"Фантастика 2025-60". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Глава 8. 
Кесслера и Аллану вывели под конвоем из здания и посадили в один из двух патрульных аэроджипов, что были припаркованы перед самым входом. Крайне немногословные жандармы приказали дакарцу и леронийке забираться в заднюю часть машины, после чего задвинули за ними бронированные створки и залезли в кабину. Включился антигравитационный двигатель и джип поднялся в воздух, включив проблесковые маячки, но без сирены. Вторая машина, в которую запихнули Зиркса, пристроилась позади.
  
– И что теперь? – Аллана всмотрелась в невозмутимое лицо дакарца. Кесслер едва заметно усмехнулся.
– Ничего, – отозвался он. – Я не в первый раз имею дело с жандармерией Братства и могу сказать, что они не очень лезут в дела охотников за головами. Конечно, ради соблюдения буквы закона они могут нас немного помариновать, но не думаю, что это долго продлиться.
– Ох-хо-хо! – тяжело вздохнула леронийка. – Вот уж не думала я, что мне доведётся быть арестованной жандармерией Братства! Вот что значит – связалась с охотником за головами!
– Жалеешь уже? – хмыкнул Дитрих.
– Да как тебе сказать… – Аллана взглянула сквозь толстое бронестекло на проносящиеся под брюхом аэроджипа городские здания. – Всё-таки одной искать следы Младшего не так уж и безопасно. Сам видишь, сколько разных мерзавцев вокруг! Просто здесь такие странные дела творятся, что остаётся лишь пожимать плечами. При чём здесь маркабиане и какое отношение они имеют к Младшему? Неужто и впрямь в его исчезновении проглядывается их след?
– Это как раз и предстоит выяснить. И я думаю, что Бешеный Фриц не просто так связался с Йакаром Шимо. Я тут, пока летели на Фаффхрд, кое-что о нём узнал из своих источников.
– И что он из себя представляет?
– Он действительно ганфайтер, но не с самого Маркаба. Родился в одной из колоний четырёхглазых, на Кродди-II, участвовал в ряде операций ганфайтеров против дакарских рейнджеров и поселений в контролируемых нами системах, но самое интересное – источник предполагает связь Шимо с маркабианской службой безопасности. Значит, он не просто ганфайтер, а полевой агент МАД. А тип, которого ты так ловко уложила из бластера, не маркабианин – просто какой-то соко…
– Ой, мамочка! – Аллана прижала ладонь ко рту. – Я же буквально пару минут назад разумного убила!
– И что с того? – пожал плечами Кесслер.
– Тебе легко говорить, дакарец! Ты скольких уже убил? Роту? Батальон? А может, целую дивизию? Я ведь всего лишь историк и археолог, а не охотник за головами! – Аллану передёрнуло и лицо её исказила гримаса отвращения. – Ой, меня сейчас стошнит!
– Ну-ну, успокойся! – Дитрих взял девушку за руки и заставил посмотреть себе в глаза. – Первый раз отнятие жизни часто приводит к блевотине, нервным срывам и прочим подобным деликатностям. Это нормальная реакция организма, особенно женского. Но ты подумай – ведь он мог убить тебя. Так что здесь всего лишь имела место быть самозащита.
– Он, вообще-то, в тебя целился… – пробормотала Аллана, которую слегка отпустило. Она почувствовала, как из ладоней Кесслера в неё словно что-то вливается, и вопросительно глянула на сильные руки наёмника. Тот понимающе усмехнулся.
– Это называется биоперенос, – пояснил он. – Я могу переливать энергию своего организма другому, чтобы помочь ему восстановиться после ранения или нервного потрясения. Тебе сейчас станет лучше. И… спасибо, что прикрыла меня там.
– Не за что! – слабо улыбнулась Аллана. Вынимать свои руки из рук Кесслера ей почему-то не хотелось. Неожиданно она подумала, что те или тот, кто присматривает за судьбами разумных существ в этой Галактике, явно решили пошутить, найдя ей мужчину, который начинал ей нравиться. Охотник за головами! Кто бы мог подумать об этом всего каких-то пару недель назад?! Профессиональный убийца, да ещё и дакарец!
