Спектр. Укрощение строптивого (СИ)

— А справитесь? — усмехнулся я.
— Узду на любого накинуть можно, — в ответ усмехнулся князь — было бы время. И теперь я надеюсь у нас это время будет.
— Проще бы было удавить во время рождения. — посмотрел я в глаза князю — Тем более ты с самого начала был против обеспечения нормальных для нас с мамой условий.
— Ошибаешься. — серьезно глядя на меня сказал князь — Я выступал не за твою смерть, а против свобод, которые решил вам обеспечить Император. Пусть ты и был бы озлобленным в будущем, но и менее свободным. Тогда на тебя легче было бы накинуть узду. Ты в любом случае не смог бы понять, что нужен Империи и Императору. Мария бы не позволила.
— Продолжай. — потребовал я.
— У нас была надежда, что Мария успокоится. — продолжил он — И вы тогда незаметно вернетесь в мир, а ты получишь достойное воспитание. Но не получилось. Его Императорское Величество специально приказал не упоминать о вас при нем, предварительно обеспечив вам с Марией достойное существование там. Мы рассчитывали, что о вас не вспомнят и вокруг вас не будут закручиваться интриги.
— Все, как и всегда! — расхохотавшись проговорил я — Хочешь рассмешить богов, расскажи им о своих планах.
Я осмотрелся вокруг. Мои стояли чуть в стороне и с интересом слушали нашу с князем Мышкиным беседу. А вот на бароне Волкове мой взгляд постоянно спотыкался, и я снова и снова возвращался задумчивым взглядом к нему. Что-то я упускал. Было что-то такое лежащее на виду, но я этого не видел. Маги, сопровождавшие меня с самого начала, распределились вокруг нас контролируя непонятно что. Не то меня, не то окружающее пространство.
И только по истечении несколько мгновений у меня сложились вместе два образа. Образина с волчьей башкой, которая должна была меня вытащить с той стороны Изнанки и была бароном Волковым.
— Барон, а зачем вы на меня свою сестренку натравили? — спросил я, пытаясь понять их мотивы — Все понимаю, чудовищная бойня, мое безумие, но вы могли бы и сами со мной схватиться и скрутить. У вас были все преимущества на тот момент. Но нет вам надо было ее на меня натравить. Я, понимаете ли, с дамами предпочитаю не воевать. Особенно с такими эффектными. И вообще, зачем вы меня выкрали с поля боя?
— Какую сестренку? — удивленно уставился на меня капитан Волков.
Я рассмеялся, глядя на то, как он демонстрирует свое мнимое удивление.
— У Кровавого Безумия особенность одна есть. — уведомил я его улыбаясь — И без этой особенности, оно теряет свою полезность многократно. Проклятый Кровавым Безумием фиксирует окружающее его пространство, и запоминает все, до мельчайшей детали. И именно это одна из причин, что в конце концов сводит с ума проклятого. Эта особенность помогает быстро принимать решения на уничтожение врагов, представляющих наибольшую опасность для проклятого. Вы крутились постоянно рядом, но виртуозно уклонялись от моего внимания. И от вас не шла агрессия, что снижало степень Вашей опасности. У меня постоянно были более приоритетные цели.
Наклонившись и сорвав еще одну травинку, я стал ее разглядывать. Потом опять посмотрел на Волкова и Мышкина.
— И когда небо над полем боя закрыла тень от огромной летучей мыши, я прекрасно слышал возглас Сестренка. — продолжил я вспоминать произошедшее на поле боя — И после этого возгласа, передо мной появилась Образина. Которая начала что-то непонятное требовать от меня, а потом вообще попыталась выбросить меня из гущи боя. Хорошо, что я бич успел до этого использовать. С помощью него сразу в портал перехода улетел.
Я с усмешкой стал рассматривать барона. Интересно, подумалось мне, что еще он придумает, уклоняясь от разговора.
— Так что в том бою, никто кроме вас крикнуть «Сестренка» не мог, из разумных там мы были только вдвоем на тот момент. — сообщил я Волкову — А значит это ваша сестренка меня зачем-то выдернула из боя.
Волков рассмеялся.
— Благодарю за столь высокую оценку моих боевых качеств. — сообщил он — Но у меня нет сестер, и я ничего не выкрикивал. И, честно говоря, ничего из похожего на услышанный тобой возглас не слышал.
