Лис (СИ)

Мысль пришла сама, спонтанно, просто упала и всё. И когда Лисёнок, спровадив заказчика, повернулся ко мне с вопросом, что у меня, я ответил, что пришёл по объявлению. Глаза Лисёнка посветлели, он тут же усадил меня за соседний компьютер и дал простенькое задание, сказав, что шефа пока нет на месте, но всё равно он даст мне задание, поэтому лучше мне начать сейчас, чтобы время не терять. И я начал работать с ним бок о бок.
А теперь он в моей квартире. Спит, сидя в кресле-гамаке.
Всё же как удачно я его купил. Так и знал, что Лисёнку понравится. Он любит такое.
Тихо подхожу к нему и опускаюсь на колени. Прикоснувшись к обнажённой ступне, кончиками пальцев скольжу по гладкой коже, глажу эту божественную ножку. Ножки Лисёнка такие очаровательные, тёплые. Как и весь Лисёнок. Целую изящный изгиб стопы, а потом не выдерживаю, облизываю его. Нога дёргается, но я крепко сжимаю её в ладонях и продолжаю лизать, облизывать.
— Боже, Макс! — слышу сонный голос. — Что ты творишь, извращенец?
— С пробуждением, соня, — мурлычу я, выцеловывая его ступню.
Лис уже не вырывает ногу. Привык к такому. Я приучил.
— Почему ты спишь в кресле?
— Эм-м… получилось так, — пожимает плечами Лисёнок. — «Капля» идеальное место для спанья.
— А во сколько ты сегодня лёг? — спрашиваю, прижимая его ногу к щеке.
— Ну-у… — закатывает он свои голубые, как ясное небо, глаза. — Я лёг сегодня.
— Это часа в два ночи? — продолжаю мягко допрашивать.
— М-м… примерно в три-четыре.
Вздыхаю.
Это значит в пять.
Ну что ж за полуночник-то, а? Может целую ночь не спать, а сидеть рисовать. Когда я дома, то слежу за этим, загоняя его в кровать, но когда уезжаю, то Лис снова входит в свой ночной режим. Хорошо, что это случается редко.
— Я заработался, — поясняет Лисёнок.
— В выходной?
— У меня выходной. Делаю, что хочу. Хочу — работаю, не хочу…
— Всё равно работаю, — заканчиваю я за него, а он хмыкает. — Потому что трудоголик и это не лечится.
Лис усмехается и прищуривает глаза, в которых начинают прыгать озорные искорки. Но не спорит. Возразить-то нечего.
— Видимо, чтобы ты отдохнул, тебя нужно увезти подальше от компа. Например, в Германию или Данию.
— Думаешь, там не будет компов?
— У тебя — нет.
— Иди сюда, — Лисёнок протягивает руки и сам выползает из своей «капли».
Он нежно улыбается и обнимает меня, а глаза у него сияют двумя звёздами. И я, не веря в своё счастье, почти не дыша, обнимаю его, прижимаю к себе. Прижимаю ласкового, тёплого, родного. Моего. Мне так не хватало его эти четыре дня. Мне так не хватало его всю жизнь, все те бесконечные долгие годы, когда мой внутренний-я сидел в кладовке и сквозь узкую щель смотрел на свет. Ждал. Ждал, когда придёт пушистое мягкое чудо и протянет руки. Выведет меня из тьмы. Я пойду за ним куда угодно. Я сделаю что угодно, чтобы быть рядом. Вместе.
— Я скучал по тебе, Лисёнок, — шепчу ему в губы.
— Я тоже, балбес…
Он едва успевает ответить, как я накрываю его губы своими, а затем проникаю в рот языком. Ласкаю его, проникая всё глубже, плавно, неторопливо, смакуя сладость этих дивных губ. А Лисёнок отвечает мне энергично, резко, жарко. Как умеет только он.
Подминаю его под себя, валю на ковёр, но тут получаю ощутимый тычок в живот. Тут же руки Лисёнка сжимают мою голову и отстраняют.
— Так. Притормози, гонщик, — серьёзно говорит он, хотя в глазах ещё гуляет похоть, а губы так и просят прикоснуться к ним. — Дуй в ванную, извращенец. Ты с дороги. Иди-иди, освежись. И не торопись!
Лис упинывает меня в ванную комнату, и я не сопротивляюсь. Набираю полную ванну воды, а потом лежу, отмокаю, отдыхаю после муторного перелёта. Приведя себя в порядок, надеваю домашнее, выхожу из приятной тёплой влажности и с удовольствием вдыхаю запах жареного мяса.
Лисёнок готовит. Готовит для меня!