Её карие глаза столкнулись с серо-зелёными глазами Кесслера и она с запозданием поняла, что наёмник прекрасно видит всю гамму её чувств, которые отражались на её лице, словно в зеркале. И глубоко-глубоко в глубине этих невозмутимых серо-зелёных глаз леронийка отчётливо различила понимание Дитрихом её состояния. Он не собирался ни смеяться над ней, ни отталкивать её от себя. Она не могла сказать, какие именно чувства мог – если они были – испытывать к ней дакарец, но она явно была ему небезразлична. Тот поцелуй, который Дитрих назвал «маскировочным», был что ни на есть самым взаправдашним.
Аллане захотелось снова испытать те же ощущения, что накатили тогда на неё, но Кесслер всё прекрасно понимал. Лёгкая усмешка тронула губы наёмника и он едва заметно покачал головой, глазами указывая на переднюю часть кабины джипа, в которой находились трое жандармов. Слегка стиснув её руки, Дитрих подмигнул девушке и осторожно высвободил свои ладони из её рук.
Аэроджип начал снижение, направляясь к большому пирамидальному зданию, верхушка которого была увенчана эмблемой Разделённого Круга – официальным символом Звёздного Братства. Ибо гласила основная заповедь Братства: «Покуда Старший с Младшим будет разлучён – Круг не может быть замкнут, ибо тогда Старшему тяжело будет в одиночку справиться с силами Тьмы». Облетев вершину здания, джип юркнул в одно из посадочных окон, где пилотировавший его жандарм лихо посадил машину рядом с приземистым броневиком, на бортах которого была выгравирована эмблема терроргруппы.
Жандармы были строги, но вежливы. Наручники с Кесслера и Алланы никто снимать не стал, более того – их сразу же развели по разным кабинам лифтов, однако никакой излишней грубости никто по отношению к дакарцу не проявлял. Лёгкие тычки в спину были не в счёт. Сопровождавшие Дитриха жандармы – виндикани и рохай – в двух словах пояснили наёмнику, что сейчас ему предстоит пройти процедуру идентификации личности, а потом его препроводят в офис лейтенанта Шинте, где арестованный будет допрошен по всей форме принятого в мирах Звёздного Братства протокола. На эти слова Кесслер лишь молча пожал плечами. Наручники ему особо не мешали, пусть и шоковые – лишь считанное число разумных, коих можно было пересчитать на пальцах одной руки (естественно, что жандармы в это число не входили) знало о том, что несколько лет назад дакарец был подвергнут некоей операции, нелегальной, на планете в Провале Толми, известной широкой общественности под названием Читиак, а более узкий круг лиц знал этот мир под совсем другим названием – Шлем Вильмара. Кто такой этот Вильмар, к какой расе принадлежал и какое отношение он или его шлем имели к Читиаку – не знал никто, в том числе, и живущие на самой планете. В одном из нелегальных поселений, что располагалось в глубине Белой Пустыни – одного из самых негостеприимных мест планеты, где даже ночью температура воздуха не опускалась ниже плюс двадцати шести градусов по стандартной галактической шкале, Кесслеру сделали операцию по снижению врождённого болевого порога, вживив запрещённые для гражданского применения боевые наноимплантаты, неизвестно как и кем привезённые на Шлем Вильмара из Корпоративного Правления. Во сколько это ему обошлось, дакарец не рассказывал, но и так было понятно, что даже сама операция должна была стоить немалых денег; о стоимости имплантатов речь не шла вообще. Так что, при желании, Дитрих мог без особых для себя проблем прибить обоих жандармов в кабине лифта, вот только это не входило в планы охотника за головами. Он ни разу ещё не вступал в открытое противостояние с планетарными властями и не видел причины менять что-либо в этом плане. В конце концов, местные блюстители порядка просто выполняли свою работу.
Лифт опустил Кесслера и его конвоиров на несколько десятков этажей вниз, после чего кабина замерла. Дверные створки разошлись в стороны и один из конвоиров, невысокого роста худощавый гуманоид-рохай с Энтуура, легонько подтолкнул дакарца в спину стволом своего бластера – давай, дескать, топай. Второй жандарм – крепко сложенный виндикани – что-то вписал в свой планшетник и указал рукой направление, в котором Дитриху следовало двигаться.