Препод 6 (СИ)

— Спрашивай.
— Эм… профессор…
— Зовите меня «мастер», — поправил мужчина.
— Мастер, а зачем нам это знать? Как это относится к магии? Мы же изучаем магию.
Лотус кивнул, снова махнул рукой, разрешив садиться, затем, не спеша оглядев всех присутствующих, ответил:
— К магии тема занятия не относиться никак, и магию на этих занятиях вы применять не будете. А что насчёт, зачем вам это знать? То я отвечу чуть более подробно, но только сначала схожу отлить.
  
Мужчина невозмутимо поднялся с места под слегка обалделыми взглядами студентов и, развязывая тесьму на ширинке штанов, стал углубляться в лес.
Признаться, я и сам слегка опешил, а уж когда ко мне стали поворачиваться не понимающие, что происходит, студенты, то на секунду даже захотел извиниться за такое поведение гостя. Но сдержался, с непроницаемым видом оставшись молча сидеть. Что-то в поведение мастера Лотуса было не то. Что конкретно — не очень понятно, но я предпочёл дождаться итогов представления. Почему-то не верилось, что всё так просто, где-то внутри свербела мысль, что что-то этим ветеран хочет показать.
А мужчина, подойдя к дереву потолще, метров за пятнадцать от нас остановился, задумчиво ковыряясь в штанах.
— Фу! — послышалось чьё-то громкое возмущённое восклицание, и девушки дружно, все как одна, принялись отворачиваться.
Но тут произошло неожиданное. Мастер Лотус, внезапно убрав руки от штанов, с утробным рычанием, как какой-то тигр, быстрее молнии прыгнул вбок, разом преодолевая метра четыре и протянув обе руки, буквально выдернул из невидимости неизвестного в чёрном мешковатом комбинезоне и маске с прорезью для глаз.
Народ дружно охнул, а боевой отставник каким-то ловким движением вывернув прятавшемуся от нас ниндзе руки, с силой воткнул его лицом в палую листву и, брызгая слюной, бешено заорал:
— Если ещё раз рядом увижу хоть одного, протекторатские ублюдки, наизнанку повыворачиваю! Понял меня⁈
Мгновенное преображение расслабленного пенсионера в натуральную машину убийства подействовало, как ушат холодной воды. Почти физически ощущаемая жажда убийства, волнами распространявшаяся от мужчины, заставила особенно впечатлительных с перекошенным от страха лицами отползать назад, остальных просто приковало к месту. Даже я, к своему стыду, ощутил лёгкую слабость в ногах, весьма впечатлённый увиденным. И даже его фраза про выворачивание наизнанку не казалась эвфемизмом, верилось, что он и правда вывернет.
— Ты меня понял⁈ — повторно ещё громче проорал Лотус, словно куклу встряхнув одного из ракамакских убийц.
В этот раз, похоже, ответа он дождался, потому что отпустил пленника, поднимаясь с колена и наподдав тому пинком под зад, почти спокойно бросил:
— Убирайся.
Мда… Проводив быстро ковыляющего вглубь леса подручного Ясулы, которого в первые мгновения я просто не узнал, подумал, что бы моя ракамакская жена сказала, увидев такое. Почему-то показалось, что это далеко не первая встреча мастера с элитным ракамакским подразделением, чувствовалось в не сдерживаемых эмоциях что-то личное. А затем я вспомнил день, когда они появились в колледже, и она вместе с Алисой тоже была на крыльце, когда я знакомился с магистрами. А потом, когда они шли мимо, и Алиса направилась обниматься с Сильвией, Ясулы уже почему-то там не было. Исчезла, как по волшебству. Я тогда внимания на это не обратил, а вот теперь что-то мне подсказывало, что это случилось неспроста. Похоже, Алалийские Ястребы не только алали о себе память оставили.
Вернувшись к испуганно глядящим на него студентам, мастер, как ни в чём не бывало, присел обратно на корень и произнёс:
— Считается, что скрытый под магической невидимостью объект можно обнаружить только заклинанием магического сканирования более сильного уровня. Я применял сканирование? Ну же, — мужчина усмехнулся, — говорите, не бойтесь.
— Нет, — дав петуха, Бари, первым решившийся ответить, прокашлялся и уже твёрдо повторил, — нет.
