Бегущая могила (ЛП)

— А где же свиньи?
— Гекса..чертова..грамма двадцадь девять, — сказала Эбигейл. — Бездна. — Это одна из худших гексаграмм. — Вода — образ, ассоциирующийся с Бездной; из домашних животных свинья — та, что живет в грязи и воде. — Я до сих пор ее наизусть знаю, так часто слышала. Так что если появлялась гексаграмма двадцать девять — а она появлялась гораздо чаще, чем должна бы, потому что существует шестьдесят четыре разных гексаграммы, — ты был грязным лжецом: Ты был свиньей. И Мазу заставляла тебя ползать на четвереньках, пока не говорила, что пора вставать.
— Это случилось с тобой?
— О, да. С кровоточащими ногами и коленями. Ползание по грязи… В ночь после того, как Дайю утонула, — сказала Эбигейл, ее глаза остекленели, — Мазу заставила меня, старого Брайана Кеннета, Пола Дрейпера, того парня Джордана и Шери раздеться догола и ползать по двору в чертовых свиных масках, чтобы все смотрели. В свободные дни и свободные ночи мы должны были оставаться голыми и на четвереньках, и нам приходилось спать в свинарнике с настоящими свиньями.
— Иисусе, — сказал Страйк.
— Теперь ты все знаешь, — сказала Эбигейл, которая выглядела наполовину взбешенной, наполовину потрясенной, — и ты можешь написать об этом книгу и заработать на этом кучу денег.
— Я уже говорил тебе, — сказал Страйк, — что этого не произойдет.
Эбигейл смахнула с глаз сердитые слезы. Несколько минут они сидели молча, пока Эбигейл резко не отпила из четвертого бокала вина и не сказала:
— Пойдем со мной, я хочу покурить.
Они вышли из паба вместе, на плече у Эбигейл висели спортивная сумка и пальто. На улице было холодно, дул сильный ветер. Эбигейл плотнее натянула на себя пальто, прислонилась к кирпичной стене, зажгла сигарету Мальборо Лайт, глубоко вдохнула и выпустила дым на звезды. Казалось, что во время курения она вновь обрела самообладание. Когда Страйк сказал:
— Я думал, что ты любитель поддержания формы,
Она мечтательно ответила, глядя в небо,
— Я работаю. Когда я работаю, я работаю. Когда я веселюсь, я веселюсь от души. А когда я работаю, я чертовски хороша в этом деле… В мире достаточно времени, — сказала она, глядя на него сбоку, — чтобы не быть на ферме Чепмена. Понимаешь, о чем я?
— Да, — сказал Страйк. — Думаю, я понимаю.
Она посмотрела на него немного затуманенным взглядом, и она была такой высокой, что их глаза были почти на одном уровне.
— Ты типа сексуальный.
— А ты определенно пьяна.
Она засмеялась и оттолкнулась от стены.
— Надо было поесть после спортзала… выпить воды. Увидимся, Крамерон.. Кормарион… как бы тебя ни звали, мать твою.
И, сделав прощальный жест, она ушла.
 Глава 29 
Таким образом, во всех своих сделках высший человек
Внимательно изучает начало.
И-Цзин или Книга Перемен
Страйк вернулся на Денмарк-стрит чуть позже десяти, по пути сделав несколько продуктовых покупок. После безрадостного ужина из курицы-гриль и овощей на пару он решил спуститься в опустевший офис, чтобы продолжить работу над мыслями, возникшими после беседы с Эбигейл Гловер. Он говорил себе, что это потому, что за компьютером работать легче, чем за ноутбуком, но смутно ощущал желание сесть за стол партнеров, где они с Робин часто сидели лицом к лицу.
Привычный шум транспорта на Чаринг-Кросс-роуд смешивался с периодическими криками и смехом прохожих, когда Страйк открыл папку на своем компьютере, в которой уже хранился рассказ об утоплении Дайю Уэйс, найденный им в архиве Британской библиотеки, что дало ему доступ к сообщениям прессы за несколько десятилетий, в том числе и в местных газетах.
Смерть ребенка заслужила лишь краткие упоминания в национальных газетах, хотя не все из них опубликовали эту историю. Однако газеты северного Норфолка Lynn Advertiser и Diss Express напечатали более полные отчеты. Сейчас Страйк перечитал их.
