Кровные узы (СИ)

— Нет у меня никаких любовниц!
В зрачках Олега появилось едва заметное свечение, и он заговорил, словно книгу читал прямо на лбу Давида Ивановича:
— На вашем воротнике след от помады, который ваша любовница Жанна специально оставила для Клавдии Петровны — вашей третьей жены. Жанне тридцать пять лет, и она надеется, что вы на ней женитесь, чего вы не планируете делать, так как считаете Жанну нехозяйственной, а её пятнадцатилетнего сына-неформала — недоразвитым. А вчера вы были у Лидии. Она же оставила у вас на запасном телефоне, о котором не знает ваша жена — любительница проверять чужую почту, два сообщения: «люблю, пупсик» и «обожаю, пирожок». Но второе сообщение предназначалось вашему другу Николаю Федоровичу, пригретому Лидией с месяц назад. Также Лидия пригрела Геннадия и Петра — ваших коллег по работе. Ещё вы любите ходить к медвежонку Людочке, ласточке Танечке, кошечке Ирочке, зайчонку Мариночке, тигрёнку Ниночке.
— Он всё придумал! — ошеломленно воскликнул Давид Иванович, его мутно-карие глаза едва не приобрели круглую форму.
Ребёнок тряхнул головой, словно избавляясь от излишка информации. Он бесцеремонно залез к ловеласу под синий пиджак и достал слегка потрепанный зелёный с золотым пером на обложке блокнотик.
Жанна быстро выхватила улику из рук мальчика.
— «Люда, Татьяна, Ира, Марина, Нина…» — прочитала она дрожащим голосом. — Придумал, говоришь⁈ Здесь одни женские имена!!!
— Козочка моя, я могу всё объяснить! — воскликнул Давид Иванович. — Этого ребёнка кто-то научил говорить всякую мерзость про людей! Я ни в чём не виноват! Екатерина, что за глупые шутки⁈
— Похоже, вас настигла карма, — Катя поспешно удалилась, забрав с собой Олега на кухню.
Она посадила малыша на кухонный стол и несколько мгновений ходила из стороны в сторону. Предупреждение Яны приобрело новые краски. Если бы сама не слышала, Катя никогда бы не поверила, что ребёнок в пять лет способен говорить лучше, чем некоторые взрослые. Мало того, он целенаправленно раскопал самое грязное белье Давида Ивановича, чтобы устроить скандал… но как?
— Ты зачем это сделал⁈ — зашептала Катя.
Олег плотно сжал губы.
— Отвечай! — потребовала она. — Я прекрасно слышала, что ты умеешь говорить! Иначе я всё расскажу твоей маме!
Мальчик угрюмо вполне по-взрослому выдохнул:
— К чему эти нелепые угрозы? Мама и так обо всём узнает без вашего вмешательства. И энциклопедию мне всё равно не купит, потому что я не молчал, как она просила.
— Ах, ты ж маленький манипулятор…
Катя в шоке пошарила рукой в поисках стула и медленно села с открытым ртом. Некоторое время она сидела и смотрела прямо на болтающего ногами Олега, словно перед ней находился не маленький мальчик, а инопланетянин. Сразу вспомнились бредовые рассказы Яны об отце Олега, в которые она когда-то не верила.
— К-как… — закрыла Катя нижнюю часть лица, — как ты узнал? Кто тебе рассказал? Даже я таких подробностей о Давиде не знала!
— Когда человек лжёт, я вижу то, что он пытается скрыть, — отвечал Олег, пожав плечами.
— Олег, мама тебе не говорила, что обычные люди так делать не умеют?
— Говорила.
— Так почему ты… — Катя не сумела правильно сформулировать, что хотела сказать, и приложила прохладную руку ко лбу. Мысли безбожно путались.
— Почему я не промолчал? — подсказал Олег.
— Да, — положила на колени обе руки Катя.
— Чтобы вы сделали, если бы знали, что вашей маме хотят сделать плохо и пополнить ею коллекцию зверушек? Промолчали?
— Нет, но я бы рассказала самой маме. Наконец, я бы пошла на хитрость и как-то бы отвадила… врага, не демонстрируя своих необычных… способностей. Ты слишком прямолинейно, что ли, это сделал. У людей будут вопросы… и я не знаю как на них отвечать. Вот чё сейчас делать? А, гений мелкий?
— Уйти, — снова пожал плечами Олег.