— Вот именно, — кивнул Лотус, не обратив ровно никакого внимания на случившийся с юношей конфуз, — потому что применение магического сканирования не останется незамеченным противником и даст ему понять, что он раскрыт. Тем самым теряется эффект внезапности. К тому же, более сильную маскировку вы может попросту не обнаружить, и тогда знание демаскирующих признаков и умение их выявлять может спасти вам жизнь. Вопросы есть?
Вопросов не было, и, удовлетворённо кивнув, мастер продолжил:
— Итак, демаскирующие признаки бывают четырёх видов: запах, звук, передвижение и неправильная маскировка. Некоторые сильные маскирующие заклинания могут скрывать один или несколько признаков, но ни одно из них не убирает все. То, что вы маги, одновременно и ваша сила, и ваша слабость, потому что вы перестаёте пользоваться обычными органами чувств, во всём полагаясь на магию.
Тут вновь поднялась рука, и поднявшись Силлана осторожно возразила:
— Но мы пользуемся и слухом, и зрением, и обонянием…
Но ветеран только покачал головой:
— Да, вы видите, слышите и ощущаете запахи, но вы не используете это как инструмент. Чем здесь пахнет? — спросил он неожиданно.
— Э-э, лесом? — неуверенно ответила староста.
— Людьми здесь пахнет, — покачал головой Лотус, — просто вы этого не замечаете, давно принюхались. А между тем, запах пота, еды, испражнений можно почувствовать за несколько сотен метров, определив место засады или схрон. А какие звуки вы слышите вокруг нас?
В этот раз студенты промолчали, и ветеран произнёс:
— Слушать и слышать — очень разные вещи. Есть привычные для леса звуки, а есть нарушающие его гармонию. Хруст веток, птичьи крики или наоборот, тишина — это признаки, что в лесу находится посторонний.
— А передвижение? — спросил Авсан.
— Любая, даже самая совершенная иллюзия, при движении объекта будет совсем немного, но искажать картинку, эти искажения надо тоже уметь улавливать. Но об этом мы поговорим подробней чуть позднее.
*** 
Если после первого занятия у меня были только подозрения, то, выборочно послушав остальных, я окончательно убедился, что Калистратис припёр этих вояк не просто так. Он их привёз специально, чтобы обучить моих студентов. И это требовало разъяснения. Поэтому я поступил так, как всегда поступал в подобных случаях. Взял ящик понтийского вина, сиречь крепкого такого вискаря, которого сами понты припёрли с запасом, и пошёл в гости.
Время было вечернее, и я надеялся, что в темноте позвякивающий бутылками ящик в моих руках не будет слишком сильно привлекать внимание.
Разместились ветераны в студенческом общежитии на первом этаже, где были свободные комнаты как раз для временных гостей колледжа. Чтобы на вахте не создавать ненужный ажиотаж и не возбуждать видом алкоголя студентов, я пробрался по тылам, обойдя здание снаружи, вычислил нужное окно и аккуратно постучал по деревянной раме. Ждать пришлось недолго, за стеклом показалось лицо Калистратиса, и когда я приветственно махнул рукой, старый маг тут же потянулся к запирающей окно щеколде. Стоило створке распахнуться, как я тут же поставил туда ящик. Пропыхтел, забираясь следом:
— Вот, добыл, понтийское, как раз посидеть, за знакомство выпить.
— Хорошее дело, — одобрил мастер Лотус, присутствовавший тут же.
Спрыгнув на пол, я огляделся. Как и думал, все семеро были на месте и даже успели размяться чем-то слабеньким. Распахнув полы мантии, я достал стыренного с кухни копчёного гуся, из внутренних карманов выудил пару караваев хлеба, а дополнил композицию связкой тонких колбас и двумя крепкими солёными огурцами.
— А магистр, хоть и молодой, а смотри-ка, разбирается, — хохотнул ещё один ветеран, которого звали мастер Бэтрис.
Этот был профессионалом в устройстве немагических ловушек, и группа в полной мере ощутила их действие на себе. После занятия часа полтора потратили, доставая их из сетей, ям и прочих капканов. Благо, все они были в учебном, так сказать, исполнении.