Королева умирать не желает (СИ)

Несколько танцев всё было отлично. Но мне нужен был отдых. Я подошла к столику с напитками.
— Леди, — прошипел мне на ухо Бабен, который подошёл ко мне из-за спины и опять схватил за руку.
— Я леди, а вот вы не очень похожи на мужчину благородных кровей. Вы пробрались сюда обманом?
Даже через прорези маски в меня летели молнии. И что же ты мне скажешь?
— Уверяю вас, что он здесь вполне законно, — прозвучало справа от меня, — просто несколько несдержан и не умеет принимать отказы.
— Вы хорошо знакомы? — задала я вопрос Фросту, ведь именно он решил прийти на помощь брату.
— Открою вам секрет, — уголки его губ поползли вверх, — мы родственники.
— Какой ужас, — воскликнула я, наигранно хватаясь свободной рукой за сердце, — соболезную.
— Вы что несёте? — выдохнул Бабен и наконец-то отпустил мою руку. Хорошо, что хватал за разные руки.
— Очень соболезную. Такой невоспитанный родственник хуже врага.
— Враги разные бывают. — Намёк улыбки слетел с его губ.
— Родственнички тоже не подарок, — вздохнула я. И моё сожаление было искренним.
— Фр…
— Вы желаете с ним потанцевать? — ошарашил меня Фрост, которого чуть-чуть не сдал Бабен.
— Я желаю танцевать только с воспитанными мужчинами. Например, с вами, — улыбнулась я кокетливо. Рядом Бабен воздухом подавился. Несколько секунд заминки, и…
— Я не очень хорошо танцую, поэтому…
— Составите мне пару, ведь я тоже не профессионал. Мадам так ужасно преподаёт, — закатила я глаза, хотя мадам Олорка была прекрасным учителем. Но мне очень уж хотелось уйти от Бабена.
— Сбегали с уроков? — усмехнулся Фрост, смотря на пыхтящего Бабена.
— Было дело, — не стала я выходить из образа, усмехнувшись.
— Тогда приглашаю на танец и сразу извиняюсь за неуклюжесть, — протянул мне локоть Фрост. И вот вроде бы сама напрашивалась, но сейчас была настолько обескуражена, что заставила отступить мужчину.
— Уже передумали. — Грустная улыбка Фроста просто нож в меня вонзила.
— Нет, конечно. Я всегда только за, — схватила я его локоть. Может быть, даже слишком сильно.
И вот мы шли в толпу танцующих, а я не знала, что сказать. Идиотская ситуация. Я иду танцевать теоретически с мужем, но волнуюсь, как… да я не знаю как. Сильно.
Предыдущая музыка закончилась, мы даже не успели начать. Несколько секунд проигрыша, и Фрост касается меня. А в голове одна лишь мысль: он дотронулся до меня. Глупо, знаю, но ничего не могу поделать.
Всё стандартно. Одна его рука на талии, другая на плече, соприкасаясь с моей. Только кожа горит от этого невинного прикосновения. Дыхание замирает. И я первая делаю ошибку в рисунке танца. Возможно, именно это снимает напряжение, возможно сам танец, но факт. Фрост расслабляется, улыбка уже искренняя. Да вообще, Фрост улыбается — это уже событие.
— Простите. Я же говорила. Надо наверстать, что ли, чтобы не позориться так больше, — засмеялась я. На самом деле до этого я считала, что хорошо танцую, но сейчас очень волновалась.
— Не всё так плохо.
— У вас были ещё более непутёвые партнёрши?
— Я сам давно не танцевал. Пару лет назад был вынужден танцевать на… — он шумно втянул воздух, — на свадьбе. Мне сказали, что цирковой медведь танцует в сто крат лучше.
А я у меня не было сомнений, о какой свадьбе он говорил. И вот такое не мог кто-то посторонний знать. Неужели Элен оскорбила мужа прямо на свадьбе?
— Вы хорошо танцуете. По крайней мере, лучше меня, — попыталась я перевести всё в шутку, а сама думала, могла ли она так поступить? Судя по тем крупицам, что мне известны, избалованная девочка, которую растили как будущую королеву, могла. Юношеский максимализм и чувство собственной значимости могли сыграть с ней злую шутку.
— Вы мне льстите, — более искренне улыбнулся он, — просто не знаете настоящего.