Катя усмехнулась уголком рта. Уход с места преступления не заставит людей забыть необычное представление, которое устроил маленький мальчик. Хоть Олег и был не по годам умным, а житейской хитрости ему еще не хватало. И почему-то она не сомневалась, что пройдет год-два, и он легко восполнит этот пробел в образовании.
 
— Олег, — нарушила недолгое молчание Катя, — я хорошо понимаю твою маму. Она хочет тебя защитить, потому что твои способности за гранью человеческих возможностей. Надо быть более скрытным…
— Иначе меня отправят на опыты? — в выражении лица Олега появилась некоторая снисходительность, видимо, лекцию о скрытности ему читали не впервые.
— Да! — согласила Катя, не зная, что еще сказать.
На кухню вошла Яна и по взгляду подруги обо всём догадалась:
— Его работа⁈ — она указала на дверь, откуда доносились яростные крики.
— Сейчас надо тихонечко смотаться, — потянула маленькое семейство к выходу Катя, — Я потом как-нибудь отбрехаюсь, а пока надо валить.
— Что Олег им наговорил⁈ — лицо Яны исказило ужасом.
— Ничего хорошего! Почему ты мне раньше не сказала, что твой Олег — экстрасенс⁈ Я ж бы хоть пирожком его заткнула, а так сидела как дебилка и в шоке слушала!
— Мне Женька запретил об Олеге даже с мамой говорить!
— Зная твою маму, я с Женькой согласна…
Яна вздрогнула, когда раздался звон посуды и визгливый крик.
— Идем! — потащила её на выход подруга. — Валим, пока нас не задел апокалипсис!
Они вышли в ночь и направились через спортивный стадион к дому Яны. Метель дула прямо в лицо, а снега намело по колено — с трудом пробирались через сугробы при лунном свете. Яна буксировала Олега за руку, а Катя шла впереди и прикрывалась меховым воротником.
— А ну стойте! — донесся нетрезвый голос сзади.
— Не останавливаемся, — предупредила Катя и сама ускорила шаг.
— Я никому не позволю над собой глумиться!
Раздался выстрел.
— Ты че, б…ть, сука, совсем е…нулся⁈ — закричала Катя, едва не сломав каблук.
— Думаешь, я не знаю, что это ты подстроила дебильный розыгрыш⁈ — направил на неё оружие Давид Иванович.
— Положи пистолет, пока я тебя ментам не сдала, придурок!
— Конец твоим глупым шуткам!
Но выстрелить ему не дал крик Олега. Вокруг женщин поднялся снег, а Давида Ивановича отбросило как пушечное ядро в футбольные ворота.
Катя ошеломленно обвела взглядом освобожденный от снега участок земли. ОстолбеневшаяЯна смотрела на кружившиеся в вихре снежинки. После использования дара Олег мирно уснул, упав на землю, а сквозь его веки впервые засветилась магия.
Через минут пять гробовой тишины Яна подняла сына на руки, а Катя мелкими осторожными шажками приблизилась к неподвижно лежащему телу Давида Ивановича и точно так же вернулась назад.
— Отскакал… — произнесла она и дрожащими руками достала сигаретную пачку из сумочки.
— Ты уверена⁈
— Иди, посмотри, — не с первого раза зажгла сигарету Катя. — Я сегодня точно не усну.
Но смотреть Яна не рискнула и крепче прижала к себе спящего сына.
— Он уже раньше так делал? — спросила Катя, выдохнув дым и указав на Олега. — Поэтому ты его прятала?
— Не так явно…
— Да неужели? У тебя лопата, случайно, не прикуплена?
— Он мой сын! — ощетинилась Яна. — Он защищался! Он никогда не трогает первым! И если бы не он, лежала бы ты на снегу в крови и пулей во лбу!
— Я не знала, что у него с собой оружие! — уронила сигарету в снег Катя.
— Ты никогда ничего не знаешь! Вечно находишь на задницу приключений! В прошлый раз от насильника по стройке убегала, пока его арматурой не прибило! Почему мы не могли сходить в кино, как нормальные люди⁈ Нет, надо найти самую тухлую вечеринку с вооруженными отморозками! Иначе скучно!
Катя закурила вторую сигарету.
— Что делать будем? — спросила Яна.
— Ты валишь домой, — быстро докурила Катя, — а я разыгрываю комедию и вызываю ментов — они меня уже по имени отчеству знают. Спросят тебя, ты ничего не видела и ушла домой раньше, чем этот придурок открыл стрельбу. А я ничего не знаю о твоём пацане.