Дайю Уэйс утонула рано утром 29 июля 1995 г. Во время спонтанного купания с семнадцатилетней девушкой, которую она называла своей няней.
 
В статье Lynne Advertiser были помещены фотографии обеих девочек. Даже с учетом эффекта размытости газетной бумаги Дайю была явно похожа на кролика, с неправильным прикусом, подчеркнутым отсутствием зуба, темными узкими глазами и длинными блестящими волосами. На фотографии Шери Гиттинс была изображена девочка-подросток с завитыми светлыми локонами и, казалось, с какой-то наигранной улыбкой.
Факты, приведенные в обеих газетах, были идентичны. Шери и Дайю решили искупаться, Дайю попала в беду, Шери попыталась ее достать, но ребенка унесло сильным течением. Тогда Шери вышла из воды и попыталась поднять тревогу. Она окликнула прохожих мистера и миссис Хитон с Гарден-стрит, Кромер, и мистер Хитон поспешил предупредить береговую охрану, а миссис Хитон осталась с Шери. По словам мистера Хитона, он и его жена увидели “истеричную молодую женщину, бегущую к нам в нижнем белье”, и поняли, что происходит что-то неладное, когда заметили груду выброшенной детской одежды, лежащую на гальке на небольшом расстоянии.
Страйк, уроженец Корнуолла, у которого дядя служил в береговой охране, знал о приливах и отливах больше, чем обычный человек. Отбойное течение, в которое, как оказалось, попала Дайю, могло бы с легкостью унести семилетнего ребенка, тем более что у нее не было ни сил, ни, предположительно, знаний о том, что нужно плыть параллельно берегу, чтобы избежать опасности, а не пытаться бороться с силой, которая может бросить вызов даже сильному и опытному купальщику. В конце статьи в Diss Express приводилась цитата спасателя, который давал именно такой совет тем, кому не повезло оказаться в подобной ситуации. Страйк также знал, что газы, которые заставляют тело подниматься на поверхность, образуются в холодной воде гораздо медленнее. Даже в конце июля ранним утром в Северном море было очень прохладно, И если бы маленькое тело затащило на глубину и оно опустилось на морское дно, то вскоре его могли бы обглодать ракообразные, рыбы и морские паразиты. Страйк слышал подобные истории в детстве от своего дяди.
Тем не менее, Страйк нашел в этой истории некоторые несоответствия. Хотя ни один из местных журналистов не придал этому значения, то, что две девушки пришли на пляж до восхода солнца, выглядело, по меньшей мере, странно. Конечно, могла быть и невинная, нераскрытая причина, такая как вызов или пари. Шейла Кеннетт предположила, что Дайю была главной в отношениях со старшей девочкой. Возможно, Шери Гиттинс была слишком слабовольной, чтобы противостоять давлению дочери лидеров культа, которая была полна решимости грести независимо от времени суток и температуры. Жеманная улыбка Шери не свидетельствовала о сильной личности.
Пока небо за окном офиса темнело, Страйк снова просмотрел газетные архивы, на этот раз в поисках отчетов о расследовании дела Дайю. Он нашел в “Дейли Миррор” статью, датированную сентябрем 1995 года. Некоторые особенности этого дела явно вызвали интерес национальной газеты.
РЕБЕНОК ПРИЗНАН “ПРОПАВШИМ В МОРЕ”
Вердикт “пропавшая в море” был вынесен сегодня в офисе коронера Норвича, где проходило дознание по делу об утоплении 7-летней Дайю Уэйс фермы Чепмен, Фелбригг.
Необычно, что дознание проводилось в отсутствие тела.
Глава местной береговой охраны Грэм Берджесс сообщил суду, что, несмотря на обширные поиски, найти останки девочки не удалось.
В то утро у берега было сильное течение, которое могло унести маленького ребенка на большое расстояние, — сказал Берджесс в суде. — Большинство жертв утопления в конце концов поднимаются на поверхность или выбрасываются на берег, но, к сожалению, меньшинство так и остаются ненайденными. Я хотел бы выразить семье искренние соболезнования от имени службы.
17-летняя Шери Гиттинс (на фото), подруга семьи Дайю, взяла ученицу начальной школы искупаться рано утром 29 июля, после того как они доставили фермерские овощи в местный магазин.