Милая заложница

— Погоди! Кто это с ним? — вдруг пробормотал Хэмиш, все еще глядя в оптическую трубу. — Это женщина!
— Там, где есть солдаты, всегда были и будут проститутки, — фыркнул Роб, выхватывая трубу из рук Хэмиша и поднося ее к глазу.
— Это не проститутка, — запоздало возразил Хэмиш. — Это наверняка какая-то благородная женщина.
Роб узнал плащ с капюшоном, и от дурного предчувствия у него оборвалось сердце. Женщина натянула поводья и, остановив лошадь, оглянулась на крепость. В центре мутноватой линзы совершенно отчетливо возникло ее лицо.
— Элспет, — прошептал Роб.
— Да, я так и подумал, но не хотел ничего тебе говорить, пока ты сам во всем не убедишься, — с глубоким вздохом подтвердил Хэмиш. — Весь этот дьявольский переполох, который она устроила вчера за ужином, наверное, был рассчитан на то, что мы ослабим бдительность. Но она не выходила ни в одни ворота. Все они наглухо заперты. Там и мышь не проскочит. Как же ей удалось сбежать?
Роб знал ответ на этот вопрос. Но ничего не мог сказать своему другу. Он доверил Элспет тайну, известную прежде только лэрдам замка, и она его предала, не преминув воспользоваться его доверчивостью. Она прошла по тайному проходу и теперь следовала за отцом, сидя верхом на кобыле, которую он купил для нее в Лохернхеде.
— Элспет! — закричал Роб.
Его голос эхом отразился от окружавших их горных пиков. Но на этот раз девушка не обернулась.
Роб вернут «глаз предков» Хэмишу и ринулся вниз по лестнице. Минуту спустя его появление во дворе ознаменовалось диким ревом. Это Роб звал своего конюха, требуя, чтобы тот как можно скорее оседлал его лошадь.
— Что ты делаешь? — удивился догнавший его Хэмиш. — Может, Стюарт и уходит, но люди Драммонда на месте. Если ты хоть нос высунешь за стены крепости без белого флага, они изрубят тебя на куски.
— Тогда принеси мне белый флаг.
Из конюшни привели лоснящегося гнедого жеребца с простым седлом на спине. Роб обрадовался тому, что парнишка-конюх понял: сейчас нет времени украшать лошадь броскими регалиями Мак-Ларенов.
— Ты не понимаешь, Роб. В отсутствие Стюарта Драммонда не остановит наличие белого флага. Кроме того, он и не подумает вступать с тобой в поединок, который ты, по твоему мнению, заслужил. Ведь ты больше не располагаешь тем, что заставило его с тобой считаться, — закричал Хэмиш, заслоняя Робу путь. Затем он понизил голос, и теперь его слышал только Мак-Ларен. — Подумай, Роб: ты не относишься к числу людей, которые могут поступать так, как им заблагорассудится. От тебя зависит судьба всего клана. Если бы девушка хотела с тобой остаться, она была бы сейчас здесь. Ты не можешь, рискуя жизнью, мчаться за ней, как влюбленный щенок.
— Наша дружба тебя ослепила, и ты стал слишком много себе позволять! — зарычал Роб. — Прочь с дороги!
Когда Хэмиш не двинулся с места, Роб размахнулся и ударил его по лицу. Его кулак с тошнотворным хрустом опустился на челюсть бедняги. Несмотря на массивное телосложение Хэмиша, его кости были довольно хрупкими. У него закружилась голова, и он попятился. Роб хотел было сесть на коня, но его оглушили. Кто-то сильно ударил его сзади по голове, использовав для этого какой-то тупой предмет. Удар пришелся в основание черепа, и Роб, покачнувшись, опустился на колени.
У него перед глазами вспыхнули искры. Прежде чем окончательно потерять сознание, он снова услышал голос Хэмиша:
— Смотри, что я натворил из-за тебя, Роб. Я разбил о твой дубовый череп «глаз предков».
Миссис Битон вбежала в часовню в поисках отца Кестера.
Сначала она обрадовалась, узнав, что Элспет Стюарт каким-то дьявольским образом покинула Кэстил Даб. Но теперь стало ясно, что ведьма успела запустить когти так глубоко в душу лэрда, что он готов был ринуться вслед за ней, хоть это и означало верную гибель, и его лишь с огромным трудом удалось удержать от рокового шага.
