Клан Борзых 3: Комиссар (СИ)

— Не уверен, что он от всего этого стал лучше, — возразил Владимир.
— Вот только не надо подсуживать. Изменения, может, и не кардинальные, но существенные. В этом испытании я признаю своё поражение, — кивнул мне главный оружейник. — Но обеспечение оружием клана — это совсем другое. Нужно много дешёвого, легко модернизируемого, широко используемого и универсального.
— Может, с этим кто-то и стал бы спорить, но точно не я. Калаш навсегда.
  
— Гений не изменяется, он эволюционирует, — согласно кивнул мастер.
— Что же, значит, с этим мы закончили? — спросила Ольга, посмотрев на недовольного дядю и на нас с оружейником. — Переходим к следующему испытанию. Князь, кого бы вы хотели выставить против барона?
— Никого. Я вообще всё больше сомневаюсь в необходимости этих испытаний.
— Мы не добрались даже до середины, — заметила Ольга. — Раз не хотите, я определю сама. Достойные кандидаты из разведки на выходе. С будущим старейшиной по дипломатии я поговорю сама, это тонкий вопрос. Остаются трое: медики, учителя и глава боевого крыла.
— Я не стану испытывать в тех областях, в которых ничего не понимаю. С детьми я лажу исключительно в плане побаловать их. Обеспечение медицинской службы — это огромная ответственность, а медики — одни из людей, которых я уважаю. Их работу часто недооценивают, а ведь от них зависят наши жизни.
— Что же, остаётся один претендент на роль старейшины боевого крыла нашего клана, — улыбаясь проговорила Ольга. — Что же, дядя, у вас есть какие-то другие кандидаты, или хотите сами войти в совет на этой роли?
— Раз таково было предложение ордена, я не смею его отвергнуть. Но моей репутации будет нанесён урон, если я буду соревноваться со столь молодым человеком, — сказал мужчина. — Это сделает мой сын. Данила…
— Если прикажешь, отец, — ответил парень, которому происходящее явно было не по нраву, но он не осмелился перечить родителю.
— Отлично, в таком случае, раз уж предыдущие испытания предлагал барон, и на его совести останется их справедливость, то для последнего условия выставим мы, — хищно оскалившись, проговорил Владимир. — Дуэль на мечах, до первой крови.
— Где я, и где фехтование, — удивлённо развёл я руками, на что тот заулыбался ещё шире. — Ну раз вам так хочется, почему бы нет. Но, с одним уточнением. Не до первой крови, а до потери сознания или добровольной сдачи.
— Это неразумно, — попробовала остановить меня Ольга.
— Если таково желание комиссара, мы можем на него лишь согласиться, — предвкушая быструю и лёгкую победу, ответил князь. — Думаю, это не займёт много времени. Даже на тренировочную площадку уходить не будем. Расступитесь, дайте им пространство. Метров пять хватит.
«Сара, какой объём живого металла одновременно ты можешь контролировать?» — спросил я, оценивая длинный меч Данилы, которым он с лёгкостью взмахнул несколько раз. Не из благословенного металла, что уже хорошо. Иначе я мог бы лишиться руки, как падший крыла совсем недавно.
«Девятьсот грамм, плюс-минус. Хотите создать оружие?»
«И как оно мне поможет, с моим-то умением?» — усмехнулся я, глядя на разминающегося противника. — «Нет. Укрепи левое предплечье, голени и колени. В случае порезов закрывай раны. И приготовься активировать гормональный всплеск».
«Боюсь, последнее мне недоступно», — совершенно не вовремя сказала ассистент. — «Изменение функционала и формы. Многое ещё не опробовано».
«А раньше ты предупредить не могла? Ладно, тогда укрепляй защиту. Сыграем от обороны», — решил я, достав из ножен благословенный кинжал.
— Кинжал против меча, не слишком честно, — обеспокоенно заметил Данила.
— Верно, но я вообще в фехтовании ничего не смыслю, так что меч мне ничем особенно не поможет, — пожав плечами, ответил я. — Разве что полный доспех или пистолет, но это уже будет в минус тебе.
— Извини, я должен это сделать, ради отца, — тихо проговорил Данила, так чтобы его услышал только я.
— Не переживай, я тоже сдерживаться не собираюсь.
— Готовы? Начали! — скомандовала Ольга, когда мы вышли на середину холла.
