Эликсир сущности (СИ)

— Алексей Дмитриевич, а что вы сейчас пытаетесь от меня скрыть? — поинтересовался я.
  
Глава 23
 
Граф Толубеев и Нагайцев снова переглянулись.
— О чем вы, Александр Васильевич? — не слишком правдоподобно спросил Толубеев. — Мне нечего скрывать от вас.
Я досадливо поморщился — граф совсем не умел врать. Лицо Нагайцева тоже выдавало напряжение.
  
— Не стоит ребячиться, ваше сиятельство, — спокойно предложил я. — Вы не ждали моего приезда, а теперь пытаетесь под надуманным предлогом не пустить меня в конюшни. Кроме того, мой магический дар прямо-таки кричит о подвохе. Вынужден напомнить вам, что только с помощью моего дара вы смогли решить проблемы с Уральским банком.
Толубеев не выдержал моего взгляда и отвернулся. Его губы скривились от досады, но досадовал граф, скорее, на самого себя.
— Ладно, что уж там, — не выдержал он. — В самом деле, глупо обманывать Тайновидца. В общем, поймали мы с Ефимом того мерзавца, который опоил Мальчика.
— И собирались промолчать об этом? — удивился я. — Не понимаю вас, Алексей Дмитриевич. Надеюсь, вы сообщили в полицию?
Вместо ответа граф Толубеев укоризненно посмотрел на Нагайцева. Нагайцев, в свою очередь растерянно развел руками.
— Мы хотели сначала сами узнать, кто он, — объяснил Толубеев. — А уж потом преподнести его вам. Так сказать, на блюдечке с золотой каемочкой.
— Он что, снова пробрался в конюшни в чужом облике? — догадался я.
— В том-то и дело, — кивнул Толубеев. — Представляете, как я на него зол? Поэтому и не сказал никому. Решил сам разоблачить негодяя.
— Хотели получить моральное удовлетворение? — улыбнулся я.
— Вот именно.
— И что же этот лазутчик?
— Молчит, подлец, словно воды в рот набрал.
— Раз уж все выяснилось, вы позволите мне с ним поговорить? — поинтересовался я.
— Разумеется, Александр Васильевич.
Расстроенный Толубеев собрался, было, обидеться. Но, к счастью, передумал.
— Прошу, — кивнул он и первым пошел к воротам.
— Как вы его поймали? — спросил я у Нагайцева.
— Да очень просто, — ответил вместо тренера граф. — Я как услышал, что с Мальчиком случилось, так сразу примчался на конюшню. Всыпал здесь всем по первое число. А потом поставил условие — если хотят по-прежнему на меня работать, то помогут мне поймать негодяя, который опоил Мальчика.
— А с чего вы взяли, что он снова здесь появится? — удивился я.
— Не один вы хитрить умеете, Александр Васильевич, — довольно улыбнулся Толубеев. — Я-то сразу понял, кто этого мерзавца подослал. Фамилию точно не назову, но уверен, что это один из моих конкурентов. Не только я в столице скаковых лошадей держу, есть и еще заводчики.
— И что же вы сделали? — заинтересовался я.
— Пустил слух, что с Мальчиком все в порядке. Со скачек его снимать не стал, как вы и посоветовали. А сам тем временем устроил засаду. Посадил конюхов в конюшню, и охранную магию отключил.
— Рискованно, — заметил я.
— Ничего подобного, — возразил Толубеев. — Ефим мне честно рассказал, что это его парнишки вина. Вот этим мы и воспользовались. Отключили магию и отправили парня в Сосновку к его зазнобе. А сами стали караулить. Вот около полуночи и схватили подлеца. Конюхи его помяли маленько, чтобы разговорить. Но он крепким оказался — молчит.
— Надеюсь, вы его не покалечили? — встревожился я.
— Да его за такие фокусы убить мало, — упрямо сказал Толубеев. — Сами увидите.
Он повел нас через тренировочный круг к коттеджу. Туннелонец молча шел за нами. Он крутил головой по сторонам, словно принюхивался.
Заметив мой интерес, туннелонец тихо сказал:
— След магии Огненного Скакуна. Я его чувствую.
Вслед за графом мы поднялись на второй этаж. Толубеев толкнул дверь конторы:
— Вот, полюбуйтесь на мерзавца!
Войдя, я удивленно хмыкнул. Привязанный к стулу человек был точной копией тренера Нагайцева — за тем исключением, что нижняя губа у него была разбита, левый глаз заплыл синяком, а на подбородке запеклась кровь.
