И снова Колчина (СИ)

— Боже — слышит свой голос, словно издалека. — Филипп — и не узнает его, потому что от криков она охрипла, а от стонов в горле пересохло. — Боже.
У Бланше было чувство, словно он не трахал женщин с полгода. Эта девочка его возбуждала невероятно, он входил в неё, и испытывал восторг, будто ему подарили, то, о чем он так давно мечтал. Филипп бы уже давно кончил, но хотел насладиться этой узкой пещеркой, в которой было так уютно его члену, и которая так нежно обхватывала и зажимала его фаллос. Тут Маша еще раз сравнила его с самим Всевышним и ноги её начали подкашиваться от того, что затряслись колени, она не устояла и поддалась вперед, Филипп ощутил, как её влагалище сжалось, плотно засасывая в себя его член и все, его выдержка лопнула, они получили оргазм вместе. Даже показалось, что их стоны удовольствия звучали в унисон.
Филипп этой ночью не сомкнул глаз, сначала его перевозбудил отличный секс с этой податливой девочкой, которая будто чувствовала все его желания. Делала все именно так, как хотелось ему, безоговорочно принимала его действия, и так сладко стонала под ним. От воспоминаний у него снова член вставал солдатиком, а сам мужчина улыбался нежно и ласково. После их безумного секса, Бланше оставил выдохшуюся от его натиска Колчину и ушел полный вдохновения в кабинет, продолжить писать сценарий к его новому балету. Через пару часов он вернулся и снова накинулся на девушку как ураган, целовал, словно в последний раз, подмял под себя еще не успевшую отойти ото сна Машу и снова яростно поимел её, а она громко стонала и кричала под ним, обвивая его тело своими длинными ногами и нежными руками. Такого сумасшествия он не помнил, никогда еще ни одна женщина так не заводила его. И Филиппу это точно не понравилось бы, но сейчас, он наплевал на свой внутренний голос и отдался чувствам. Он так хотел эмоций и новых идей. И не готов был сейчас пожертвовать ими, и оставить девушку в покое.
Он написал уже три акта, и его фантазия еще не закончилась, Бланше увидел, что уже расцвело, а в глазах не было и намека на сон. Он потянулся, прошел по кабинету, сделал пару фуэте, и понял, что ему сейчас безумно хорошо, он готов поспорить, что счастлив. Неужели дело в девушке, которая отсыпается в его постели?
Он поднялся в свою спальню и не смог оторвать глаз от вида спавшей Мари. Девушка лежала на животе, обняв двумя руками подушку. Одна нога выглядывала из — под легкого одеяла, которое прикрывало только её нижнюю часть, спина незаметно поднималась от равномерного дыхания, волосы разбросаны по подушке, и прикрывали часть лица. У Бланше защемило сердце от нежности, которую он испытал к спящей Колчиной, и сердце зашлось в бешеном ритме. "Что, черт возьми, происходит?" — недоумевал хореограф, такие чувства он испытывал очень давно, в детстве, когда обнимал родителей. С женщинами такое точно впервые.
Поддался порыву и лег рядом с Колчиной, начал покрывать поцелуями её спину, поднимаясь вверх к лопаткам, затем к шее. Девушка что-то промычала, протестуя от того, что он начал её переворачивать, увидел её припухшие губы от ночных требовательных поцелуев и нежно провел языком по ним. Маша открыла глаза, и часто заморгала, Филипп продолжил изучать губами её лицо, и губы Мари растянулись в улыбке.
— Привет! — тихонько прошептала она. — Вы уже встали?
Филипп дернулся, почему опять на вы? Она снова намекает на их разницу в возрасте?
— Маша я тебя трахаю, давай ты будешь звать меня просто Филипп.
— Хорошо — сразу согласилась девушка, и потянулась, открыв мужчине свою маленькую грудь, которую Филипп тут же покрыл поцелуями.
— Я еще не ложился. — Заваливаясь на девушку, сказал танцор.
— Серьезно? — брови Колчиной поднялись на лоб. — И чем же ты занимался, Филипп?
— Я написал уже половину действия. И конечно делал перерывы, чтобы зарядиться энергией от моей музы.
Маша почувствовала его восставший орган и глаза полезли из орбит. Сколько можно? За эту ночь она занималась сексом больше, чем за свои двадцать один год жизни, а этот мужчина снова готов одарить её этими незабываемыми ощущениями.