Данила выставил меч вперёд, обозначая приветствие и одновременно позволяя оценить длину его клинка. Что могу сказать, по сравнению с этой блестящей полоской стали мой кинжал казался зубочисткой. Но пути назад уже не было, я сам поставил все условия. И единственное, что меня успокаивало — никаких ограничений в способностях и силах установлено не было.
— Я начинаю, — предупредил Данила, и тут же сорвался с места, нанося мне удар в торс. Плашмя, чтобы не сильно повредить, но приняв этот выпад на предплечье, я ощутил, как давление распределяется по едва образовавшемуся наручу. Прими я его на голую руку — остался бы с переломанными костями, или, по крайней мере, отбитыми мышцами. Но времени на переживания не было.
Данила тут же атаковал с другой стороны. Одним движением кисти перенёс направление удара, уходя от жёсткого блока. Пытаясь вывести меня из строя, но одновременно не нанести критического вреда здоровью. И вся схватка скатилась в получение мной ударов в одну калитку.
Зрители шумели. Кто-то возмущённо свистел, не понимая, чего он со мной возится, я же старался защитить голову и шею, пренебрегая корпусом. Мы оба понимали, что толку от такого выпада не будет. А потому через минуту парень не выдержал и перестал меня жалеть, вложившись в выпад, который должен был повредить мне рёбра и остановить схватку.
Это стало его главной ошибкой. Помня наказ Филинова и статистику от Сары, я сам шагнул под меч. Удар вышел чёткий, прямо в грудину, но расстояние сократилось, и вместо укола он должен был пробить меня насквозь. Остановить руку он не успел, глаза Данилы расширились от испуга, а в следующее мгновение ему стало не до того, чтобы удивляться.
Резко сократив дистанцию, я подбил его руку снизу, зажимая клинок левой ладонью, покрытой живым металлом. Парень попробовал вырвать оружие, но тут же получил рукоятью кинжала под дых. Я тоже не сдерживался, а потому его подкинуло на добрых полметра, а когда Данила рухнул на пол, я уже держал два оружия, и его, и своё собственное, и стоял над ним.
— Сдаёшься? — пытаясь выровнять дыхание, спросил я.
— Это не дуэль, а позорище! — рявкнул Владимир. — Да он тебя жалел!
— Да, а потому я его тоже пожалел в конце, — пожав плечами, ответил я. — Данила, ты как?
— Я-то? — согнувшись, прохрипел парень. — Жить буду. И сдаюсь.
— Нет! Это не засчитывается! Это была не дуэль, а грёбанный цирк! — возмущённо возразил Владимир. — Я отказываюсь признавать её результаты.
— Дядя, имейте смелость признать поражение, — осадила его княгиня.
— Я бы предложил испытание по стрельбе, но оно будет столь же нечестным, но уже в другую сторону, — ответил я, пожав плечами. — Ну а если князь хочет сам попробовать со мной пофехтовать, я сдерживаться не стану.
— Сдерживаться? Ты? — возмущённо спросил Владимир. — Да мой сын тебя как ребёнка отпинал! Лишь из-за того, что он сдерживался, у тебя был шанс на подлые трюки. Иначе бы, никогда!
— Ты в этом уверен? Ну раз уж мы перешли на ТЫ, — усмехнулся я и приказал влить весь живой металл в кинжал, за секунду ставший больше похожий на метровое мачете. — Как я уже сказал, если ты хочешь, я не стану сдерживаться. Выходи, но потом не жалуйся на то, что тебе не хватило талантов и даров Борзой, чтобы справиться со мной.
— Это что? Ты… это подлый трюк! Использование артефактов!
— Если бы ты сам или твой сын были обычными людьми, не пользующимися всю жизнь дарами духа покровителя, я бы даже согласился, наверное. Только вот ваши противники, вашего клана, соперники за место в совете великих князей, они не будут стесняться использовать свои дары и свои артефакты. И если вы хотите встать с ними наравне, нужно принять себя такими, как вы есть. Двигаться дальше. И никогда не сдаваться. Пора оставить прошлое в прошлом, иначе у вас не будет будущего.
  
Глава 12
 
— Мы долго думали и поняли, что нам нечего вам предложить, — неожиданно пришли к заключению претенденты на место старейшины-торговца. — Учитывая, что вы обеспечили нас войсками в прошлом сезоне и ловко разыграли карты с испытаниями, лучше вас на эту должность никого не сыскать.