Я даже посмотрел на тренера, а потом снова перевел взгляд на сидящего — просто, чтобы сравнить.
Одно лицо, и не отличишь.
— Кто вы? — спросил я.
Человек посмотрел на меня и скривил лицо в страдальческой гримасе.
— Вот и господин Тайновидец пожаловал, — злорадно сказал он. — Доброго дня вам, ваше сиятельство!
Голос его похрипывал, но был похож на голос тренера.
— Сволочь! — вспылил Толубеев. — Он еще издевается!
Сжав кулаки, он шагнул к задержанному.
— Не стоит этого делать, Алексей Дмитриевич, — сказал я.
— Вот именно, — издевательски подтвердил задержанный. — Кое-кто знает, что я здесь. Так что хоть убейте — вам же хуже. Все под суд пойдете. А это еще кто?
Он с подозрением уставился на туннелонца.
— Вы что-нибудь нашли при нем? — тихо спросил я Нагайцева, не сомневаясь, что задержанного обыскали.
— Вот.
Нагайцев протянул мне тонкую пробирку, в которой плескалось незнакомое зелье.
— Это не мое, — увидев зелье, сказал задержанный. — Вы ничего не докажете.
— Конечно, не ваше, — усмехнулся я. — И то зелье, которым вы опоили Мальчика — тоже не ваше. И то, которое вы выпили, чтобы стать похожим на господина Нагайцева. Вы ведь не покупали их у купца Сойкина?
— Не покупал, — нагло заявил задержанный. — Я вообще не понимаю, о каких зельях вы говорите. Если вы немедленно меня не отпустите, я сам заявлю на вас в полицию.
— Разумеется, — согласился я. — Вы купили зелье у его помощника Хвата, который очень вовремя пустился в бега.
— Не знаю никакого Хвата. Я вообще не понимаю, о каких зельях вы говорите. Да, я случайно забрел на частную территорию — просто из любопытства. За это в тюрьму не сажают. А вот вам придется плохо. Вы задержали и избили меня.
Он хорохорился, не понимая всей серьезности своего положения.
— Развяжите его, — сказал я Нагайцеву.
А сам взял второй стул и сел напротив задержанного.
Нагайцев вопросительно взглянул на графа Толубеева. Тот посмотрел на меня и кивнул Нагайцеву.
— Развяжи его, Ефим.
Нагайцев завозился с узлом. Потом взял со стола нож для бумаг и перерезал веревку.
— От чьего же имени вы собираетесь судиться? — с улыбкой спросил я. — Кто вы на самом деле?
— Это вас не касается, — растирая запястья, ответил задержанный.
На его коже виднелись следы от веревок.
— Видите?
Он вытянул руки перед собой.
— Это вам даром не пройдет. Любой целитель определит, что меня связывали.
— Сколько часов вы провели здесь? — спросил я.
— Мы поймали его сразу после полуночи, — ответил Толубеев.
— Больше трех часов, — кивнул я. — И до сих пор не приняли свой настоящий облик. Так я и думал.
— Что вы «так и думали»? — с вызовом спросил задержанный.
— Хват продал вам зелье, от которого нет противоядия, — объяснил я. — Он сказал вам об этом?
Напускная уверенность мгновенно слетела с задержанного. Он забыл про свои запястья и с тревогой уставился на меня.
— Вы врете, — неуверенно сказал он.
— Не имею такой привычки, — улыбнулся я. — Впрочем, если вы не верите мне, то сможете спросить об этом у полиции. Думаю, полицейские уже задержали Хвата.
Я откинулся на спинку стула, и она громко скрипнула.
— Ваша прежняя жизнь закончилась навсегда. Теперь вы подозрительный бродяга без документов, с чужим лицом. Разумеется, мы выясним, кем вы были раньше. Хват не станет молчать. Но вот подтвердить свою личность вы уже не сможете.
Рот лже-Нагайцева испуганно приоткрылся. Он переводил взгляд с меня на графа Толубеева и обратно.
— У вас была работа? — сочувственно спросил я. — Квартира, счет в банке? Друзья, семья? Попрощайтесь со всем этим, пока есть время.
  
— Дайте мне воды, — хриплым голосом попросил задержанный.
— Дайте ему воды, — кивнул я Нагайцеву.
Тренер налил воду из графина, стоявшего на столе, и протянул задержанному стакан.