Огонь желания

Слезы подступили к горлу, стоило Диане вспомнить кузена. Она не успела ответить, потому что снова вмешался Торн:
– Неужели вы не предполагали, что ваш брат убьет Натаниеля?
– Нет, – ответила Венера. – Иначе я попыталась бы остановить его, если бы знала правду.
– Однако совсем недавно он приказал вашим лакеям убить меня. Тогда жертвой чуть не стала Диана.
Венера вздрогнула.
  
– Да, знаю. И очень мучилась из-за этого. Но в тот момент я уже не могла влиять на брата. Он был ослеплен ненавистью и не воспринимал никаких разумных доводов. – Венера обратилась к баронету: – Я не собираюсь оправдываться, сэр Гавейн. Я желала вам погибели. Но настал момент, все изменилось, и я не смогла заниматься тем же самым.
– Так что же изменилось? – вежливо осведомился баронет.
– Я поняла, как много пролито крови. Стала невыносимой мысль, что кто-нибудь еще погибнет, как Натаниель Лансфорд.
– Вы отдаете себе отчет, что признаетесь в измене, мадам? Для вас можно потребовать повешения.
– Нет! – не раздумывая воскликнула Диана и прикусила язык, увидев, как вся компания уставилась на нее. – Простите меня, сэр Гавейн, но я хорошо узнала Венеру за эти несколько месяцев. Она совсем не воплощение дьявола, как, например, ее брат. Не верю, что она заслуживает казни. Осмелюсь предположить, что в такой ситуации каждый из нас действовал бы точно так же. Вы тоже взяли бы сторону своего брата против тех, кто убил ваших родителей. Пожалуйста… Неужели вы думаете, что ее страданий недостаточно?
Сэр Гавейн задумался в ответ на такую страстную мольбу.
– Вопрос в том… – Он тихо обратился к Венере: – Вопрос в том, можно ли будет доверять вам в будущем?
– Можно, – порывисто откликнулась она. – Клянусь вам. Если дадите шанс, я докажу.
– Конечно, повешению есть альтернативы. Можно сослать вас на какой-нибудь отдаленный остров, где будете жить под надзором «хранителей».
– Или отправить назад в Лондон, чтобы она работала на нас, – вмешался Торн.
Сэр Гавейн сухо осведомился:
– Вы предлагаете, чтобы я взял ее на работу в министерстве иностранных дел?
– Совершенно верно. Она много знает про нас.
– Мистер Йейтс, а вы что думаете?
Йейтс ответил с большой неохотой:
– Мне кажется, стоит рискнуть. Она же попыталась остановить брата.
Сэр Гавейн снова обратился к Венере:
– Хорошо. Но сможете ли вы честно работать на человека, которого так долго презирали?
Венера вздрогнула от его слов, но после небольшой паузы тихо ответила:
– Я больше не презираю вас, сэр Гавейн.
Торн заговорил о другом:
– В Лондоне я буду держать ее в поле зрения. Если только она собьется с пути, вы всегда сможете заняться ею.
Голубые глаза сэра Гавейна засветились лукавством.
– Кажется, у вас много адвокатов, мадам Венера. Признаюсь, я чувствую некоторую долю ответственности за то, как повернулась ваша жизнь. Так что мы, вероятно, сможем прийти к какому-то обоюдному согласию. Будьте моей гостьей, пока я не приму окончательное решение. – Баронет поднялся. – Йейтс проводит вас в вашу комнату. И пожалуйста, подберите себе приличную одежду.
– Благодарю вас, сэр Гавейн, – с облегчением произнесла Венера.
Она посмотрела на Диану, и ее зеленые глаза были полны благодарности. В ответ, молчаливо подбадривая, Диана пожала ей руку.
Мужчины встали, когда поднялись Венера с Дианой, и наблюдали, как мадам покидает комнату в сопровождении Йейтса.
Торн подождал, пока двери закроются, и обратился к сэру Гавейну:
– Вы ведь уже приняли решение, сэр?
– Принял. – Баронет вяло улыбнулся. – Вы убедили меня, Я дам ей шанс искупить вину и сослужить службу «хранителям». Но призываю вас быть очень осторожными.
Диана воспользовалась возможностью, чтобы поблагодарить его:
– Сэр Гавейн, спасибо за то, что были так снисходительны к Венере.
– Уверяю вас, это мой долг, мисс Шеридан. Вы сделали для нас большое дело. Теперь прошу меня извинить. Нужно заняться другими важными вещами. А у вас с лордом Торном есть что обсудить.