Шагнув на кухню, я застаю эту дивную картину: Лис раскладывает золотистую дымящуюся картошечку по тарелкам, на которых уже красуются стейки.
Дома. Я наконец-то дома. И рядом со мной моё чудо. Чудо, которым я могу любоваться бесконечно. Вечно.
  
Не отрывая взгляда от Лисёнка, подхожу к бару и извлекаю на свет бутылочку красного и пару бокалов. Лис одобрительно кивает и приглашает за стол.
Всё же ни один столичный ресторан со всевозможными мировыми регалиями и супер-поварами не может сравниться с блюдами, приготовленными этими руками. Я не объективен? Да. Так и есть. Я просто люблю эти руки и готов целовать их всё время. Я просто люблю своего Лисёнка и готов целовать его всю жизнь. Поэтому и приготовил ему такой подарок.
Когда Лисёнок откладывает приборы и довольный откидывается на спинку стула, я, движимый порывом, встаю перед ним на колени. Лис замирает, глядя на меня изумлённо. Даже, кажется, дышать перестаёт. А я с улыбкой раскрываю перед ним на ладони коробочку с кольцами. С необычными кольцами.
Как-то Лисёнку нечего было делать, и он, крутя мой талисман, нарисовал несколько колец-компаньонов. Увидев эти рисунки, я загорелся идеей, и вот наконец-то её воплотил.
Беру в руки правую кисть Лисёнка и, глядя ему в глаза, надеваю одно кольцо на безымянный палец. Изящный платиновый лисик идеально обхватывает тонкий палец.
Только после этого Лис отмирает.
— Ты псих, — шепчет он, разглядывая кольцо во все глаза. — Как? Как ты это сделал?
— Заказал, — отвечаю я и целую его пальчики.
— Обалдеть…
Лис вынимает руку из моих, вертит, рассматривая подарок со всех сторон.
— Я и представить не мог, что это будет так красиво. Это же серебро?
— Платина.
Несколько секунд Лис просто смотрит на меня. Потом качает головой и совсем тихо говорит:
— Псих. Точно псих. С деньгами. Деньги девать некуда.
— Я влюблённый псих, — уточняю я, вынимая второе кольцо. — Наденешь мне?
Лис как завороженный, похоже, ещё до конца не верит в то, что происходит. Он аккуратно принимает кольцо, подносит к моему пальцу, только в последний момент его рука вздрагивает, но я успеваю. Теперь точно такой же лисик обнимает и мой безымянный палец.
— Макс, это же… — неуверенно тянет Лис. — Ты точно спятил.
— Давно, — улыбаюсь я, притягиваю его лицо и целую в губы.
Целую аккуратно, бережно. Лисёнок слишком шокирован тем, что произошло.
— Это мой подарок на нашу годовщину, — мурлычу я, оторвавшись от его губ.
Лис хмыкает, запускает пятерню мне в волосы, гладит.
— У меня нет ответного подарка.
— Лисёнок, — тяну я, — ты же знаешь, что единственное, что мне нужно, это чтобы ты был рядом, вместе со мной. Это всё.
Глажу Лисёнка, веду рукой по спине, а он вместо того, чтобы расслабиться и поддаться, прильнуть ко мне, наоборот напрягается и выкручивается из моих объятий. Выскальзывает.
— Сиди здесь. Хорошо? Просто сиди, — говорит он, быстро целует в губы и убегает из комнаты.
Я растерянно смотрю ему вслед.
Что это? Куда он? Он не рад подарку? Он не соскучился и не хочет меня?
Или он сам что-то приготовил для меня? Какой-то подарок? И сейчас придёт с ним?
Лисёнок… Лисёночек мой! Что же это будет? Как дождаться теперь?
Поднимаюсь с колен, сажусь за стол, тарабаню пальцами. Потом мне надоедает сидеть и я встаю, начинаю нарезать круги по комнате.
Лисёнок, скорее. Прошу! Иначе я не выдержу и пойду за тобой. Испорчу сюрприз.
— Макс! — слышу, наконец, из спальни. — Подойди сюда, пожалуйста.
Срываюсь, бегу, влетаю в спальню, чуть не выломав дверь.
И замираю.
Замираю, потому что на кровати в пол-оборота ко мне сидит Лисёнок. Полностью обнажённый Лисёнок. Лисёнок с торчащими рыженькими ушками на макушке. Лисёнок с пушистым хвостиком, растущим из мягких упругих ягодиц.
Лисёночек… Мой Лисёночек…
Голова идёт кругом, а перед глазами всё плывёт, смазывается. Я вижу только своё чудо, сияющее чудо, которое улыбается мне, блестит небом из глаз, манит к себе пальчиком.