Пропавший дар (СИ)

— Впечатляет, — согласился Зотов, вглядываясь в светящийся рисунок. — Это и есть схема артефакта, который вы сделали для князя Горчакова?
— Да, — кивнул Гораздов. — Я помню ее наизусть.
Он опустил руку, и звезда осталась парить в воздухе.
— Через несколько минут она исчезнет, — сказал артефактор. — Обычная иллюзия начального ранга.
— Расскажите больше о свойствах артефакта, — предложил Зотов. — Насколько он мощный?
— Достаточно мощный, чтобы с его помощью всего за несколько месяцев взять очередной магический ранг.
— Несколько месяцев? — нахмурился Зотов. — Так долго?
— Конечно, — кивнул Гораздов. — Но без артефакта на это могут уйти годы. Магию нельзя торопить. Артефакт должен привыкнуть к хозяину, укрепить его дар, подготовить к развитию. Первый артефакт я сделал для своей дочери. За два года она взяла два магических ранга, это исключительный результат.
Его лицо светилось гордостью.
— А мог вор использовать ваше артефакт и усилить свой дар за неделю? — поинтересовался Зотов.
Гораздов покачал головой.
— Невозможно. Я слышал, что раньше создавали мощные артефакты, которые усиливали мага всего за несколько дней. Но такая сила всегда сжигает изнутри, превращает человека в безумца, а потом убивает. Я никогда не пошел бы на такое.
Он снова поморгал покрасневшими глазами.
— В том-то и была основная трудность — обуздать мощь магии. Видите эти линии?
Он показал на нити магического плетения, которые тускло отливали серебром.
— Это защита. Она не позволяет магии выйти из-под контроля.
— Защиту можно убрать? — деловито спросил Зотов.
Гораздов снова покачал головой.
— Нет. Смотрите!
Он ухватил пальцами кончик серебристой нити и потянул. Нить послушно выскользнула, и все плетение тут же распалось. Вместо звезды в воздухе парил пучок перепутанных цветных нитей. Они на глазах потускнели и погасли окончательно.
— Если нарушить плетение, магия просто исчезнет. И артефакт снова станет дорогой безделушкой. Но дело не только в защите.
Гораздов устало потер ладонью глаза.
— Вы знаете, что каждый магический дар уникален? Этот артефакт настроен на дар князя Горчакова, и не подойдет никому другому.
— Вы уверены? — не утерпев, спросил я.
Слова Гораздова рушили все мои предположения о виновности Юрия Горчакова.
— Абсолютно уверен, — кивнул Гораздов. — В начале я тоже мечтал создать универсальный артефакт, который подошел бы любому магу. Но убедился, что это невозможно, и нашел другой путь. Артефакт привязан к дару Николая Горчакова. Никто другой не сможет им воспользоваться.
Вот так дела!
Зотов многозначительно посмотрел на меня.
— Похоже, ваша версия не оправдалась, Александр Васильевич. Но артефакт все равно нужно найти.
Зотов сделал еще несколько пометок и захлопнул блокнот.
— Благодарю вас за то, что ответили на мои вопросы, Владимир Кириллович, — сказал он Гораздову. — Мы постараемся отыскать украденный артефакт. Прошу вас не покидать столицу до окончания следствия.
Он легко поднялся из за стола.
Порыв холодного ветра налетел с реки. Я взглянул на небо — его стремительно затягивали плотные темные тучи. Похоже намечался ливень, да еще и с грозой!
— Проводите меня к мобилю, Александр Васильевич, — предложил Зотов.
Мы вместе пошли к калитке.
— По вашей просьбе я не стал задерживать Гораздова, — сказал начальник Тайной службы. — Хотя, его артефакт очень меня интересует. Но, уговор есть уговор. Теперь ваша очередь рассказать все, что вы знаете об Уральском банке.
— На князя Горчакова наложили такое же проклятье, как на банкира Трегубова, — сказал я.
Зотов резко остановился.
— Вы уверены? Я ничего не заметил.
— Когда вы упомянули банковский счет князя, он смертельно испугался, — кивнул я. — В этот момент я и увидел проклятье.
— И поэтому вы так быстро закончили разговор? — прищурился Зотов.
— Да. Я не хочу, чтобы князь погиб.