Вежливо улыбнувшись, он низко склонился к ее руке, а потом направился к дверям.
Диана устроилась на диванчике в отведенной ей комнате и ждала, когда к ней вернется Торн, закончив свои дела. На нее навалилась жуткая усталость. Беспокойство и неопределенность последних дней, ужас, который она испытала, увидев, как Торн чуть не умер, притупили все чувства, лишили мужества. Но больше всего угнетала мысль о том, что будет дальше. Перед ней вставала перспектива безрадостной, пустой жизни без Торна.
Чувствуя, как жгут подступающие слезы, Диана раздраженно вытерла глаза. Теперь, когда она знала, что он жив и здоров, нужно было планировать следующие шаги, начиная с возвращения в Лондон. Однако будущее представало зияющей темнотой или широкой пропастью, и она не знала, куда деваться.
Когда через некоторое время Торн вернулся, Диана выпрямилась и, поджав губы, попыталась проглотить навернувшиеся слезы. Она не желала, чтобы он увидел ее в слезах.
К ее ужасу, он уселся рядом и взял ее руку. Теплота, с которой он прикоснулся к ней, подействовала как удар. Малейшее его касание было для нее мукой.
– Надо кое-что обсудить. Прежде всего, где ты остановишься на эту ночь. Остаться здесь ты не можешь. На моей вилле тоже будет крайне неудобно. Я не собираюсь давать пищу для нового скандала.
Боль внутри стала просто нестерпимой. Торн прощается с ней? Дает понять таким образом, что пора расставаться? Сделав глубокий вдох, Диана подняла глаза.
– Я не боюсь скандала, Торн. Я хочу быть с тобой. – Она почувствовала, как он замер, внимательно изучая ее. – Как твоя любовница, не как жена, – тихо добавила Диана. – Я знаю, что ты слышать ничего не желал о женитьбе. И все равно, смирив гордость, жертвуешь свободой, чтобы поступить благородно. Я не могу принять такую жертву. Но не желаю тебя терять и готова стать твоей метрессой.
Тишина, повисшая в комнате, была такой плотной, что ее, казалось, можно было потрогать. Торн, прищурившись, смотрел на нее.
– Есть только одна проблема, – мягко сказал он. – Я никогда не удовлетворюсь простой интрижкой.
Почувствовав, что сейчас вот-вот разрыдается, Диана отвернулась.
Торн сжал ее руки.
– Взгляни на меня, Диана.
Торн подождал, но она, глядя в сторону, резко замотала головой.
– Мне кажется, – сказал он наконец, – у тебя сложилось неправильное представление о моих намерениях. Я не избегал женитьбы. Я просто ждал подходящую женщину, которая могла бы быть ровней мне в любом смысле. Как ты, счастье мое. Я уже понял это. С того раза, когда мы чуть не погибли вместе тогда, в карете. – Он помолчал, потом его голос упал до шепота. – До тебя я никогда не встречал женщину, которую хотелось бы сделать своей женой. Такую женщину, которая бок о бок со мной боролась с опасностью. Но мне потребовалось время, чтобы признаться себе, что я люблю тебя.
Не вполне уверенная, что не ослышалась, Диана повернулась, чтобы посмотреть на него.
– Ты… ты любишь меня?
– Больше, чем можно представить.
Без слов Диана с изумлением смотрела на Торна. Недоверие и радость боролись друг с другом. Такое трудно было бы представить даже во сне.
– Наверное, я сплю, – прошептала она, чувствуя, как текут слезы по щекам. – Могла ли надеяться, что ты полюбишь меня.
Пробормотав что-то, Торн взял ее лицо в свои руки, стирая слезы со щек.
– Это не сон, Диана. Моя любовь очень и очень реальна. – Закрыв глаза, он прижал ее к себе. – Ты выйдешь за меня? – спросил он.
Диане потребовалось несколько мгновений, чтобы собраться с мыслями. Его пальцы непроизвольно сжали ей плечи в ответ на молчание.
  
– Ну, говори!
– Да, – проговорила она голосом, охрипшим от страсти и желания.
Он улыбнулся ясно и обезоруживающе и наклонился к ней.
– Вот и хорошо. Иначе ты бы не выехала с острова, пока не стала бы моей невестой.
Когда до нее дошел смысл его слов, она изумилась, вытаращив на него глаза.