Дарханы. Академия Четырех богов (СИ)

Не может быть, чтобы никто с Корсакийских островов не проходил здесь обучение — маги рождаются повсюду! И со времен пришествия к власти Сиркха немало из них приехали к нам из Энарии и Иввара, выбрав южные плодородные земли для своего нового места обитания. Еще бы: тепло весь год, щедрые земли и прекрасный Южный океан во всю ширь горизонта. Я сощурилась, глядя мысленно в сверкающую даль. Я вернусь к нему. К нему, домой, увижу семью, и даже Арона. Надо только совладать с дурацким огнем, так и грозящим полыхнуть в крови.
  
Убрав от лица мелкие волоски, я разгладила пальцами брови, вгляделась в свое отражение и довольно улыбнулась, снова растянув губы в загадочной улыбке, но спрятав клыки. Почему-то в мои воспоминания о доме теперь примешивался образ Бьёрна под накидкой кучера — бросающий вызов мне и моей попытке избежать обучения у дарханов.
Косички, серебряные колечки в волосах и многократно проколотые уши. И ко всему этому неожиданно серьёзный взгляд стальных серых глаз, бьющий в самое сердце.
Я решительно вспорхнула с постели, сбросила мятую дорожку накидку и потянулась к свертку, который мне оставил Бьёрн. Там оказался наряд дарханов — светло-серое одеяние свободного кроя с широким поясом. Оставшись в нижней рубашке, я замоталась в эту мешковатую одежду, чувствуя себя донельзя нелепо. Кажется, кто-то ошибся с моим размером…
Или нарочно решил пошутить?
Да это просто издевательство.
Я, может быть, невысокая — но не настолько же! Полы одеяния подметали пол так славно, что даже уборка не пригодится. А сам подол явно из светло-серого станет грязно серым — это если я не навернусь раньше времени.
Подобрав невыносимо длинную хламиду, как будто я собираю полы длинной юбки, я решительно вышла из комнаты, надеясь отыскать Бьёрна и заставить найти мне что-то более подходящее. Или же вовсе останусь в своем и не буду принимать одинаковый вид всех адептов Сеттеръянга.
Вокруг было тихо. Солнце поднялось уже достаточно высоко, чтобы припекать макушку, а я даже не прихватила шляпу. Если бы бабушка видела, в каком виде я оказалась на людях! Но моя цель была отыскать хоть кого-то — однако вокруг была тишина и пустошь.
Может, звук гонга — сигнал хранить молчание?
И я снова делаю что-то не так?
Куда же мне идти? И умудрилась же я так проспать! Где-то не так далеко слышались голоса.
В конце концов я выпрямилась, поозиравшись, и направилась не вниз, в основную часть монастыря, а вверх, с каждым шагом приближаясь к вершине одной из гор, окружавших Сеттеръянг. Прямо над головой пролетел огромный орел, крикнул и спикировал вниз в сторону еле виднеющегося отсюда подхода к городу. Вид захватывал, и на мгновение я даже замерла, подставив лицо ветру. У нас на острове не было таких высоких скал, только холмы и широкие просторы полей и лесов — и океан, конечно.
Отсюда открывался обзор на огромную лестницу от самого подножия гор до вершины храма Четырёх богов на другой стороне монастыря, который я прежде не успела рассмотреть. Острый шпиль храма, казалось, тонул в облаках. Наверное, именно там был установлен гонг, оглушающе-громко оглашающий о начале нового дня.
Меня не покидало ощущение, что за мной наблюдают, но попытки осмотреться и найти хоть кого-то поблизости ничего не давали.
Ветер дергал незатянутую накидку, и я снова направилась по дороге, идущей наверх. С моим везением в последнее время я рискую натолкнуться на ту вредную девицу Тьяру или на кого-то еще похуже — но всё равно будет хоть у кого спросить! Вообще ситуация уже никуда не годится. Это дарханам так нужны маги — а не они мне. Но почему-то о моем прибытии все позабыли. Или нарочно испытывают терпение и стойкость — проверяют, что я буду делать?
Я вспомнила, как Тавиан при воспоминании о дарханах нередко издавал нервный смешок. Теперь понятно, почему! Как я успела наслушаться, этот закрытый орден издревле кичился своей тайной мощью — неудивительно, что теперь они заставляют всех склонять перед собой колени и трепетать.
