Эликсир сущности (СИ)

* * *
— Ваше сиятельство! Ваше сиятельство, проснитесь! Беда!
Голос Игната звучал так испуганно, что я мгновенно проснулся.
— Что случилось, Игнат?
— Беда, ваше сиятельство! Ведьмак пришел!
— Какой еще ведьмак?
— Высокий, в черном балахоне. Рыскает вокруг дома, ищет — как залезть.
Я вскочил с кровати. Недоуменно огляделся — на этот раз я проснулся в своей спальне, хотя совершенно не помнил, как сюда добрался.
  
Я быстро натянул штаны и распахнул дверь, чуть не пришибив ею старого слугу.
— Что за ведьмак, где ты его увидел?
— У калитки он, — захлебываясь словами, торопливо заговорил Игнат. — Я кофе взялся варить, выглянул в окно, а он стоит и на меня смотрит. Глазищи под капюшоном так и горят! И космы нечесаные — длинные, седые. Точно, ведьмак, больше некому быть. Эх и ружья-то нет! Хоть бы плохонькое ружьишко — пальнуть в него серебряной пулей!
— Сейчас я сам посмотрю.
Я шагнул к балконной двери, но Игнат схватил меня за руку.
— В глаза ему не смотрите, ваше сиятельство! Вмиг проклятье нашлет. Нельзя ведьмакам в глаза смотреть, это верная погибель. А может, Никиту Михайловича вызвать? Тайная служба-то быстро с ним справится, они для того и поставлены — народ от нечисти охранять.
— Успокойся, Игнат! — нахмурился я. — Тихо!
Вышел на балкон и перегнулся через перила.
Возле калитки стоял туннелонец. Я сразу его узнал, хотя сейчас он не выглядел как светящееся существо. Длинный черный плащ скрывал худую фигуру, из-под глубокого капюшона спускались длинные седые пряди волос.
Увидев меня, туннелонец чуть наклонил голову. Я махнул рукой, давая понять, что заметил его, и вернулся в кухню.
— Это не ведьмак, Игнат, — успокоил я старика. — Это туннелонец, существо из другого мира. Я встречался с ним ночью, и он обещал мне помочь.
— Да чем такое страшилище может помочь? — засомневался Игнат. — Не связывались бы вы с ним, Александр Васильевич.
— Магии виднее, — рассмеялся я. — Давай-ка, сварим кофе.
С чашкой в руках я спустился в сад и подошел к калитке.
— Твой дом хорошо бережет тебя, — сказал туннелонец. — Пожалуй, я не стану входить, даже если ты меня пригласишь.
Он стоял в трех шагах от калитки, не пытаясь подойти ближе.
— Да, мой дом — удивительное существо, — согласился я.
— А эти колокольчики, — туннелонец легким движением руки указал на ограду. — Сильная защитная магия. Такую защиту мог установить только тот, кто искренне беспокоится о тебе. Сильный маг.
Колокольчики тихо звенели на утреннем ветерке, словно были полностью согласны с туннелонцем.
— Игнат очень удивился бы, узнав, что владеет магией, — улыбнулся я.
— Это неважно, — ответил туннелонец. — Знать не обязательно.
— Ты принес зелье? — спросил я.
Вместо ответа туннелонец достал из складок черного плаща стеклянный пузырек и протянул его мне.
Зелье сущности оказалось густым, янтарного цвета с красноватыми прожилками. Я внимательно рассмотрел его и спрятал пузырек в карман.
— Сегодня ты выглядишь по-другому, — сказал я.
— Да, — кивнул туннелонец. — Чтобы прийти сюда, мне пришлось временно разорвать связь со своим миром. Иначе я не смог бы уйти далеко от лаборатории. Сейчас я полностью принадлежу этому миру.
— Воплотившееся сновидение, — усмехнулся я.
— Так и есть, — согласился туннелонец.
Он внимательно посмотрел на меня — в темноте под капюшоном фиолетовым светом блеснули глаза.
— Что ты решил, Тайновидец? Возьмешь меня с собой?
— Едем! — кивнул я.
Я выгнал мобиль из гаража. Туннелонец легко опустился на пассажирское сиденье, с любопытством дотронулся до приборной панели.
— Магия? — с каким-то детским восторгом спросил он.
— Да, — улыбнулся я, запуская мотор. — У вас в мире нет магических механизмов?
— Только легенды и забытые артефакты, — вздохнул туннелонец.
