Дарханы. Академия Четырех богов (СИ)

Магия, данная нам богами — напрямую связана с границами тел, и в наших силах контролировать и себя, и то, к чему мы прикасаемся. Неудивительно, что в монастыре практикуют контроль и наверняка это упражнение — что-то вроде проверки, как далеко мы поддаемся чужому влиянию и как сами способны владеть магией, подчиняя себе другого. Но я помнила, что очень важно — глубоко дышать.
  
— В переводе с даори эта практика означает “сливаться, соединяться", — то есть посвящать себя какой-либо задаче полностью, соблюдая полную дисциплину, — строгий голос наставника пронесся где-то над головой. — А задача — обрести единство: тела и сознания, личности и божественного, мыслей и источника их возникновения… Улавливаете?
Мой невольный напарник явно знал всё это и провёл здесь не один год, но похоже, я здесь не единственная новенькая — и наставник, хоть и с ленцой, но всё же объяснял происходящее.
Ухватив меня за пальцы, парень потянул на себя, помогая встать. Похоже, понял, что надо направлять, раз я ничего не умею. В следующее мгновение мы должны были встать спиной к спине, соприкоснувшись пятками, и снова взяться за руки. Парень переплел мои пальцы со своими, и я мысленно попыталась представить, что на его месте Бьёрн — так было приятнее.
Но в следующее мгновение едва не охнула, когда напарник отпустил лицом вперед, удержав на весу только благодаря сцепленным рукам. Пришлось прогнуться грудью вперед и молиться, чтобы он не отпустил окончательно — и я не полетела лицом в камни.
Зависнув в таком неестественном положении, я со всей силы вцепилась в руки напарника. Что ж, если у него останутся синяки, я не виновата — но как я могу доверять человеку, которого вижу впервые в жизни? В ответ получила такое же сильное сжатие ладони и тихо прорычала. И только тягучий напев учителя заставлял оставаться на месте и выполнять новые упражнения затаив дыхание.
— Дыши, — прошипел парень, тряхнув, будто я должна была ему поддаться.
Еще некоторое время продолжалось это изматывающее утро. Мои щеки явно покраснели, стало жарко и теперь я радовалась прохладному ветру в горах.
Неужели все здесь так упорно готовятся к тому, чтобы отдать свою жизнь за императора? Я пробегалась взглядом по лицам учеников, постаршее и помоложе, но все были сосредоточены на задании.
Несколько раз я едва не упала, теряя равновесие на неровной земле. Пришлось хвататься за пылящие скалы кончиками пальцев. Собранные в высокий хвост волосы скользили по лицу и лезли в нос, отчего хотелось чихать и морщиться. Не хватало еще растянуться позорно у всех на глазах.
Закончилось заданием встать спиной к партнеру и удержать равновесие на одной ноге, прижав вторую к внутренней поверхности бедра. Напев учителя стих, превратившись в тихий гул ветра. Неприлично оголённая спина моего напарника, как назло, оказалась немного выше, чем моя, и я тянулась вверх, чтобы удержать ладонь левой руки, которую он снова сжал в своей, вытянув к небу.
Так высоко, что у меня заныли суставы.
— Кто первый упадет, тот проиграет, — услышала я насмешливый голос из-за спины.
Хватка ослабла, и стало ещё хуже: я едва не упала, потеряв равновесие и вынужденная балансировать только на одной ноге.
Но подначка сработала: я из последних сил удержалась и застыла на месте, напрягла пальцы, впиваясь босой ступней в скалу. Рукой ещё сильнее потянулась к небу и поклялась, что не сойду с этой точки прежде него — пусть не думает, что я настолько слаба.
— Дышите глубже. Глубокий вдох… — пронеслось по горам, — и выдох. Чередуйте дыхание, настраивая контакт. Наполняйте ваше тело энергией.
В местах соприкосновения спиной к спине я будто почувствовала жжение, но тут же решила использовать в свою пользу, позволила себе прислушаться к его дыханию и подстроиться так, чтобы оно помогало мне устоять.