— А я-то как этого не хочу! — воскликнул Зотов. — Это очень ценная информация, господин Тайновидец. Теперь понять бы, что с ней делать.
  
Он задумчиво покрутил пуговицу своего мундира.
— Выходит, Горчаков хранил капиталы в Уральском банке? И возможно, его принудили к этому. Дело куда серьезнее, чем казалось сначала. Нужно все проверить. Ладно, это уже мои заботы.
Зотов проницательно взглянул на меня.
— Не зря мы с вами съездили к Горчаковым, не зря! А вот Юрия вы подозревали напрасно. Не расстраивайтесь, Александр Васильевич, промашки бывают у всех.
— Да, такое случается, — согласился я. — А что вам удалось выяснить о прошлом банкира Трегубова?
— Ни-че-го! — по слогам произнес Зотов. — Никаких документов нет. Неизвестно, откуда он взялся, и когда приехал в столицу. Неизвестно, где раздобыл деньги на открытие банка, и как получил разрешение. Проклятый банкир словно из воздуха взялся!
— Думаю, с разрешением мог помочь именно князь Горчаков, — сказал я. — Ведь частные банки проходят по его ведомству.
— Вы считаете, что здесь целый заговор? — прищурился Зотов.
— А вы так не считаете? — вопросом на вопрос ответил я.
— Разберемся!
Зотов толкнул калитку и решительно зашагал к мобилю.
— У меня есть версия по поводу кражи у князя Горчакова, — сказал я ему в спину.
Никита Михайлович остановился и повернулся ко мне.
— Внимательно слушаю, Александр Васильевич.
Он сказал это без тени иронии.
— Честно говоря, я думал, что это Юрий при помощи артефакта заворожил отца и украл деньги из сейфа, — объяснил я. — Но теперь остается только одна возможность…
— Какая? — заинтересовался Зотов.
— Князь Горчаков не запер сейф потому что хотел, чтобы его обокрали.
— Зачем? Если его капиталы хранились в Уральском банке, то он и так много потерял. Какое-то возмещение, конечно, он получит. Но не думаю, что очень большое — у банка почти не оказалось активов.
— Я думаю, что Горчаков хранил в сейфе какие-то важные бумаги. Важные для тех, кто наложил на него проклятье. Его заставили открыть сейф, выкрали именно эти бумаги, а деньги прихватили заодно. Это объясняет, почему князь не хотел сообщать о краже в полицию.
Зотов внимательно выслушал меня и устало потер лоб.
— Одна морока с этим делом, — пожаловался он. — Спасибо, господин Тайновидец, вы мне очень помогли. Что вы собираетесь делать с Гораздовым?
— Сегодня он переночует у меня, а завтра посмотрим, — улыбнулся я. — Попробую разыскать украденный артефакт.
— Удачи, — кивнул Зотов. — Держите меня в курсе.
Я проводил Зотова и вернулся в беседку. Гораздов так и сидел, опустив голову от усталости и переживаний.
— Что мне теперь делать, господин Тайновидец? — глухо спросил он.
— Думаю, сегодня вам лучше остаться у меня, — ответил я. — А завтра я провожу вас в госпиталь. Судя по состоянию ваших глаз, лечение надо начинать срочно.
— Вы милосердный человек, — горько скривился артефактор.
— Милосердие здесь совершенно ни при чем, — улыбнулся я. — Что бы вы делали, не приключись с вами болезнь и кража?
Гораздов непонимающе посмотрел на меня.
— Отдал бы артефакт Горчакову и получил свои деньги.
— А дальше?
— Нашел бы следующего заказчика. Работал бы.
— Вот именно, — кивнул я. — Так почему бы следующим заказчиком не стать кому-то из Воронцовых? И не помочь вам скорее вернуться к работе?
— Вы предлагаете вылечить меня, чтобы я работал на ваш род? Что ж, выбирать мне не приходится. Настало время засунуть гордость, куда подальше.
— Ничего подобного, — усмехнулся я. — Ваша гордость вам еще пригодится. Знаете, я не мастер деловых переговоров. Думаю, вам лучше поговорить с моим дедом. Уверен, что найдется вариант, который устроит всех. Согласны?
— Мне выбирать не приходится, — повторил Гораздов.
— Тогда я пошлю зов Игорю Владимировичу, приглашу его к ужину. И сообщу вашей дочери, что вы нашлись.