Пока мы ехали по городу, он с любопытством оглядывался.
— Сними капюшон, — посоветовал я.
— Я выгляжу не совсем, как люди, — помедлив, предупредил туннелонец.
— Ничего страшного, — усмехнулся я. — Скоро карнавал, на тебя никто не обратит внимания.
Туннелонец откинул капюшон, и я с любопытством покосился на него.
Большой костистый череп, обтянутый серой кожей. Широкие ноздри и круглые глаза. В зрачках туннелонца тлели фиолетовые огоньки. Длинные седые волосы густой волной спускались на худые плечи.
Хорошо, что Игнат его не видит. Было бы трудно убедить старика, что это не ведьмак.
— Чувствуешь, какой здесь ветер? — улыбнулся туннелонец. — Он полон магии и тайн.
Он глубоко вдохнул.
— Давно вы идете за Огненным Скакуном? — с любопытством спросил я. — Сколько миров ты уже видел?
— Мы потеряли счет времени, — ответил туннелонец. — Я уже не помню, когда просыпался в последний раз.
— Вы путешествуете по другим мирам во сне? — удивился я.
— А как иначе? Если полностью разорвать связь со своим миром, то вернуться уже не получится.
— Вот почему при встрече с вами так хочется спать, — догадался я.
— Да, — кивнул туннелонец. — Тот, кто видит нас, отчасти сам попадает в наш сон.
— А как ты поддерживаешь эту связь сейчас? Или…
— Мои друзья сейчас спят, — объяснил туннелонец. — Они видят меня во сне, поэтому я смогу вернуться к ним.
Я свернул на лесную дорогу, ведущую к конюшням графа Толубеева, сбросил скорость и послал зов тренеру Нагайцеву.
— Ефим Никанорович, это Воронцов. Кажется, я нашел способ расколдовать Мальчика.
— Когда вы приедете? — тут же спросил Нагайцев.
— Через несколько минут. Встречайте нас у моста.
— Кто это? — взволнованно воскликнул мой пассажир.
Я проследил за его взглядом и увидел белку. Замерев на толстой сосновой ветке, она следила за нами.
— Просто любопытный зверек, — улыбнулся я.
— Он разумен? — спросил туннелонец. — Я чувствую в нем огонек магического дара.
Я хотел было усомниться в его словах, но вовремя вспомнил про Спиридона Ковшина, который сейчас приходил в себя в палате Воронцовского госпиталя.
Кто знает, может, эта белка — еще один перевертыш?
Словно услышав мои мысли, белка обиженно цокнула и скрылась в колючей сосновой кроне.
Нагайцев встречал нас не один. Рядом с ним стоял граф Толубеев.
— Доброе утро, Алексей Дмитриевич, — улыбнулся я.
— Рад видеть вас, Александр Васильевич, — отозвался Толубеев. — Ефим сказал, что вы нашли способ вылечить Мальчика?
Тут он заметил туннелонца, который вылез из мобиля, предусмотрительно накинув на себя капюшон.
Лицо Толубеева помрачнело.
— А кто это с вами? — спросил он.
— Это и есть мой способ, Алексей Дмитриевич, — улыбнулся я. — Алхимик, который приготовил особое зелье.
— Вы уверены, что это зелье не повредит Мальчику? — встревожился Толубеев.
— Не повредит, — опередив меня, ответил туннелонец.
Граф Толубеев прищурился и попытался заглянуть под капюшон гостя.
— Странный у вас голос, — заметил он. — Он не очень похож на человеческий. А не вы ли создали зелье, которым опоили Мальчика?
— Мы, — признал туннелонец. — Но мы не предполагали, что оно кому-то принесет вред.
Граф Толубеев упрямо поджал губы.
— Александр Васильевич, я решительно против того, чтобы впустить это существо в мои конюшни.
— Вам придется довериться мне, Алексей Дмитриевич, — сказал я.
— Эта затея мне не нравится, — покачал головой Толубеев, переглянувшись с Нагайцевым. — Разумеется, Мальчик принадлежит вам. Но вот так, с бухты-барахты давать ему неизвестное зелье. Да еще и вышедшее из рук весьма подозрительного алхимика… Это неблагоразумно.
  
Мой магический дар мягко шевельнулся в груди. Это не было тревожным сигналом. Скорее, дар советовал обратить на что-то внимание.
Я прислушался к эмоциям Толубеева и Нагайцева и удивленно поднял брови.