Мертвая река (ЛП)

– Мы, Сэм, копы при исполнении. Хочешь приключений – подавайся в сантехники.
– Ну ты чего, Джордж, – насупился помощник. Принял совет всерьез, видать, хотя Питерс, очевидно, шутил. Дубовость этого парня – тоже явление вполне привычное. – Ты же знаешь, я никогда...
Питерс одарил его широкой улыбкой, делая лицо попроще.
– Не волнуйся, Сэм, – сказал он. – Элен прекрасно известно, как ты развлекаешься по вечерам. Пинбол, шаффлборд, боулинг и пивко. Такой вот ты у нас... ловелас.
  
Шеринг осклабился. С Элен ему явно повезло, и он был бы последним идиотом, если бы стал рисковать потерей такой женщины. В подобных вещах всегда трудно загадывать наперед, однако пока что Шеринг со своей ролью верного муженька справлялся довольно успешно. «В тот день, когда у него перестанет это получаться, – подумал Питерс, – устроим поминки по Сэму Шерингу, ибо в такой дыре, как Дэд-Ривер, великовозрастный холостяк – это либо мертвец, либо запойный алкоголик».
– Лэндерсы уже укатили в свой Бостон? – поинтересовался Питерс.
Шеринг кивнул Хэнку, чтобы тот принес ему пива.
– Ну конечно, – ответил он. – И, кстати, они несказанно рады этому.
– А уж я-то как рад. Знаешь, каждый раз, когда на горизонте маячат вот такие вот проблемные «гастролеры», так и хочется подкинуть им на решение еще штук семнадцать проблемок. – Он махнул рукой, будто отбрасывая от себя что-то неприятное.
Оба потягивали пиво. На музыкальном автомате уже никто не забавлялся, и в баре воцарилась тишина. Стоявший неподалеку Хэнк с удрученным видом смотрел куда-то за окно; заметить грустный взгляд на лице человека его комплекции было явно неординарным событием. Зажатая с обеих сторон Джейми и Джоуи Пинкусами, Лидия стояла, опершись о стойку бара, – рука второго брата была небрежно перекинута через плечо девушки. Как-то так этот парень проявлял романтические чувства, надо думать. Уловив в голове давление второй кружки пива, Питерс решительным жестом отодвинул ее от себя. Снова давала знать о себе старая боль в спине. Врачи в унисон винили его работу грузчиком в пору молодости; такую хворь алкоголь не мог облегчить, но и усугубить, если подумать, – тоже.
– Тихо нынче в городе, – сказал он, повернувшись к Шерингу. – Все разъехались.
Его напарник кивнул.
– У меня какое-то странное предчувствие, – продолжал Питерс. – Не к добру это.
– Что за предчувствие?
– Старею, наверное, Сэм. А может, наскучило однообразие жизни.
Шеринг кивнул еще раз. Ни убавить, ни прибавить.
– Да ну, к черту все это, – сказал Питерс. – Всего две кружки пива, а я уже поплыл. Даже пить когда-то умел, и то – разучился. Ну так как, Сэм, когда ты заберешь у меня эту работенку и разнообразишь мне жизнь?
– Когда в аду холодно станет, – ответил Шеринг. – Или когда ты сам мне ее отдашь.
Питерс улыбнулся:
– Значит, немножко времени у меня все еще остается, так понимаю?
Дверь бара распахнулась, на пороге появился Уиллис. Несколько секунд он, щурясь, присматривался к обстановке, а затем, заприметив сидевших в полном молчании Питерса и Шеринга, широкими неуклюжими шагами направился прямо к ним. «Явно спешит парень, – подумал Питерс. – Значит, какое-то дело к нам есть».
Уиллису, как и Шерингу, было под тридцать, но если Шеринг был немногословен и медлителен, из Уиллиса энергия била ключом, как из мальчишки, выбившего в тире самый главный приз. «Этот парень всегда спешит», – подумал Питерс. Хотя следовало признать, что разыскивать их ему приходилось не то чтобы часто. Да и кое-что еще указывало на деловой характер визита Уиллиса – он даже не глянул в сторону Лидии, хотя обычно-то, неженатый и вечно возбужденный, реагировал на нее как пес на сахарную косточку.
– С чем пожаловал? – спросил Питерс.
– С тем, что вам нужно немедленно вернуться в контору, – сказал Уиллис. – Обоим.