 
— Вот как! — я удивленно осмотрелся — Но я не страдаю слуховыми галлюцинациями. А Кровавое Безумие по определению не способствует этому.
— Сергей, ты ведь с Нерожденным Дитя мысленно общаешься? — спросил меня сержант.
— Нет, с помощью Астральных Паразитов. — ответил я ему — Но связь во время боя, через какое-то время прервалась. Нагрузка оказалась высокой, и я ее прервал.
— Так может ты слышал возглас по этой связи? — продолжил расспросы сержант.
— Сержант, — рассмеялся я — у Образины и Дитя разная видовая принадлежность. Какая может быть сестра? Дитя было мне передано созданием огромнейшей мощи. И, вполне возможно, уровня бога. Скорее всего это был легендарный Песец или его зеркальное подобие с нижних уровней Изнанки.
— Ты что же вел беседы с созданием божественного уровня и не поинтересовался с кем беседуешь? — рассмеялся Мышкин.
— А зачем? — я удивленно посмотрел на него — Это Изнанка. Тварь была такой мощи, что даже мысли не возникало о противостоянии ей. Еще не хватало разозлить ее, чтобы впоследствии она мимолетом поинтересовалась нашим поселением. Там ведь достаточно было мимолетного взгляда, чтобы поселение перестало существовать. Да и настроена она была на разговоры, а не на войну.
— И почему же существо божественного уровня захотело с тобой поговорить? — заинтересовалась Мария — Да и еще в материальном образе.
Я смущенно потер затылок.
— Да тут было дело. — признался я нехотя — Я ведь с ним раньше уже встречался и хотел его на собственную шкурку обобрать.
Увидев, как на меня все удивленно уставились, даже с каким-то возмущением, я обиженно отвернулся.
— А что добру бесхозному пропадать! — возмущенно воскликнул я, повернувшись к Марии.
Удивление окружающих меня людей быстро сменилось хохотом. Вот где наглядно можно было увидеть высказывание «Смеялись все!». Даже маги, осуществлявшие контроль окружения, не удержались и рассмеялись. В воздухе послышалось отдаленное звучание звона колокольчиков и грома. Возникало ощущение, что само пространство вокруг нас насмехается надо мной. Окончательно обидевшись на всех, я отвернулся.
— Да ну вас. — махнув рукой, я уже собрался зайти в палатку.
Подальше от всех этих насмешек. Как над несмышленышем каким-то смеются.
Весело смеявшаяся вместе со всеми Елена резко перестала смеяться и испуганно посмотрела на всех.
— Со мной Питомец только что связался. — удивленно сообщила она.
Смех на поляне рядом с палаткой прекратился довольно быстро и все с заинтересованностью посмотрели на Елену.
— И что же такого он сообщил тебе? — спросил князь Мышкин у Елены.
— Лисенок помнит тот случай. — задумчиво заговорила Елена.
Она как будто повторяла слова за тем, кто ей что-то говорил.
— Он помнит этот день из воспоминаний Родителя. — сообщила Елена.
Елена посмотрела мене в глаза. Я удивился тому, что Питомец надумал проявить себя. Угроз для Елены сейчас нет, так что он должен спать пока формируется его тело.
— Это действительно Песец из нашего мира. — уведомила она меня — И питомец обижается когда ты его родителя тварью называешь. Он не тварь, а Бог. Или, как принято говорить, Тотемное животное.
— Пожалуйста, не обижай его. — попросила меня Елена, с мольбой глядя мне в глаза.
— Хорошо, не буду. — с улыбкой глядя на Елену, я поднял руки в известном всем жесте «сдаюсь» — Песец, так Песец.
А Елена продолжила повествование, которое ей сообщал питомец.
— Родителю было весело наблюдать за безумцем, который пытался снять шкуру столь оригинальным способом со спящего и могущественного существа. — продолжила говорить Елена, с видом как будто к чему-то прислушивается — И ведь Сергей прекрасно понимал, что существо превосходит его по всем параметрам. Вот поэтому Родитель и оставил ему в дар кусок своей шкуры.
— Вот видите! — с гордостью провозгласил я — У меня все равно получилось!