Закрытость ордена, тяжелые тренировки, “избранность”… Как будто всё это вело к искаженному восприятию действительности — они начали мнить себя высшими из-за своих способностей и испытаний, которые преодолели. Интересно, со мной тоже такое случится?
Поднимаясь шаг за шагом по тропе, я успела покостерить и своего брата, который сдал Бьёрну, и самого Бьёрна, и эту Тьяру и жестоких дарханов, отталкивающих тех, у кого нет дара, и боги еще весть кого, пока, запыхавшись, ползла наверх — но на последних шагах по вделанным в скалы ступеням я застыла.
Здесь был не просто “хоть кто-то”, а будто половина учеников Сеттеръянга. Человек двести, не меньше! Все в таких же одеждах, как у меня, и терпеливо сидящие прямо на скалистой вершине с закрытыми глазами. Кажется, я точно что-то пропустила.
Постояв немного и терпеливо вздохнув, я уже думала присоединиться к молчаливому сидению на скале, подозревая, что это обязательная-таки часть одного из ритуалов, когда мужчина в годах приподнялся, невесть как почувствовав мое появление.
Никто кроме него не шелохнулся, пока он приближался ко мне. Седые волосы у него были коротко стрижены, глаза казались блеклыми на тусклом свету, а по лицу можно было прикинуть, что ему все семьдесят, хоть подходил ко мне мужчина довольно энергично — для своего-то возраста.
Я еще больше скомкала длиннющий подол и замерла перед ним. Пусть хоть кто-то уже объяснит, что здесь происходит.
Судя по всему, один из учителей? Высокий старик остановился с непроницаемым выражением лица, смерил меня с ног до головы и потом снова до ног, вокруг которых смялся подол одеяния. Я спешно прикрыла оголенные нижним слоем щиколотки.
— Девушка со стихийным даром? — грубо и на ивварском хмыкнул учитель, подняв на меня невыразительный взгляд, от которого, впрочем, противная дрожь побежала по спине, словно меня только что не только взвесили и оценили, но и поместили на определенную ступень развития: куда-то не сильно выше улитки.
— Да… сентар, — поколебавшись в том, как верно обращаться к дарханам, произнесла я тоже на ивварском и чуть кашлянула. — Я здесь по приказу его императорского величества, — собрала я всё свое достоинство, едва заметно приподнимая подбородок: чтобы это не выглядело нарочито.
Почему мой обычный довольно звонкий голос скатился в какой-то скрежет колеса от телеги? Я вспомнила гордый и красивый окрик матери, чьё звучание проникало сквозь кожу и заставляло немедленно услышать и вслушаться в её слова.
Её хотелось слушать даже тогда, когда она была сердита или не в духе — иногда я понимала отца, который смотрел, как она что-то выговаривает или рассказывает о делах. На лице отца пробегала загадочная улыбка, и чаще всего он ловил пальцы мамы и целовал, осторожно поднося к губам, на что она уже не могла сердиться или говорить о чем-то ином.
У меня не было такого дара мелодичности и особого звучания, поэтому пришлось снова откашляться, чтобы вернуть себе хотя бы звонкость.
— Что с одеждой?
Я мельком бросила взгляд на остальных учеников и убедилась, что никто из них не шелохнулся и сидят так же строго и молчаливо, будто не слышат. Вот это дисциплина! Похоже, я правда попала куда-то, где готовят послушную армию солдат, а не будущих правителей или наместников, о чем обычно говорили дарханы — если я правильно понимала брата.
— Мне не подходит размер.
— Так подшей.
— Я не умею! — Я даже опешила от такого предложения.
Это я должна была сделать? Сама? Тоже мне, величайший орден всесильных магов — неспособных даже подобрать подходящую одежду для своих сильнейших одаренных.
  
Я с трудом удержалась от того, чтобы сказать что-то грубое. И снова не понимала, кто кому здесь больше нужен — я императору или он мне?
Старик внезапно подался ещё ближе и ухватил меня за подбородок. Покрутил мою голову, сжав на удивление сильными пальцами, осмотрел меня, точно скаковую лошадь! Я даже задохнулась от возмущения, но тут же все чувства застыли, скатившись в тяжелый ком в груди, когда я поняла, насколько этот старик сильный маг.