Тело ныло, и я боялась, что придётся сдаться, но боги услышали снова: учитель объявил конец этого ужасного глупого и донельзя неловкого занятия. Парень опустил руку раньше, чем я ожидала. Не успела сообразить и не удержалась — пошатнулась, потеряла равновесие и упала голенью на острые грани большого камня.
— Ты совсем слаба, красотка. А говорят, что у тебя особый дар прикасаться к огненной стихии… Интересно, — присел напарник ко мне на корточки, изучая внимательным взглядом. Будто именно то, что я маг, связанный с огнём, делало меня объектом его пристального внимания. — Могу потренировать тебя лично. Если пообещаешь нежно кусать… — он смеялся, но от его тона, внимания окружающих и собственного стыда хотелось провалиться сквозь землю.
Не знаю, должна ли я была чему-то научиться, кроме того, что никому здесь нельзя довериться и пока каждый встречный — моё личное испытание. От усталости и голода подступили слёзы. Если бы дело происходило на родном Юге, они бы не посмели относиться так пренебрежительно, как сейчас.
Светловолосый потянулся за своей одеждой и накинул на себя. Я успела заметить, что его взгляд упал на золотой браслет на моей руке, который я так и не сняла — это хоть немного роднило меня с домом и моим прежним положением.
Я поправила украшение, скрыв его под рукав, и бросила ответный взгляд. В ответ получила лишь насмешливый кивок. Парень коснулся кулаком своей груди, якобы приветствуя, но на деле меня не покидало чувство, что за мной очень внимательно наблюдают — как я покажу себя в первый же день.
Учитель хлопнул два раза в ладони — и это вместо гонга стало знаком для всех разойтись. Я торопливо набросила на плечи светлую накидку и затянула пояс, желая скрыться от излишнего внимания.
Попыталась подняться, хоть ссадина на ноге и заныла — и вдруг кто-то протянул мне руку. Тьяра, неужели? Я, растерявшись, подала ей ладонь, и девчонка, ещё не одевшаяся, потянула на себя, помогая мне встать.
— Спасибо…
Да вот только вряд ли это было сделано из добрых побуждений — я почувствовала, как по коже пробежала чужая сила. Почти так же, как было при первой встрече с учителем. Тьяра проверяет мои границы — или демонстрирует свою силу, не скрывая свое сильное гибкое тело, которому позавидовали бы настоящие воительницы.
Что ж, наглядно. Можно ли здесь так делать — или Тьяра рисковала, демонстрируя свою магию рядом с наставником? На мгновение я задохнулась от этой чужой воли, и Тьяра тут же разжала руку и повернулась к моему напарнику и увела его кивком за собой. Они начали переговариваться, раздалась пара сухих смешков, но мне было уже всё равно.
Поправляя одежду, я тянула время и искоса поглядывала на адептов, думая кто из них может стать союзником хотя бы на время.
Вопросов больше, чем ответов, но я решила не торопиться. Ноги и руки дрожали, голод вызывал раздражение, и не было большего желания, чем погрузиться с головой в тёплую ванну, заботливо наполненную служанками, но теперь о таком только мечтать.
Жизнь со старшим братом научила меня искать компромиссы и хитрить, добиваясь своего, так что мне нужен кто-то сильный, кто может стать заменой Бьёрна, раз того нет рядом…
Но прежде, чем я нашла сильного помощника, меня задели по плечу. Обернувшись, я увидела круглолицую девчонку чуть младше меня. Её волосы, заплетенные в колос, отдавали рыжиной, вдоль вздернутого носа и на щеках пестрели веснушки, которые я видела только однажды у гостьи с запада, а серые глаза щурились на свету.
— Нужна помощь с одеждой? — спросила она прямо.
— Очень, — я растянула в стороны штаны, показывая масштаб беды.
— Пойдем. Я тут не первый год, кое-что знаю…
Я вздохнула, оглядываясь исподтишка, замечая, что все по-прежнему смотрят с насмешкой и любопытством, а мой внезапный хлипкий союзник, кажется, отнюдь не придал мне веса, а наоборот — ухудшил положение!
  
Но и отмахнуться от девчонки сейчас сил не было. Хилый друг лучше, чем никого.
— Хорошо. Но тут вообще… кормят?
Желудок при словах про еду тут же торопливо поддержал мой вопрос громким урчанием. Девчонка хмыкнула и кивнула куда-то в сторону горы внизу, а потом позвала за собой.