Хэмиш отнес потерявшего сознание Мак-Ларена наверх, в его комнату, и миссис Битон поручила своей племяннице Марго дежурить возле лэрда. После того как Хэмиш ушел, миссис Битон привязала Роба к кровати, чтобы предотвратить его побег. Марго получила указание всякий раз, когда он пошевелится, поить его с ложечки чаем, сдобренным опием. Миссис Битон надеялась, что ей повезет и он еще много дней пролежит в наркотическом забытье.
 
Пока она не примет меры для того, чтобы Элспет Стюарт уже никогда не вернулась в его жизнь.
Экономка обвела часовню взглядом. Священника нигде не было.
— Отец Кестер! — крикнула она с раздражением в голосе. Священник вышел из ризницы и направился к ней, пряча руки в широких рукавах сутаны.
— Спокойствие, миссис Битон. Вы находитесь в доме Господа. Ему не нравится, когда в этих стенах звучат гневные голоса.
— Ну да, а еще Ему не понравится, если ведьме удастся уйти от правосудия.
— Но нас защитило провидение. Она уехала. Элизабет Стюарт здесь больше нет.
— Однако она по-прежнему вредит клану Мак-Ларенов. В этот самый момент наш лэрд мечется по кровати в бреду, насланном ее проклятиями. — И опием. — Вы должны догнать ведьму и довести дело до божественной развязки. В противном случае этому замку никогда не видать мира. Отец Кестер нахмурился.
— Я вместе со всеми стоял на крепостной стене, наблюдая за ее отъездом. Теперь она находится под защитой клана Стюартов. Даже если леди Элспет действительно ведьма, это дело священника Алистера Стюарта — убедить ее отца предать ее суду.
Миссис Битон не верила в то, что такое может произойти. Какой отец отдаст своего ребенка на сожжение?
— Возможно, вы заметили, что Драммонд уже отрекся от нее, — стояла на своем экономка. — Я не сомневаюсь, что этот брак никогда не состоится.
— С чего вы взяли?
«У этого типа что, глаз нет?»
— Если бы свадьбу не отменили, Драммонд ехал бы сейчас рядом со своей супругой. Разве не так? Вместо этого он вывел своих людей из нашей долины только после того, как ее покинул последний воин Стюарта. Либо я заблуждаюсь, либо между этими кланами все кончено.
— Хм-м-м, — протянул отец Кестер.
Неужели она должна вкладывать ему в голову мысли, все до единой? Он что, не в состоянии думать самостоятельно?
— Разве вы не понимаете, что вам необходимо срочно поговорить с лордом Драммондом? — настойчиво произнесла миссис Битон. — Вы должны сказать ему, что Всевышний хочет суда над Элспет Стюарт. Я уверена, что он сам обрадуется возможности предложить вам помощь в этом праведном деле.
— Нам понадобятся свидетели, — с сомнением в голосе произнес отец Кестер.
— Они у нас будут. Предоставьте это мне.
Когда миссис Битон заняла место экономки в замке Мак-Ларенов, она привезла с собой из родной деревни с полдюжины девчонок-служанок. Они все были обязаны ей куском хлеба и крышей над головой. Миссис Битон знала, что ей без труда удастся выжать из них любые свидетельские показания.
— Вы отправляйтесь вперед, а я не отстану от вас и на полдня со всеми необходимыми доказательствами.
Путешествия всегда были сопряжены с бедами и неудобствами. Как только за спиной отца Кестера затворились массивные крепостные ворота, ему показалось, что небо опустилось прямо ему на голову. Мир был слишком велик и неуютен. Священник знал, что такому тихоне, как он, никогда не удастся обрести в нем покой.
Он нуждался в безмятежности монастырского существования, тишине библиотеки, прилежании ученых занятий. Только это могло сделать его счастливым. Вместо этого отец Кестер трясся по каменистым горным дорогам, сидя верхом на своем муле. Несносное животное как будто намеренно спотыкалось на каждой неровности и выбоине, встречавшихся на его пути.
Отец Кестер был удивлен, когда догнал колонну Драммонда, двигавшуюся со скоростью входивших в ее состав телег и фургонов. Божьим людям почти везде оказывали радушный прием, но священник изумился еще больше, когда в ответ на изъявление желания поговорить с Драммондом его без промедления провели в шатер лэрда. Было ясно, что все, связанное с Элспет Стюарт, вызывает у этого господина самый живой интерес.