Заложница (ЛП)

— Я больше не буду умолять. Ничто не контролирует меня. Особенно ничтожество вроде тебя.
Он занес хлыст — как она и ожидала.
Она рванулась вперед, целясь под плащ в уязвимую плоть.
Но тело вдруг свело судорогой, и кинжал выпал из ее рук. Жгучая волна прокатилась по нервам. Невыносимая боль и наслаждение. Удар в клитор. Хуже, чем когда-либо.
Ева свернулась калачиком, пытаясь пробиться сквозь туман боли.
  
— Нравится моя новая игрушка? — Холлисворт присел рядом, край плаща коснулся щеки. Его прикосновение вызвало новую волну мучительного желания. — Это даже эффективнее моего любимого хлыста. — В его ладони лежал стальной цилиндр с мигающими огоньками. — Ты не единственная, кто строил планы, Айанна. — Злорадство звенело в голосе, когда он водил хлыстом по ее спине. — Я создал это из руды, которую твой смертник и его банда поставляли. Это контроллер. Ученые сделали его, чтобы спасти свои жалкие жизни после твоего побега. Это своего рода пульт. Он взаимодействует с нанотехнологией, встроенной в твой мозг.
Ева боролась с парализующей волной боли.
— Ну как? — Он повернул регулятор. — Нравится?
Ее мышцы свело, боль прожигала каждую клетку. Тело билось в конвульсиях. Даже когда он поднял хлыст, ударив по ее спине, бедру, ягодицам.
Заставив кричать.
Наконец, это прекратилось.
Она лежала, едва дыша.
— Так прекрасна. — Он поднял ее лицо, большим пальцем погладил ее щеку. В его глазах светилась извращенная нежность. — Лучший экземпляр в коллекции.
Она попыталась зарычать, но получился лишь стон.
Пыталась найти кинжал. Вспомнить уроки Валдуса.
Но торжествующий взгляд мужа затмил все.
— Я скучал, невеста. По твоим стонам. По тому, как ты борешься — и в конце покоряешься.
Ее затошнило.
— Я… никогда… не покорюсь, — с трудом выдавила она.
Легкий поворот регулятора. Ее тело снова скрутило. Боль. Темнота в глазах. Она рухнула, ее грудь судорожно вздымалась.
— Мы повеселимся. — Его голос стал жестче. — Обещаю тебе, ты сломаешься, производительница. Ты сломаешься, будешь умолять и склоняться передо мной. А потом умрёшь.
Боль и жар мешали Еве мыслить.
Но кинжал был в шаге.
Она потянулась за ним.
Холлисворт отшвырнул его пинком. Звон металла по камню звучал как предвестие поражения.
— Хочешь извиниться за непослушание? — Его палец завис над регулятором.
Она представила Валдуса. Их звезды.
Возможно, они не были вместе так долго, как ей хотелось бы, но она была благодарна за каждый проведённый с ним миг. То, что её похитили, оказалось лучшим, что могло с ней случиться.
Она знала: он найдет ее. В этой жизни или следующей. В этой вселенной или иной. Потому что она свободна. Потому что она любима.
Она вдохнула, оперлась на руки и, откинув волосы, встретила взгляд мужа.
В его глазах читалась уверенность в победе.
— Жалею лишь, что не увижу, как тебя постигнет заслуженный ужасный конец. Но он близок, Холлисворт. И я улыбнусь, когда ты сдохнешь.
Белее мела, он отпрянул, его пальцы нащупывали регулятор.
Будет больно.
— Отойди от нее, тварь! — знакомый низкий голос раздался из темноты.
Холлисворт обернулся, отвлекаясь от нее.
Ева рухнула на камень, облегчение и ужас ледяными иглами вонзились в вены.
Валдус. Ее сердце затрепетало.
Он пришел.
Но теперь и он в опасности.
  
