Любовь по науке, или На практику в другой мир

Да и такой ли уж страшной будет моя жертва? Мне хорошо и интересно в этом мире. Если бы не отравление, я бы предпочла остаться в нем. Может, даже навсегда, а на Землю ходила бы иногда, чтобы повидаться с близкими. Или просто если заскучаю по родине.
Самое страшное, если я не смогу вернуться – родители будут думать, что я пропала без вести. Погибла. И то, что я буду скучать по ним и по своим друзьям.
Но я смогу пережить разлуку с ними. А что касается трагедии родителей… Это я не смогу пойти на Землю. А вот Гарон или кто-либо еще – сможет. Уверена, мы найдем способ успокоить их. В крайнем случае можно применить магический гипноз. Например, убедить их, что я уехала работать куда-нибудь далеко.
А там, глядишь, найдем способ, как перестроить мой организм на «универсальный» режим.
Я выдохнула. Все понятно. Выбор, казавшийся таким сложным, вдруг оказался простым. Я всего лишь должна выбрать любовь. Выбрать счастье для любимого человека. Тьфу, дракона. Подарить ему возможность остаться в родном мире. И то, что я стану такой долгоживущей.
– Я согласна, Мэй, – спокойно и решительно сказала я. – Поступим так. Ты нацедишь в стакан глоток своей крови. Только лей мало! Чтобы с тобой все было хорошо! Я выпью его. Кататься по полу не буду?
– Нет, перестройка происходит примерно за четверть часа, и никто не испытывает мучений от нашей благотворной крови, – с легким возмущением ответил Мэйгар. Ему не понравилось, что я подозреваю кровь бессмертных в неприятных «побочках».
– А вечером, после того, как я назову своего избранника, попрошу провести дополнительное обследование моего организма. Будто я хочу убедиться в том, что мне необходимо уйти на Землю. Ведь это значит расставание с этим миром на неопределенный срок. Выяснится, что отравления больше нет. И мы с Га… моим избранником останемся в Дамбиоре. О том, что я не могу вернуться на Землю, пока не будем говорить. Потом я найду способ, как рассказать об этом своему… избраннику так, чтобы не подставить тебя и не раскрыть вашу тайну. Подойдет?
– Конечно! – обрадовался Мэйгар.
Вскочил на ноги, схватил со стола нож и резко полоснул себя по руке. Подставил стакан. И вот уже в него льется тонкая струйка яркой эльфийской крови.
– Да что же ты делаешь! Хватит! Одного глотка достаточно! – рявкнула я и бросилась к нему, чтобы остановить «кровопролитие». И чтобы выпить этот глоток. Одним махом изменить свою судьбу.
И тут раздался страшный грохот. Как будто взрыв. Пол, стены, потолок затряслись, грозя обрушиться.
Наверное, меня оглушило. В ужасе я смотрела, как беззвучно подпрыгнул стол, а Мэйгара отбросило к стене. Бокал с кровью упал и разбился, алая лужица растеклась по полу.
Мэйгар же сполз по стене, видимо, ударился затылком.
Ошарашенная, оглохшая, не понимая, что за катастрофа приключилась, я хотела подбежать к нему…
Но в этот момент пол беззвучно обрушился у меня под ногами. Темечку вдруг стало очень больно, и я провалилась во тьму.
  
Глава 37
 
– Твоя просыпаться! Пока твоя жить – моя твоя корми! Моя добрый! – услышала я.
Темнота никак не хотела уходить. Как будто я заехала в туннель, и он не заканчивался. Да и по ощущениям в теле пробуждение сильно отличалось от того, что было после отравления. Тогда, вылеченная драконами, я чувствовала себя практически нормально.
Сейчас же у меня страшно раскалывалась голова. Словно с похмелья.
– А-а-а…. – невольно простонала я в ответ на странный, коверкающий речь голос. Низкий и хрипловатый.
С трудом разлепила глаза, свет ударил в них, голову пронзило новой вспышкой боли.
И не сразу разглядела, кто передо мной стоит, уж очень сверлило в висках.
– Твоя болеть голова, моя жалеть! – произнес голос. И чья-то большая мохнатая рука погладила по плечу. – Но моя не умей лечить. Моя только жалей и корми.
Угрозы в голосе не таилось, но внезапно я осознала, что он сказал в самом начале. «Пока твоя жить – моя корми!» Так что же? Жить мне, по его мнению, осталось недолго?
 
