Милая заложница

— Я слышал о таком. — Отец Кестер прищурился. — Но мне, разумеется, нужны доказательства.
— О, за этим дело не станет. Доказательств у меня хоть отбавляй. Я могу указать на нескольких человек, ставших свидетелями ее нечестивого припадка. Кроме того… — Миссис Битон понизила голос и перешла на шепот: —…на ее теле есть необычная отметина. Высоко на… Может, нам лучше беседовать не здесь? Кто угодно может забрести сюда и увидеть, как мы тут совещаемся.
— Пройдемте в мою комнату.
Миссис Битон кивнула и вошла в келью молодого священника. Она твердо решила расчистить дорогу для своей племянницы. К тому времени как она окончит беседу с отцом Кестером, он будет готов собственноручно развести костер под ногами Элспет Стюарт.
— Если ты заботишься о моем добром имени, тебе лучше как можно скорее покинуть мою спальню, — произнесла Элспет. — Мою дверь охраняет Албус, который может прийти к определенным умозаключениям. Кроме того, в зале тебя ждут люди. Им необходимо тебя видеть. Ты сам не понимаешь, как их воодушевляет один твой вид.
Роб попытался возразить, но затем уступил.
— Тогда я зайду к тебе позже, — сказал он.
— Обычно после того, как меня посещают видения, я сплю как убитая, — предупредила его Элспет.
Он поцеловал ее в щеку.
— Вот и хорошо. Я не буду тебя беспокоить. — Его губы тронула лукавая улыбка. — Но если ты проснешься и тебе захочется побеспокоить меня, просто приподними гобелен на стене и войди в мою спальню.
— Возможно, я так и сделаю, — ответила Элспет, сожалея о том, что его предложение вряд ли осуществимо.
— Я побуду рядом, пока ты не уснешь, — пообещал Роб. Разубедить его Элспет не удалось. Он пододвинул к ее кровати стул и расположился рядом, не сводя с нее глаз.
Элспет закрыла глаза, намереваясь притвориться спящей. Но она на самом деле начала погружаться в сон и уже стояла на грани забытья, когда раздался щелчок дверной задвижки. Девушка с трудом приоткрыла глаза.
Роб исчез.
Преодолевая сильную головную боль, Элспет поднялась с постели и поспешно надела юбку и кожаный корсет, в которых она вместе с Робом приехала в Кэстил Даб. Ей нужна была широкая юбка, потому что она собиралась скакать верхом. Разумеется, при условии, что Роб не выпустил лошадей. Порывшись в сундуке леди Мак-Ларен, Элспет отыскала теплую накидку, о которой говорил Роб. Она действительно оказалась такой, какой он ее описывал, и была снабжена как отороченным бахромой капюшоном, так и изящной бронзовой брошью.
Элспет взбила две подушки и уложила их таким образом, чтобы со стороны казалось, будто в кровати кто-то спит. Спрятав в кармане плаща огниво, девушка задула оставленную Робом свечу и скользнула под гобелен на стене.
Она впервые оказалась в комнате Роба. Его спальня была меньше, чем та, в которой поселили ее. Здесь почти не было украшений, и в целом убранство было по-мужски строгим. Зато во внешней стене имелся большой камин, отапливавший комнату значительно лучше, чем жаровни. Элспет подняла голову и увидела взметнувшийся к самой крыше башни потолок.
Массивная кровать показалась ей соблазнительно мягкой.
Как поступил бы Роб, если бы, вернувшись после ужина к себе, обнаружил ее мирно спящей под его одеялом? Перед внутренним взором Элспет промелькнул целый ряд восхитительных возможностей, при одной мысли о которых у нее сладостно заныло тело. Ее даже бросило в жар.
«В этой комнате он спал с женой», — внезапно осознала Элспет.
Тот факт, что Роб пригласил Элспет присоединиться к нему в этой самой постели, означал, что безумие, изначально подтолкнувшее его к этой затее, постепенно оставляло его. Призрак жены тревожил Роба все меньше и меньше. Элспет очень хотелось остаться здесь и своей любовью изгнать остатки горечи, гнева и горя из его сердца.
Но чтобы доказать Робу, как сильно она его любит, она обязана как можно скорее покинуть крепость. Другого способа предотвратить несчастье она не видела.
