Багровый закат над Западным морем (СИ)

– Простые ремесленники? – прорычал Рагавурр. – Сейчас мы проверим, насколько они простые.
Он ринулся вперёд и прижал Ноула к шершавой стене пещеры, прямо над трезубцем.
– Нур гоири, – произнёс он на первозданном Оагин Эёл, призывая реликвию Лаан проявиться.
Ноул зарычал, кривясь от боли, а у него на грудине, прямо под кожей, что-то вспыхнуло. Рагавурр без предупреждения полоснул когтями по светящемуся месту, залез пальцами в рану и вынул оттуда кулон с бирюзовым горящем камнем в центре.
– И откуда интересно у простых ремесленников реликвия Лаан? – спросил он, наконец, отпуская Ноула.
– Не знаю, – процедил тот в ответ, прижимая руку не к ране, а голове. – М-м, – он согнулся, теперь уже обхватывая голову обеими руками. Его тело трясло, а вместе с ними колыхалась вода в пещере.
Всё чаще и чаще становились волны, раскачивая наблюдавших за ним спутников.
– Ему надо помочь, – Виан бросилась к Ноулу, но Рагавурр ухватил её на полпути и оттащил в сторону.
– Погоди. Не трогай его.
Теперь вместе с водой, казалось, тряслись и камни в пещере. Ещё один крик, и тишина, за которой последовал громкий надрывный смех Рагавурра.
– Я же сказал, что здесь мы найдём Глубинного жреца.
Глава 21
За его словами пришла тишина. Даже в полумраке можно было разглядеть все ошарашенные лица. Но больше всего удивлён был Ноул. В его сторону были обращены три пары глаз, и он оглянулся, ожидая увидеть кого-то за своей спиной. Но там оказалась лишь голая стена пещеры и никаких жрецов.
– Надеюсь, ты не обо мне? – спросил он растерянно.
– А о ком? – удивился Рагавурр. – Эта вещица, – он повертел в руке реликвию, – скрывала твою силу. Таких ни в одной сокровищнице уже не найти. Её вынесли из Королевского города ещё до падения Лаан. Откуда она у тебя?
– Досталась по наследству, – ответил Ноул. – Она передаётся у нас в роду от отца к сыну. Но просыпается редко. Ни мой дед, ни отец не носили её. Мне же повезло, – усмехнулся Ноул. – Она проснулась, когда я взял её в руки ещё ребёнком. Отец сказал, что она защищает наш род.
– Да, – кивнул Рагавурр. – Иначе вам бы не удалось так долго скрывать, что в ваших венах течёт кровь Лаан. Кто-то из твоих предков предал свой род и сбежал из Лаан Гиугин. Основал свою семью. Как много вас?
Ноул покачал головой.
– Почти никого не осталось. У нас с другими жителями сложные отношения… – сказал он задумчиво. – В нашем городе мы единственный род, который требует примыкать к нему. Наши наследники никогда не переходят к другим. Мне всегда казалось это странным.
– Хотя бы на это у твоих прародителей хватило ума, – сказал Рагавурр. – Если всё действительно так, то, хвала Океану, вы сохранили Королевскую кровь в одном роду.
Ноул кивнул и, смерив Рагавурра задумчивым взглядом, вдруг заявил:
– Ну, раз жреца мы уже нашли, то я свою часть сделки выполнил и могу вернуться домой.
Рагавурр рассмеялся в голос и, даже не удосужившись ответить, принялся убирать реликвию в сумку.
– Я же свободен, правильно? – спросил Ноул уже не так уверенно.
– Не больше, чем все мы, – Рагавурр обвёл рукой пещеру, показывая на Лэину, Виан и себя. – Даже Гиира свободнее нас.
– Нет, на такое я не подписывался. Предлагаю возобновить поиски, – Ноул повёл плечами, готовясь к долгой конфронтации. – Когда мы сюда подплывали, ты говорил, что чувствуешь другого сильного Оиилэ. Возможно, это ещё один жрец и он ничем не хуже меня.
– А возможно, не было никакого жреца, – ответил Рагавурр. – Или был какой-то, но в городе Сирен мы сбились со следа. Они дали мне ложную подсказку. Сирены встали на сторону Эгиарра. Или ты думал те камни обвалились просто так? – Он указал на заваленный вход в пещеру.
Там, где раньше была темнота камней, теперь едва заметно поблёскивала плёнка, похожая на защитный покров.
– Они даже артефактами завал усилили, – сказал Рагавурр. – Нам придётся очень постараться, чтобы отсюда выбраться.