– А что стряслось хоть? У миссис Лэндерс колесо лопнуло по дороге в Бостон?
Уиллис улыбнулся.
– Нет, на сей раз кое-что посерьезнее, – сказал он, полыхая румянцем. – Какую-то женщину выловили из океана.
– Живую?
– Живую, но всю израненную. Знаешь, Джордж, боюсь, что даже тебе еще никогда не доводилось видеть ничего подобного.
– Может, и пари заключим, сынок? – ухмыльнулся Питерс.
– Можно и пари, – в тон ему осклабился парень.
– Ну что ж, договорились, – сказал Питерс, слезая со стула у стойки. – Выиграешь – и я тебе десятку буду должен, а если я тебя обскачу, ты до конца года на пушечный выстрел не подойдешь к Лидии.
– По рукам.
Питерс открыл входную дверь, на прощание кивнул Хэнку, и вся троица выступила наружу. Уиллис на мгновение остановился в дверях, и яркий свет с улицы залил бледно-желтый мрак бара. Он повернулся и помахал рукой.
– Привет, Лидия, – сказал он.
Братцы Пинкусы оба нахмурились. Девушка ненадолго повернулась, улыбнулась и ответила на приветствие, подняв руку и растопырив два изящных пальчика «викторией».
– Привет, сладенький!
Когда Уиллис вышел за дверь, бокал с пивом уже парил у ее губ, Хэнк налил ей еще, и два брата, сидевшие рядом с ней, снова были счастливы.
17:17
«Ничего, кроме расточительства и потакания своим прихотям», – подумала Карла. На улице было не так уж и холодно. Но ей хотелось поддерживать огонь в печи. Это заставляло ее чувствовать себя ленивой, расслабленной и какой-то особенно чувственной – сам запах пламени будто слегка возбуждал. Она позволила огню в гостиной погаснуть. Сырость так никуда и не делась из комнаты, затхлость все еще можно было учуять. Вероятно, когда ее гости отчалят, она здесь подолгу торчать не станет. Лучше уж в кухне. Она сложила свой номер «Пресс Герольд» и убрала вазочку с фруктами в холодильник.
Солнце почти скрылось за линией горизонта, и, если она намеревалась поддерживать огонь всю ночь, стоило сходить в сарай за дровами. Как и всякой городской жительнице, ей не особенно улыбалась перспектива с наступлением темноты таскаться в сарай, и все же, несмотря на усталость, этим лучше было заняться именно сейчас. Помимо всего прочего, она основательно проголодалась – фрукты ее ничуть не насытили.
Итак, решено: она принесет дрова, примет душ, а потом приготовит себе легкий ужин, тем более что в холодильнике лежали цыпленок и свежие овощи. К счастью, в Дэд-Ривер в магазинах все свежее. Она вспомнила, что с самого утра ничего не ела – очень полезно для фигуры, да вот только скверно отыгрывается на самочувствии и настроении. Ну что ж, она хотя бы привела дом в относительный порядок.
Она открыла заднюю дверь и вышла на крыльцо. Поднялся ветер. Опавшие листья носились по двору и скребли по выцветшим серым половицам под ее ногами. Она открыла сарай и стала класть бревна на сгиб руки. Полешки были легкими и сухими. Карла принесла одну партию, отправилась за другой. Когда эта ноша показалась ей тяжелее, она поняла, что вообще-то изрядно устала. Что ж, зато душ воспримется сущим вознаграждением свыше. Совершив третью ходку за дровами и прихватив заодно щепы, она наконец закрыла дверь в сарай – и в этот момент заметила его.
Точнее, она заметила его рубашку – ярко-красную, из тех, какие обычно надевают охотники, чтобы не попасть под «братский огонь» своих же коллег. Карла увидела, как эта одежка стала удаляться от нее по полю, и даже как-то не сразу поняла, что на самом деле это не какая-то алая птица и не кучка красных листьев, а самый настоящий человек, мужчина, идущий вдоль русла ручья, текущего у самого подножия холма. Милостивый бог, до чего она утомилась! Не будь на нем этой красной рубахи – и не увидела бы вовсе. А вот у него глаз, судя по всему, оказался зорок: на секунду незнакомец остановился и обернулся в ее сторону. На таком расстоянии было невозможно определить, как он выглядел, но что-то в его манере двигаться подсказывало ей, что он молод и силен. Он помахал ей рукой. «Еще и общительный», – подумала Карла. Она улыбнулась и помахала в ответ.