Мертвая река (ЛП)
А потом она увидела косу.
«Вот это уже лучше», – подумала она, но тут же в голове ее зародилась еще одна мысль. Мардж быстро спустилась по лестнице, спеша поделиться с Ником. Тот тем временем через замочную скважину наблюдал за обстановкой.
– Они не люди, – проговорил он, поворачивая к ней побледневшее лицо. – Даже не близко.
– Слушай, – сказала она, игнорируя это заявление, – кажется, мы могли бы удержать оборону на чердаке. Дверь наверху, конечно, не такая прочная, как здесь, но там есть старый тяжелый комод и большой матрас. Представь – мы наглухо прибьем дверь гвоздями, потом загородим ее матрасом, а сверху придавим комодом. Через такой заслон им не пробиться – по меньшей мере, с ходу. А этот их костер рано или поздно заметят... что скажешь?
– А что, можно попробовать. – Ник кивнул.
Они стали подниматься наверх, Ник при этом тяжело опирался на перила. Будь вся эта ситуация иной, заработанная травма как минимум на неделю уложила бы его на койку в больнице.
Всякий раз, когда он опирался на раненую ногу, у него возникало такое ощущение, словно кто-то с силой бьет по ней молотком. Он понимал, что надо двигаться, иначе боль попросту парализует его. Впрочем, двигаться придется в любом случае, если жить хочется.
Они добрались до площадки. Ник подошел к комоду и толкнул его. Мардж была права. Какое-то твердое, тяжелое дерево. Дуб или что-то в этом роде. Матрас был размером с двуспальную кровать, и ему пришло в голову, что именно поэтому он и оказался здесь – там, внизу, попросту не имелось настолько больших, просторных лежбищ. Чердачная дверь была не слишком прочной, но комод и матрас вместе могли бы стать неплохой защитой. Это можно было сделать.
– Только одно мне не нравится, – сказал Ник. – То, что таким образом мы сами зажмем себя в угол. Если они проникнут сюда, единственный выход – через это окно. Где-то пятнадцать футов до земли – и я даже не уверен, что смогу в него пролезть. Внизу у нас хотя бы две двери и уйма первоэтажных окон.
– Да, но в этом-то и проблема, не так ли? У них масса способов проникнуть внутрь, и только двое из нас смогут надавать им по рукам, как только они начнут пытаться. А они начнут пытаться – тут и гадать нечего. То есть у нас только одно место для укрепления.
Ник подошел к окну и выглянул наружу.
– Господи, я отсюда ни за что не сигану, – признался он.
– Это наша единственная альтернатива. Если только у тебя нет чего-то на уме.
Ник нахмурился:
– Лору поднять сюда будет трудно.
– Хрен с ней, с Лорой, – сказала Мардж звонким, как пощечина, голосом. Перемена в ней, проявившаяся столь рельефно, поразила Ника. И это – та самая Мардж, что не любит быстрой езды и выбирает в кинотеатрах ближайшие к выходу места?
Карла всегда была жесткой. А Мардж извечно нуждалась в защите. Но, возможно, в душе они обе были круто сварены – сестры, в конце концов.
И, возможно, сейчас защита нужнее именно ему, Нику.
– Лора не решится отсюда сбежать, – мягко напомнил Ник, – а я, если честно, просто не смогу из-за своей ноги.
– Про Лору твою все и так ясно. А ты... ты побежишь, если ситуация того потребует. Я в этом уверена.
Он поразмыслил над сказанным.
– Зря. Зря ты уверена хоть в чем-то. Никуда я не побегу, при любом раскладе. Даже если нам удастся прошмыгнуть мимо этих психов – куда мы направимся, в лес? Я уверен, они его как свои пять пальцев знают. Чем черт не шутит, может, их там еще больше.
– Но в лесу мы все еще могли бы спрятаться. Могли бы разделиться, в случае чего.
– И пропасть поодиночке? Мне это не нравится. – Ник хмыкнул. – А что, если они решат поджечь дом, пока мы тут?
– Пока мы будем внизу, они могут решить то же самое.
– Да, но отсюда только один выход!
– Да чего ты заладил...
– Потому что это важно, мать твою! С первого этажа горящего дома мы еще как-то вылезем. А отсюда останется только швыряться задницей вниз. Они посмеются над нашими поломанными костями и сволокут к себе в логово, где их детишки охотно разберут нас на гребаные бирюльки. Говорю тебе, внизу у нас хотя бы есть...