– И под «постараться» ты имеешь в виду?.. – Ноул выжидательно поднял брови.
 
На губах Рагавурра заиграла улыбка, будто он только и ждал этого вопроса.
– Одно дело запереть обычных Оиилэ, хоть и сильных. А другое – Глубинного жреца и Главную жрицу. А не возродить ли нам ремесленное дело Лаан? – спросил он, довольно поглядывая на Ноула и Лэину.
«Ремесленное дело Лаан» – для Ноула, который к потомкам Лаан не относил себя никогда и до этого момента не подозревал, что в его венах течёт королевская кровь, сама эта фраза была пропитана неисполнимостью. Но Рагавурр уже по-хозяйски оплывал пещеру, в поисках…
– А что ты ищешь? – спросил Ноул.
– Удачный материал, – ответил Рагавурр. – Хотя здесь все камни выглядят хлипкими. Потом придётся переделать. Хм-м… – протянул он, разглядывая выступающий кусок скалы. – Вырежем из этого.
– Что вырежем? – Ноул подплыл и уже осматривал будущее нечто.
– Тебе когда-нибудь приходилось видеть саблю?
Ноул кивнул. Некоторые до сих пор используют их во время сражений.
– Ты же каменщик, правильно? – продолжил Рагавурр. – Вот и сделай нам каменную саблю.
С просьбой создать оружие к Ноулу обращались часто, но он всегда отказывал. В их роду, помимо традиции никогда не переходить в род супруги или супруга, была ещё одна не менее важная. Свои умения и силы они использовали исключительно для создания домов. Оружейников в Эёрру Гиугин и без них хватало.
– Я не создаю оружие, – сказал Ноул твёрдо.
– Несоздавал, – ответил Рагавурр. – Но вода не стоит на месте, всё меняется в Подводном мире. Твой прародитель, хоть и оказался предателем, покинувшим Лаан Гиугин, но не был глупцом. Он сохранил и вашу кровь, и ваши знания, чтобы однажды потомки смогли искупить его вину. Вырежи для нас саблю, – велел Рагавурр. – Но не простую, которую может вырезать любой оружейник. А такую, которая способная прорезать защитные покровы.
– Никакой артефакт не разрежет Защитный купол над городом, – ответил Ноул.
– Достаточно, если он справится с защитным куполом или мембраной, созданной обычным Оиилэ или другим артефактом, – ответил Рагавурр. – Такие сабли существовали и раньше. Если твои предшественники могли их создать, то и у тебя должно получиться.
Ноул сделал глубокий вдох, смиряясь со своим новым статусом, и прикрыл глаза. Мастерство каменщиков – тонкое и сложное, оно передаётся в роду, как наивысшая ценность. Камень нужно знать и чувствовать, и уметь с ним обращаться. И тогда он будет служить долго и славить мастера, придавшего ему форму.
​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​ Ноул выпустил Волю, обволакивая ею скалу. Вода, до этого податливая и мягкая, начала обретать форму, превращаясь в тесаки и пилы, вгрызаясь в камень, освобождая его и обтачивая.
Для создания не нужно видеть. Ноул не открывал глаз до тех пор, пока вода не успокоилась и не опустила к его ногам оружие тончайшей работы. Лишь в сокровищницах богачей можно было встретить такие сабли. Их хранили и передавали потомкам, как воспоминание о давно ушедшей эпохе. О тех временах, когда в Подводном мире прославляли величие Королей.
– Мне стоило догадаться о твоём призвании раньше, – посетовал Рагавурр. – Где ещё мог скрываться избранный Океаном Глубинный жрец, если не в городе мастеров каменного дела? Что ж, теперь твоя очередь, Лэина. Виан тоже могла бы помочь.
Работу каменщика понять легко, а вот способности Лунных жриц заключены лишь в даровании предмету Воли. После Обряда дарования предмет обретает силу, а иногда и свободу выбирать того, кому он будет подчиняться. Чем своевольнее предмет, тем искуснее считается работа жрицы.
Рука Лэины легла на рукоять сабли.
– Как это делается? – спросила она Рагавурра.
– Просто представь, какими способностями должен обладать артефакт, и даруй ему часть своей силы. Пусть впитает столько, сколько ему нужно.
Лэина подозвала Виан, чтобы та присоединилась. Они обе, удерживая саблю перед собой, окружили её Волей. Поначалу едва заметная, она начала светиться и льнуть к лезвию, впитываясь. Чем больше они отдавали, тем больше оружие готово было принять. Казалось, обряд никогда не закончится.