе побелела. От неё пошёл дымок, с характерным запахом горелой плоти, и Инузука отшатнулся от стола.
- У-убью, - сквозь сцепленные зубы прошипел Девятый, глядя на Орочимару. Его лицо всё же исказила гримаса боли, глаза наполнились красноватым свечением, которое вскоре скрылось под подрагивающими веками, когда спираль начала медленно погружаться в мясо, оставляя глубокую борозду.
- Киба, накладывай кожу, - ледяным тоном приказал Орочимару, но, заметив промедление, поднял глаза на отошедшего от стола парня и шикнул: - Инузука!
Парень, вздрогнув, резко подошёл к столу, одним движением закрывая отрезком кожи рану. Его руки заметно тряслись, и Орочимару презрительно скривился.
Люди - слабые существа. Пора было к этому привыкать.
Края раны срослись так быстро, словно само тело Девятого хотело побыстрее избавиться от этой самой слабости. Кожа приросла заново, натягиваясь и выравниваясь, а о ранах напоминали лишь красноватые рубцы, которые спустя пару дней будут уже незаметны.
А вот то, что проступило на ней, уже не пропадёт.
Чёрная спираль вокруг пупка.
- Орочимару! - выпалил Киба, когда все датчики в комнате внезапно запищали. Инузука первым бросился к объекту, хватая его за голову и поворачивая так, чтобы тот не захлебнулся собственной кровью.
Учёный смотрел на это без должного интереса или же волнения. Он наблюдал за очередным процессом, которое его детище, безусловно, выдержит. Пусть и с прожжёнными внутренностями, пусть и на грани смерти, но Девятый до сих пор оставался жив. Только закрытые веки да кровь на губах говорили о том, как на самом деле чувствовало себя тело. Возможно, потребуется больше недели, чтобы оно оправилось после такой раны.
Возможно, меньше.
- Перевези его в комнату восстановления.
Сказав это, Орочимару стянул с рук окровавленные перчатки и, бросив их в урну, вышел из комнаты, не обращая внимания на монотонный писк.
Сердце остановилось.
***
Настоящее.
Машина остановилась в нескольких шагах от широких каменных ступеней, ведущих к четырехэтажному зданию из красного кирпича. Его нижние окна были разбиты и щерились крупными осколками стекла, верхним же повезло больше и они чуть поблескивали в лучах заходящего солнца.
Всё вокруг погрузилось в странную умиротворённость, которая бывает только в первые минуты начинающегося вечера. Воздух пропитался запахом жаркого дня, в траве трещали сверчки и слышался тихий шелест тёмной листвы разросшихся деревьев.
Всё это могло быть по-настоящему красивым, если бы не валяющиеся на газоне тела, чёрные пятна копоти на стенах зданий и не ощущение того, что за этими стенами нет ничего, кроме чёрной Бездны.
Заглушив мотор, Саске устало вздохнул, сжимая руль сильнее и вглядываясь в вечернюю дымку, низко стелющуюся по разбитой дороге.
- Что нас там ждёт? - спросил он.
- Не знаю, - севшим голосом ответил Киба. - Возможно, ничего…
- Ничего - это хорошо.
Усмехнувшись, Учиха потянулся на заднее сиденье, подхватил с него обрез и передал Инузуке. Для себя же выбрал уже привычные пистолеты.
- У нас негусто с оружием, - заметил Киба.
- Сейчас глупо искать его в городе: военные обчистили оружейные ещё раньше.
В машине также удалось найти пять гранат и дымовую шашку, которая вряд ли поможет против тех ужасов, что таит в себе лаборатория.
Толкнув дверь, Саске первым вышел на улицу, оглядываясь, но ни одной твари здесь не было. И Учиха не знал, радоваться этому или же нет.
Появилось какое-то стойкое ощущение того, что за ним следят. Хотелось то и дело смотреть в чёрные окна и ждать, пока из них выглянут в ответ.
- Вряд ли сюда кто-то пришёл, - заметив взгляд Саске, сказал Киба. - Это обманка… внутри здание почти пустое.
Они направились к главному входу по разбитой выстрелами дорожке. Кому-то вздумалось стрелять в землю, но этому Саске уже не удивлялся, устав думать о том, что могло произойти здесь во время катастрофы.
На газоне сбоку лежало трое военных, в неестественно вывернутых позах. Могло показаться, что упакованные в чёрный камуфляж крепкие ребята спрыгнули с крыши здания, но глубокие борозды в их жилетах говорили о другом. Кто-то убил их, жестоко расправившись с телами, чтобы те больше не походили на человеческие.
Остановившись рядом с ними, Саске присел на корточки.
- Шеи сломаны, - сказал он. - Не обратились.
- Повезло, - вздохнул Инузука, откладывая дробовик на траву и цепляя один из респираторов военного. Под вопросительным взглядом Саске, парень пояснил: - В лаборатории была куча всякой химии… кто его знает, что там сейчас. Надевай.
Пожав плечами, Саске стащил респиратор со второго военного и брезгливо протёр его краем футболки. Если верить бледному лицу трупа, то пролежали они здесь недолго.
- Кто-то здесь был. Или что-то. Проверь карманы.
У военных нашлась ещё пара пистолетов и запасные обоймы к ним, а также фонарик.
- Пригодится.
Инузука, согласно кивнув, внезапно опустил голову, сгребая пальцами пучок травы и вырывая его.
- Для кого ты это делаешь, Саске?