— А есть тот, кому вы открылись? Тот, кто знает вас по-настоящему? — Я даже дыхание затаила в ожидании его ответа.
— Младший брат знает, как ни странно, но именно с младшим мы близки. Хотя многие говорят, что я взял над ним шефство.
 
— Да мало ли что говорят, — взмахнула я только пальцами, потому что оторваться от него не могла, да и не хотела. — По мне, так старшие братья всегда берут шефство над младшими…
И вот этот обезличенный разговор о братьях продлился аж два танца. Мы просто следовали музыке. И никто из нас больше не ошибался. Было легко и приятно. Я действительно расслабилась.
Мы вышли в парк. Там вообще много людей гуляло. И даже не парами. В основном мужчин было двое или трое, а вот девушка всегда одна. Мы были исключением.
— А у вас много младших?
— Ни одного. К сожалению, я единственный ребёнок в семье, — сказала я грустно. А ведь такое интересное совпадение. Я настоящая и графиня Монтеро были единственными дочерями при рано умерших матерях. Могла ли Богиня специально так подобрать меня? Могла, но что-то подсказывает мне, что отчитываться передо мною она не станет. Значит, и не стоит думать. И так проблем выше крыши.
— Что же в этом плохого? Вас любили, холили и лелеяли, — явно удивился Фрост.
— Баловали, вы хотели сказать, — усмехнулась я, вспоминая отношение отца. — Мне не хватало мамы. Но отцу я никогда этого не говорила. Я вообще была далеко не образцовым ребёнком. Не дала отцу построить новые отношения и найти своё счастье с другой женщиной, — вздыхала я, смотря в никуда. — Это сейчас я понимаю, как была не права, но тогда…
— Не корите себя. Он сделал свой выбор. И это были вы, — погладил Фрост меня по плечу.
— А сам ли он сделал тот выбор? Или я вынудила его? Я уже даже не помню. — На глаза даже слёзы навернулись, которые я безуспешно пыталась сморгнуть. — У вас было иначе?
— Иначе. Нас трое братьев. И с самого рождения наше будущее было определено. Только принять можно многое, но не отречение родителей…
Неужели вот так, в танце с незнакомкой, он раскроется больше, чем перед женой? От ожидания даже слёзы высохли.
— От кого-то из вас отреклись? — ужаснулась я. Как такое возможно?
— Мою мать выдали очень рано замуж. А вот между старшими мужьями было больше пятнадцати лет разницы. Мама влюбилась в младшего мужа, а остальных по возможности игнорировала. Старшие терпели, надеялись, что повзрослеет. Я родился от самого старшего мужа. И меня тут же отдали нянькам. Мать я не знал почти. Второго сына она родила от любимого. И сына любила до беспамятства, но долг требовал произвести на свет ещё одного сына. Так появился младший, которого постигла моя участь. Мы были не удел, — пожал он плечами. А мне стало так жалко мальчиков, не любимых собственной матерью…
— А отцы? Мой отец делал всё, чтобы я ни в чём не нуждалась.
— Не нуждались, — произнёс он задумчиво. — Это такое размытое понятие. В большинстве это значит не нуждаться материально, но…
— Мне жаль, что вам не хватило родительской любви.
— У всех есть свои недостатки, — усмехнулся он грустно. — И не надо меня жалеть. Мне много лет. И возможно, я даже понимаю её. В конце концов, невозможно заставить любить. И если она нас с братом не любила, что ж поделать?
— А знаете, я читала об этом когда-то очень давно. И вы с братом ни в чём не виноваты. Да вообще не в вас или ваших отцах дело. Иногда женщины полностью или частично лишены материнского инстинкта, нет в них этого, и всё тут. Она может любить одного или нескольких мужчин, но дети для неё никогда не станут по-настоящему любимыми. Есть много случаев, когда между любимым мужчиной и ребёнком женщина выбирала мужчину. Мне не понять этого, — пожала я плечами, а тем временем мы подошли к беседке в парке. — Своих детей у меня пока нет, поэтому не могу с уверенностью сказать, что буду хорошей мамой, но я очень постараюсь.
На последних словах я развернулась к нему и поймала взгляд. Так странно это прозвучало, будто обещание. Несколько секунд мы молча смотрели друг другу в глаза. Это странное мгновение прервал веселый смех приближающейся компании.