Глава 43
 
Валдус рванулся вперед, размахивая топором и пытаясь опереться на холодную логику, которая так долго поддерживала его. Бесполезно.
Чудовище, которое он ненавидел, нависало над его женщиной с кнутом в руке.
— Хочешь кого-то ударить, больной ублюдок? — Он вонзил топор в очередного солдата Совета, не отрывая взгляда от Евы. — Тогда давай попробуй ударить меня!
Оглядываться не нужно было, он знал, что его команда позади, готовая прикрыть спину, как всегда.
— Убейте его! — самодовольно закричал член Совета. — Убейте их всех!
Было почти приятно наблюдать, как глупое недоумение искажает лицо Холлисворта, когда дроиды взревели, но никто из его команды не вспыхнул оранжевым.
— Сюрприз! — прошипел Валдус.
Она действительно сделала это.
— Что, черт возьми, происходит? — Паника в голосе ублюдка звучала как музыка. — Почему эти заключенные не горят? Почему не корчатся от боли? — Он орал на тех, кто управлял дроидами. — Немедленно активируйте самоуничтожение их трекеров!
Так долго Валдус мечтал убить члена Совета медленно, заставив его страдать за каждый оборот в этой дыре, за каждое изнасилование и убийство, за каждую смерть товарища. Теперь же он хотел просто стереть этого ублюдка с лица вселенной, чтобы Ева была в безопасности.
А потом встать на колени и перестать тратить время. Сказать ей, что он достаточно силен, чтобы быть с ней, что бы она ни решила. Что благодарен за каждый момент, проведенный здесь с ней. И если это их последние мгновения — он умрет без сожалений. Что он будет держать ее, пока она введет сыворотку, и бороться за нее, если что-то пойдет не так. А если не выйдет, то ляжет рядом и последует за ней туда, куда поведут звезды. Вместе.
Он поклялся найти ее, где бы она ни была. Сделать все, что потребуется.
И сделает.
Потому что она принадлежала ему. Так же как он принадлежал ей.
— Активируйте трекеры, идиоты, или ваша участь будет хуже! — Голос Холлисворта становился все более истеричным.
Перепрыгнув через тело, Валдус вонзил топор в еще одного солдата Совета, сосредоточившись только на сокращении дистанции между ним и Евой.
Затем краем глаза он заметил движение. Крик Гриффина. Развернувшись, он увидел, как его товарищ пошатнулся, хватка на оружии ослабла — старая рана на животе вновь сочилась кровью.
Действуя быстро, Валдус метнул топор, сразив подлеца, замахнувшегося на Гриффина. Тот кивнул в благодарность.
Но когда Валдус обернулся, его кровь застыла.
Черт. Слишком много дерущихся. Он потерял Еву из виду.
Сжав зубы, он пробивался сквозь толпу, устраняя всех на своем пути.
— Барретт! — справа голос Дарвиша прозвучал тревожно.
Проклятье. Больному парню приказали оставаться с другими непривитыми, но он, конечно, не послушался.
Взгляд Валдуса нашел юношу, отбивающегося от двух солдат. В здоровом состоянии он был одним из лучших бойцов. Но сейчас его удары были медленными и неуверенными. Хуже того он мерцал оранжевым. Трекер внутри него активирован дроидами.
С рыком Валдус бросился к Барретту.
— Дарвиш, нет! — крикнул юноша.
Валдус развернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как рыжебородый гигант рухнул, кровь хлестала из раны на боку.
— Валдус, справа! — предупредил Райкер.
Он рванулся влево. Луч лазера прожёг плечо, едва не задев грудь. Больно, но не смертельно.
Он обернулся поблагодарить своего заместителя — и увидел, что тот опустился на колено, сжимая живот и хрипло дыша. Ранен.
— Насколько плохо?
— Ничего, — отмахнулся Райкер.
Запах горелой плоти ударил в ноздри. Друг был далеко не в порядке. И он тоже не вставал на ноги.
Валдус заколол еще одного солдата.
Битва бушевала повсюду, противники перемешались, схватки вспыхивали со всех сторон.
— Это должен был быть я, — голос Барретта дрожал, он держал Дарвиша в объятиях. — Только я.
— Мы идем вместе. — Огромная рука Дарвиша коснулась лица юноши, рыжая борода ярко горела в оранжевом свете. В его глазах — еще более яркая любовь. — Нет жизни для меня ни здесь, ни там без тебя.
Валдус запрокинул голову и завыл. Отчаяние рвало его на части.
— Уничтожьте дроида! — крикнул он.
Но Барретт был слишком слаб, а Дарвиш — слишком тяжело ранен. А он сам — слишком далеко, да еще и с раненым Райкером.
  
— Осторожно! — Гриффин предупредил как раз вовремя.
Валдус уклонился, едва избежав выстрела в лицо. С рыком он атаковал. Еще один враг повержен. Затем подхватил Райкера: