Заложница (ЛП)

Ее раны кровоточили сильнее.
И все же она заставила себя сказать:
— Прикажешь мне не делать этого — и между нами все кончено. — Ее голос был тихим и острым от убежденности. — Слишком много людей в моей жизни решали, что я могу, а что нет.
Его глаза сузились.
— Это между тобой и мной. Не приплетай сюда других.
— Как я могу не приплетать? Он здесь. — Она прижала ладонь к животу. — В моей крови. Пятно, тень, от которой я не могу избавиться. Каждый раз, когда приходит этот чертов жар, он побеждает. — Она отчаянно пыталась объяснить, ненавидя растущую отчужденность в его взгляде, то, как он казался за миллион миль от нее, хотя стоял прямо перед ней. — Он крадет часть меня. Делает меня уязвимой.
  
— Думаешь, со мной все иначе? — прорычал Валдус. — Дело не в жаре, который делает тебя уязвимой. Дело в сердце. — Он ударил себя в грудь кулаком. — А для меня уже слишком поздно. Я уже в опасности. Жар или нет, ты в моей крови. Сила, которой я не могу сопротивляться. Наваждение, от которого не хочу избавляться.
Ее сердце трепетало, голос дрогнул.
Она не хотела терять его. Но и не хотела терять шанс стать той, кем хотела быть.
— Я… я не могу снова быть чьей-то пленницей.
— Даже если ты не единственная?
Ее подбородок резко поднялся.
Он ждал, когда она посмотрит на него.
— Я тоже в оковах, — прошептал он, его губы в дюйме от ее кожи, а взгляд… напряженный.
— Я… не понимаю.
— Думаешь, ты одна такая? Думаешь, только тебя поглотила эта нужда? — Его челюсть была сжата, глаза потемнели, пока он нависал над ней. — У меня нет наручников на запястьях или этой технологии в крови, но они могли бы быть. — Он наклонился, и выпуклость его мощного члена уперлась в ее живот. — Я отвечаю за своих людей. Хороших солдат, которые заслуживают моего полного внимания, которые заслуживают того, чтобы я сделал все для их спасения. Братьев, которых я поклялся защищать прежде всего — и вот я здесь. — Его голодный взгляд скользнул к ее губам. — Переживаю, не обиделась ли ты. Думаю, как сделать тебя счастливой. — Он медленно вдохнул, голос понизился. — Жажду тебя, как последний глоток свежего воздуха в этой дыре. Как теплый луч солнца на коже.
Стены вокруг ее сердца треснули, темная боль внутри осветилась красотой его слов. Не просто в пылу страсти, но под холодным светом разума.
Никто никогда не говорил с ней так.
Поэзия от закаленного в боях воина.
Как и многое на Драгаш-25, красота приходила, когда ее не ждешь.
Он показал ей звезды, а теперь это.
Дрожащими пальцами она потянулась к нему.
— Валдус…
Он отступил.
— Если ты рискнешь и умрешь, у нас не останется ничего. Подумай об этом, прежде чем решать. Подумай, не побеждает ли уже то, что между нами.
Ее рука опустилась. Дистанция между ними могла быть пропастью.
— Мне… нужно время.
Разочарованный взгляд встретился с ее.
— Его у нас нет.
— Помогите! Помогите мне! — отчаянный крик разнесся по коридору. Знакомый голос.
— Пратт? — Ева уже рванулась вперед.
Но мощная рука отдернула ее назад.
— Осторожно. — Ярко-синие глаза Валдуса просканировали помещение. Даже сейчас его забота о ней была превыше всего. — Это может быть ловушка.
Она вдохнула, пытаясь преодолеть отчаяние, вспыхнувшее из-за задержки. — А если нет?
Хмурясь, он достал оружие и шагнул вперед.
— Стой за мной, и мы выясним.
  
Глава 37
 
— Я больше не могу держаться! — Побелевшие пальцы впились в землю у края трещины в полу.
Рука Валдуса сжала Еву, пока он в последний раз осматривал коридор, прежде чем дать знак Дарвишу и Бэйну вытащить мужчину. Расщелины вроде той, в которую провалился член команды Евы, здесь встречались часто, и их легко было не заметить. Но что-то в этой ситуации казалось ему неправильным.
— О, богиня. Спасибо. Спасибо. — Рыдая, спасенный вцепился в мощную руку Дарвиша, пока его тело, а затем босые, потрескавшиеся ступни перевалились через край пропасти.
Но рыдание позади пронзило Валдуса до самой души.
Друг Евы выглядел ужасно. Его форма была в лохмотьях, а на коже одни синяки шли поверх других. На шее виднелись следы от веревок, тонкие порезы, вероятно от кирки, пересекали спину, а весил он вдвое меньше, чем в трюме транспорта. Самое страшное — его глаза были пустыми и безжизненными.
Дрейк истязал бедолагу.
И Валдус позволил этому случиться.
И он снова поступил бы так же.
Он всегда выбирал бы Еву.
Вопрос в том, выбрала бы она его?
— Что ты здесь делаешь, Пратт? — Он намеренно вычистил все эмоции из голоса.
Мужчина поднял взгляд, полный ужаса.
— Пожалуйста, не отправляйте меня обратно. Пожалуйста. — Его глаза метались из стороны в сторону. — Пожалуйста.
— Все в порядке, Пратт. Никто не отправит тебя обратно. — Вырвавшись из хватки Валдуса, Ева встала так, чтобы он ее заметил. — Знаю, выгляжу не так, как ты помнишь, но это я. Ева Дэвис. Твоя напарница. — Понизив голос, она бросила взгляд на свою руку, которую Валдус все еще сжимал, и прошептала: — Валдус, отпусти меня к нему. Он в ужасе.
Он не ослабил хватку. Слишком многое оставалось неизвестным.
— Как ты сюда попал? — спросил он мужчину.
Тот затрясся сильнее.
— Я… я сбежал. — Пратт провел по потрескавшимся губам распухшим почерневшим языком. — Там хаос после появления члена Совета. Мой хозя… — он резко замолчал. — Дрейк ранен. Он… он еле жив, и… остальные мечутся… пытаются найти, — его взгляд скользнул за плечо Валдуса, — её.
Низкое рычание Валдуса заставило мужчину отпрянуть, его ладони взлетели вверх, будто ожидая удара.
— Н-не я, — захлебнулся Пратт. — Я просто хотел сбежать. Когда они отправили больше охранников искать ее и оставили нас одних, я… я убежал.
Достаточно правдоподобное объяснение.
И все же Валдусу оно не нравилось.
Потому что этот солдат был связью с прошлой жизнью Евы, а он — ревнивый, собственнический ублюдок? Или потому что в этом человеке что-то было не так?
Воцарилось молчание.
Боль и неодобрение Евы царапали его спину, словно когти.
— Чисто, Валдус. — Гриффин, все еще оправлявшийся от ранения, вышел из-за ближайшего валуна. Никто не умел маскироваться и выслеживать лучше него. — Насколько я могу судить, за ним никто не идет. Он один.
Валдус разжал пальцы.
Ева бросилась вперед, опустившись на колени рядом с Праттом.
— Теперь ты в безопасности, — повторила она, обняв мужчину за спину, чтобы поддержать. — Все будет хорошо.
Бэйн и Дарвиш переглянулись.
Валдус намеренно сохранял лицо бесстрастным. В конце концов, это был ее напарник. Ее связь с прошлой жизнью. Лояльность стоило уважать.
Так почему же он так отчаянно хотел вырвать этого несчастного из ее рук и швырнуть обратно в ту дыру, из которой его только что достали?
Отбросив мысль, он шагнул вперед, нависнув над рыдающим мужчиной.
— Ты можешь идти?
Ева бросила на него раздраженный взгляд.
— Он только переводит дыхание.
— У нас нет времени. — Лидер в нем требовал отказаться от риска и отправить мужчину прочь. Но человек в нем хотел другого. После всего, что он отнял у Евы — после всего, что просил ее отдать — он хотел вернуть ей что-то, что она действительно желала.
— Его обыщут, прежде чем впустят в укрытие. — Его взгляд встретился с ее, желая убедиться, что она понимает. — И за ним будут присматривать круглосуточно, пока мы не убедимся, что он не угроза. Ни при каких обстоятельствах ему нельзя давать оружие.
Она быстро кивнула.
— Конечно. Спасибо.
Тени в ее глазах немного рассеялись, и это немного смягчило его дискомфорт, но не до конца. Особенно когда мужчина вцепился в руки Евы, будто не собирался отпускать, пока она помогала ему встать.
  
— Спасибо. Спасибо. — Ее бывший напарник снова разрыдался.
Трудно поверить, что когда-то он был солдатом, приставленным охранять ее.