Элспет нажала на дверную ручку и выглянула в коридор. Там было пусто, поскольку Албус, охранявший ее дверь, находился за поворотом. Стараясь производить как можно меньше шума, девушка отворила дверь и заспешила к лестнице. В полной темноте она начала спускаться по ступеням, держась за стену, чтобы не оступиться. Зажечь свечу Элспет не решилась.
 
Оказавшись на первом этаже, она обошла стороной центральный зал и вышла во двор. Чтобы попасть в часовню, необходимо было обойти ряд построек, что Элспет и сделала, стараясь держаться подальше от людей и освещенного факелами пространства.
Часовня была озарена тусклым мерцанием свечей. Элспет взяла одну из них и направилась к алтарю. Взметнувшийся ввысь потолок поддерживали высокие колонны, с которых на нее взирали лица каменных ангелов. Оглядевшись вокруг и никого не увидев, Элспет наклонилась и нырнула под узорчатую накидку на алтаре.
«Нужно каким-то образом сдвинуть эту плиту».
Подняв свечу, Элспет изучала тесное пространство под алтарем. Рядом со шкивом и веревкой она нашла прикрепленный к внутренней части алтаря металлический брус. Он казался частью этого сооружения, но когда она за него потянула, легко выскользнул из гнезда.
Нащупав трещину в полу, Элспет вставила в нее острый конец бруса. Каменная плита приподнялась, и девушка смогла просунуть под нее кончики пальцев. Ей удалось приподнять плиту, после чего она сдвинула ее в сторону, хотя это оказалось совсем не легко и ей пришлось навалиться на плиту всем своим весом.
Вдруг Элспет услышала чьи-то шаги. Она мгновенно погасила свечу и замерла во мраке, прислушиваясь. Шаги приближались.
— Здесь, кажется, никого нет, — послышался чей-то шепот.
— Мне почудилось, что тут кто-то был, — так же шепотом ответил второй человек.
— У этой старой часовни много голосов. Вы не представляете, на какие шутки иногда способен ветер.
— Или, может, дьявол пытается подслушать наш разговор.
— Существует мнение, что князь тьмы предпочитает действовать в темное время суток. Возможно, нам следует поговорить в другой раз? Днем. И не здесь, — снова раздался первый голос. — Ведьма, должно быть, знает, где находятся ее враги.
Ведьма? О чем это они?
— Да, это мудро. Очень мудро, — прошептал второй голос. Было в его шипящих интонациях что-то такое, что заставило Элспет заподозрить: его обладатель не вполне искренен. — Я загляну к вам завтра, после того как лэрд проведет переговоры со Стюартом и Драммондом. Тогда и посмотрим, что к чему. Доброй ночи, отец.
— Идите с Богом.
Две пары ног направились прочь от алтаря, хотя, судя по всему, двигались они в разных направлениях. Элспет досчитала до тридцати, прежде чем отважилась шевельнуть хотя бы ресницами.
Затем она размотала закрепленную под алтарем веревку и уронила ее в черное отверстие. Сев на край люка, девушка опустила ноги и посмотрела вниз. Там царил мрак.
Она внутренне содрогнулась, но не от холода.
«Там просто темно, — сурово напомнила она себе.
— Бояться совершенно нечего, — твердила Элспет, медленно спускаясь по веревке в темноту. Тут ее хватка на веревке ослабла и девушка стремительно полетела вниз, обжигая ладони. Она неловко упала на каменный пол, и ее бедро пронзило нестерпимой болью. Элспет подумала, что это падение вполне способно вызвать новое кровотечение.
Несколько секунд девушка лежала, не шевелясь. Она напряженно прислушивалась, опасаясь, что ее спуск могли услышать наверху. С другой стороны, шум мог привлечь внимание кого-нибудь, кто притаился внизу.
Наконец Элспет встала и начала наощупь искать факел. Когда они с Робом воспользовались этим потайным ходом, чтобы проникнуть в крепость, она его потушила и уронила на пол. Факела нигде не было. Тут она вспомнила, что на стенах пещеры имеются специальные отверстия для факелов. Если Роб воспользовался этим факелом, когда ухаживал за лошадьми, он наверняка оставил его там.
Элспет принялась шарить ладонями по гранитным стенам и вскоре нашла факел. После нескольких попыток высечь искру ей это наконец удалось, и вот уже факел ярко пылает, освещая темный тоннель. Запах смолы и серы почти заглушил мышиную затхлость подземелья.