Внизу истошно завопила Лора.
Секунду они таращились друг на друга, а потом опрометью кинулись к лестнице.
Оба одновременно услышали яростный бой по двери – грозный, как разряд молнии, сопровождавшийся неумолимым громом. От него, как показалось Нику, весь дом дрожал, и даже лестница под ногами будто ходила ходуном. Забыв о раненой ноге, он мгновенно оказался внизу с пистолетом в руке. Мардж старалась не отставать.
Кольцо их зловещего окружения плотно сомкнулось на доме.
Кто-то пытался прорубиться – возможно, что тем самым топором из сарая, – через черный ход. Кто-то наседал на заколоченные окна спальни. Дверь прямо напротив Ника так и трещала по швам – под натиском неведомой, но явно большой силы. Громила-великан очухался – тут нечего и гадать. Засов держался из последних сил, но ему явно оставалось недолго служить верой и правдой. Ко всему прочему, кто-то пытался чем-то вроде лома проделать отверстие в искусственной перегородке, закрывавшей одно из кухонных окон. «Кочергой, – смекнул Ник, – это кто-то из них подобрал кочергу Дэна». Он услышал позади себя звук раскалывающегося дерева и увидел, как дверь черного хода поддалась под топором. Теперь доломать ее не займет много времени.
На мгновение он в замешательстве огляделся вокруг, пытаясь определить, есть ли у них какая-нибудь защита, имеется ли какой-нибудь выход из этой ситуации, кроме как отступить обратно вверх по лестнице на чердак. Входная дверь снова треснула и задрожала от страшного удара, и что-то подсказывало ему, что другого такого ей не снести. Он увидел блеск стали сквозь пробоину, и все его мешканье как рукой сняло.
– Хватай Лору! – крикнул он, устремляясь к лестнице на чердак. – Быстрее!
На бегу Ник споткнулся о верхний порожек лестничной площадки, но все же устоял на ногах и, пригибаясь, устремился к матрасу. Быстро оттащив его к проему, он поставил его наискось, оставив ровно столько места, чтобы можно было захлопнуть дверь. Потом он схватился за комод. Эту махину и два крепких мужика тягали бы с определенным усилием, но в Нике вдруг пробудилась неслыханная, поистине дикарская сила. Ощущать боль в ноге он вдруг перестал, жизнь намеревался продать задорого. Мышцы рук раздулись и отчаянно саднили, но ножки комода нехотя заскребли по полу – и вскоре Ник смог-таки выволочь массивную мебель в проход, оставив два небольших зазора по бокам для Мардж и Лоры. Все, кто последуют за ними, схлопочут этого деревянного монстра себе на головы. Если повезет, кого-нибудь махина и насмерть придавит. Ник поднял с пола отложенный до поры револьвер. Положив глаз на прислоненную к стене косу, он схватил ее поудобнее и вышел на лестницу в полной боевой готовности.
Мардж подняла Лору на ноги и потащила через гостиную, как раз в тот момент, когда кухонная дверь слетела у них за спинами с петель и повалилась на стол. Огромный лысый мужчина ввалился внутрь, дети клубились вокруг него злонамеренным роем. Они увидели добычу еще до того, как здоровяк встал на колени, и с боевыми криками бросились за ней.
Ухватившись одновременно за руку и за коротко стриженные волосы Лоры, Мардж изо всех сил тянула ее к лестнице. Но прогресс был медленным... чересчур медленным.
– Шевелись! – завопила она, в ужасе оборачиваясь на приближающихся врагов. – Ну что ты тут застряла, телка тупая!
Ее крики не заставили Лору двигаться быстрее – она знай себе хлопала глазами и не раскусывала происходящее. Неудивительно, что в мгновенье ока дети-загонщики окружили их плотным кольцом, не давая пройти. Мардж слишком хорошо помнила, что эти дьяволы-маломерки сотворили с Дэном и Ником, и потому со всей отчетливостью представила себе, как они волочат ее труп вниз по лестнице. Лысый тоже встал на ноги и пошел ей навстречу. Через распахнутую дверь в дом забежало еще несколько агрессивных малолеток – с ножами в руках, по-собачьи подвывающие и щерящиеся.