 
— Снова нужна энергия? — Улыбаясь, проговорила Маша.
— Немного. — Филипп прижался к груди девушки — Я тебя не замучил?
— Нисколько — Маша счастливо улыбалась, теперь она знает, что такое получить удовольствие от секса. Оказывается дело совсем не в ней, просто нужно, чтобы рядом был мужчина, который умеет доставить удовольствие и безумно нравится тебе.
Утром Филипп был нежен, он не торопился, а медленно и кажется даже смакуя каждое движение бедер входил и выходил из девушки. Одаривал поцелуями щеки, шею, грудь. Сжимал руками бедра, и помогал Маше, приподнимая их. Томные стоны раздавались по всему дому, а когда девушка увидела, что дверь в комнату не закрыта она забеспокоилась. Филипп заметил это и слегка усмехнувшись, объяснил:
— Эту неделю никого нет. Я отправил Гретту помогать брату и его жене, у них скоро родиться второй ребенок. На работе сказал, что работаю дома, а ты скажешь, что заболела. Антуан даст тебе больничный.
— Кто?
— Врач, у которого ты вчера была.
— А мне зачем больничный? Я могу уехать в школу.
— Нет. Я пока хочу, чтобы ты была со мной.
На этих словах Маша крепче прижалась к голому телу Филиппа и продолжила принимать его в себя. Ей стало приятно, что она нужна ему.
Потом они спустились вниз, и позавтракали, остатками ужина. Филипп вернулся к работе, оставив Машу хозяйничать на кухне с обедом.
Маша сидела на диване в гостиной и переключала каналы на телевизоре, не зная на чем остановиться, ей безумно хотелось посмотреть, что делает её любовник в кабинете, но он запретил его тревожить, пока сам не позовет. Наконец она услышала, как он произнес её имя.
— Маша принеси мне кофе, — он продолжал общаться с ней на родном языке. Девушка подскочила и понеслась к кофемашине. Через три минуты она уже стояла рядом с Бланше, он что-то набирал в ноутбуке и сосредоточенно смотрел на клавиатуру.
— Ваш, — она поправилась — твой кофе.
— Спасибо. — Филипп протянул руку и поднес кружку к губам.
Маша развернулась, чтобы уйти, но мужчина перехватил её за запястье.
— Останься, — он притянул её к себе и поставил между своих ног.
— Ты и в правду моя муза, из меня так и лезут идеи, но мне нужно расслабиться и поспать, но сначала — он провел руками по её бедрам, к ягодицам и задрал подол маленького халата до талии. — Сними трусики, и пока мы одни не одевай.
— Филипп, я больше не могу — Маша отступила на шаг назад, но дальше не давал удалиться стол — Давай сделаем перерыв?
— Тогда минет. — Улыбнулся хореограф.
— Я, я — занервничала Колчина, — Я не умею.
— Серьезно?
Маша закивала головой.
— Никто из твоих мужчин не просил тебя сделать ему приятно ртом?
Маша внимательно посмотрела на мужчину.
— Филипп? — она посмотрела в его глаза — ты читал анкету, которую прислал тебе Антуан?
— Пока нет, не успел.
— Я так и подумала.
— Как насчет, осчастливить меня, своим сочным ротиком? Я же обещал помочь, давай подскажу.
Маше ничего не оставалось, как встать перед мужчиной на колени и распахнуть полы его халата. К её удивлению, оказалось совсем не противно облизывать и всасывать в себя член любимого мужчины. Филипп подсказывал, что ей необходимо сделать, и как вбирать его ствол в свой рот.
— Ты просто королева минета — сказал он, когда мощно кончил в руку Колчиной. — Даже не подумал бы, что это у тебя впервые.
После обеда Филипп ушел в спальню, его, наконец, свалил сон. А Маша осталась в гостиной, смотреть телевизор, она же вроде как на больничном. Но не выдержала и пошла наверх, завалилась под бочек мужчины, от которого была без ума. Колчина гордилась собой, она смогла удовлетворить самого месье Филиппа Бланше.
17
Рита открыла глаза, последняя неделя в её жизни, была напряженной. Все из — за первой жены Вячеслава. Станислава мелькала рядом с мужем, хоть Марго и видела, что он равнодушен к девушке, но злость и ревность обуревали её. Она буквально стиснув зубы, заставляла себя оставлять мужа без своего внимания, и уходить на работу.