Я с усилием моргнула несколько раз, и картинка наконец проявилась.
Передо мной, лежащей, стояло невысокое несуразное создание. Этакая смесь гнома с гоблином, что ли. Руки почти до земли, огромный крючковатый нос, пухлые губы, все лицо, как у толкиеновских орков, уродливое и складчатое. То ли от старости, то ли от природы. Изо рта одиноко торчал острый клык. Вся кожа, не спрятанная под одеждой, – в весьма густой шерсти.
Одето создание было в мешковатые серые штаны и кожаный коричневый жилет не слишком опрятного вида.
Я мельком бросила взгляд вокруг.
А обстановочка ничего так! В небольшое окошко пробиваются яркие солнечные лучи. Столик, стулья – резные, красивые. И я лежу на одинокой, но вполне удобной кровати. На небольшой тумбочке рядом стоит деревянный поднос с какой-то незамысловатой едой желтого цвета и стакан воды.
Подергала руками и ногами. Все двигается. Плохо только, что каждое движение отдается болью в голове. И от этого мне сложно соображать…
Меня похитили. Похитили! Это единственное, что я четко осознала.
А еще, с трудом посмотрев на свои ноги, заметила на правой лодыжке толстый обруч. От него к изножью кровати тянулась цепь. Приковали, гады, подумал мой раскалывающийся разум. Вроде и не особо мешает, а обидно, противно. И очень страшно.
Не мучайся я от боли – испугалась бы сильнее.
– Твоя молодец, твоя просыпайся! – обрадовался несуразный гномо-гоблино-орк.
– Где я? Кто ты? – спросила я как можно спокойнее. И поморщилась – говорить с «похмелья» оказалось тяжело.
– Твоя в дом моя госпожа, – сообщило создание. – А моя звать Град! Я служи моя госпожа. Корми тебя, пока ты жить. Скоро твоя умереть – тогда моя не корми.
А ведь да, скоро «моя умереть», согласилась я. Если не выбраться отсюда. И если я в все еще в мире Дамбиор. Отрава постепенно подействует, и «моя умереть»!
Я поежилась. Холодные мурашки разбежались по телу.
«Ну моя и вляпайся! – подумала я. – Может, это оттого, что я решила согласиться на предложение Мэйгара?»
– Наша еще в мире Дамбиор, Град? – что бы там ни приказали этому «добряку» насчет меня, а ссориться с ним не стоит. Наоборот, лучше подружиться. Значит, буду говорить на его языке.
– Твоя нормально говорить! – с укоризной покачал головой он. – Моя не дурак, моя нормально понимай! А отвечай – по-своему. Наша в мире Дамбиор.
– А кто твоя госпожа? – спросила я.
Выходит, похитила меня некая дама. Не иначе как причастная к организации, борющейся с попаданками. Ох! Совсем плохо! Женщины бывают злодейками намного злее и коварнее мужчин, если уж выбирают «темную» сторону.
– Моя госпожа – хорошая госпожа. Моя госпожа заботиться о Град, если Град слушай ее.
– Прекрасно! – не смогла скрыть раздражения я. И поморщилась: от вспышки эмоций голову опять прострелило молнией. – А как зовут-то твою госпожу?
– Мою госпожу звать «госпожа», – ответил Град, глядя на меня как на дуру, не понимающую элементарных вещей. – Моя называй ее «моя госпожа».
«Ясно… Нашла, кого спрашивать», – обреченно подумала я.
– Град, а где хоть находится этот дом… дом твоей госпожи?
– Моя не знай! – сообщил Град. – Моя все равно!
– О-о-х! – простонала я.
– Твоя очень больно? – с искренним сочувствием спросил он. – Твоя пить вода – моя знай, что так нужно!
Неожиданно ловко несуразный Град одной рукой приподнял меня за плечи, а другой принялся вливать в меня воду из стакана.
Я, конечно, подавилась, закашлялась, а потом жадно выпила весь стакан. От воды действительно стало получше.
– Спасибо, Град, – я даже нашла в себе силы улыбнуться этому преданному слуге неведомой злодейки. – Град действительно добрый! Град меня отпускать! – заявила я, когда он аккуратно уложил меня обратно.
– Моя нельзя твоя отпускай! – рассердился (но не очень страшно) он. – Моя отпускай твоя – хозяйка моя убивать! Моя – попаданец! Моя жить, пока моя хорошо служи хозяйка! Моя твоя сторожи, пока твоя жить, так велела хозяйка. А моя добрый – моя решил твоя кормить! Твоя – есть, – он сердито ткнул пальцем в поднос. – Потом моя приходи забирай поднос. Моя с твоя не разговаривай, твоя глупости говорить!