Любовь по науке, или На практику в другой мир

  
Глава 14
 
И тут мне стало смешно.
– Гай, ты чего? – спросила я, пытаясь не сильно обидеть его насмешливым тоном. – Сам подумай. Я точно знаю, что тебе… что ты влюблен в другую девушку! Ты сам это сейчас признал. Но ты меня зовешь на свидание! Ну какая девушка согласится? Это ведь себя не уважать. Это раз.
– Так там у меня ненастоящие чувства! – перебил меня Гай. – Наваждение!
– Откуда тебе знать, настоящие или не настоящие, – вздохнула я, ощущая себя мудрой бабушкой, призванной вразумить внука. – Я уже ничего не понимаю, как что с чувствами и отношениями. В общем, на свидание не пойду. Это два.
– А чего так? – опять перебил меня Гай. – Ты в эксперименте, я в эксперименте. Может, у нас скоро сработает это… ну, эманации эти. Я был бы рад, если бы моей парой оказалась ты. Ты нормальная. Честная, умная. Красивая.
Однако по тону Гая ощущалось, что он просто констатирует мои сильные качества. А очарования влюбленности тут нет и в помине.
– Спасибо, конечно, – улыбнулась я. И тут же взорвалась: – Только это я в эксперименте! А ты – нет! Ты тайно пробрался и искупался в пыльце! Вообще-то я должна пойти и донести, что ты это сделал. Эксперимент – дело серьезное.
Гай расстроенно опустил глаза.
– Не получилось, эх… – пробубнил он. – Слушай, ну я ведь потому с тобой и поделился, что ты из другого мира. И потому что из всех моих друзей только ты участвуешь в эксперименте официально. Остальные-то наши и верно, могут донести. Знают, что с магией шутки плохи. Не доноси, Маш, а? Ты же нормальная.
– Тогда сам сознайся! – продолжала бороться за правду я. – Пойди вон к Гайдоре, она добрая. А то вдруг у тебя какие-то побочки будут, а никто не знает, что ты тоже купался в пыльце, и не смогут найти причину твоего недуга?!
Гай еще ниже опустил глаза.
– Хорошо, хорошо… Ты права. Только не сейчас. Завтра сознаюсь, – лживо согласился он. Явно не собираясь этого делать, просто хотел успокоить меня.
Ох… Разбираться с проступком Гая у меня просто не было сил. Донесу на него – стану предателем. Павликом Морозовым. Заложу друга ради интересов «партии». Не донесу – может, ничего страшного и не случится. Найдется пара еще и Гаю. Или не найдется. Вряд ли произойдет какая-нибудь катастрофа, это я больше его пугала.
– Ладно, – вздохнула я. – Но я каждый день буду тебе капать на мозг, чтобы ты сознался. И если чего случится, доложу прямо декану.
– Уфф! – обрадовался мой бешеный куратор (с которым мы, похоже, поменялись местами). – Спасибо! Ну я дурак, конечно, что тебе рассказал…
– Гриша умный! Гришенька мальчик-красавчик! – вмешался Гриша. Звучало это как «ты дурак, а я, Гриша, умный!».
– Не-е! – протянула я. – Ты дурак не потому, что мне рассказал, а потому, что полез в пыльцу. Надо было просто заранее подать заявку на эксперимент. Ты же человек, тебе можно.
– Так я подавал, – сознался Гай. – Меня не взяли. Не знаю уж почему. Магистр Гайдора только сказала… ерунду какую-то. Что я слишком хороший адепт. И что лучше, чтобы я учился и занимался организационной деятельностью, а не за девчонками бегал.
– Вполне себе весомая причина! – рассмеялась я.
Хотя сейчас Гай был мало похож на «слишком хорошего адепта». Обычный шебутной хулиган. Вот уж точно, в любом отличнике прячется сорви-голова!
– Не хочешь – и ладно. Я не особо и надеялся, – Гай принялся оглядываться. – Пойду тогда к Кайре подкачу.
И кинул выразительный взгляд на миниатюрную брюнетку, стоящую с другими девушками.
Кстати, подумалось мне. Гигант-Гай и маленькая Кайра очень даже здорово смотрелись бы вместе. Почему бы и не да?
Я уже почти дала ему благословение, но внезапно кое-что вспомнила.
– Подожди! – схватила я его за рукав. – Ты ведь не знаешь, что там по инструкции. Первое. До завтрашнего дня нежелательно общаться с противоположным полом. Так что мы косячим, когда с тобой беседуем. А второе, это уже из моего опыта. Эманации эти сразу появляются. Так что, если бы я или, допустим, Кайра (мы ведь обе в эксперименте) испытали к тебе что-то или ты к нам, то уже могло бы заработать. Ты как, к Кайре ничего сейчас такого необыкновенного не ощущаешь?
 
Гай немного помолчал. Потом отрицательно покачал головой:
– Да нет. Мне она всегда нравилась. Ну так, немного. Мелкая такая, смешная. И сейчас так же! Ничего нового.
– Вот! – я назидательно подняла палец. – А если бы она была твоей половинкой, то ты уже ощутил бы что-то! А ко мне ты и не мог почувствовать ничего особенного. У меня уже появился… ну, типа истинной пары.
– Да ты что?! – растопырил глаза Гай. – Рассказывай!
Пришлось в общих чертах рассказать Гаю про оборотня. Правда, про встречу с деканом я умолчала. Как-то не хотелось никого ставить в известность, что спасал меня сам Гарон. И тем более что провожал.
Мол, мы как-то сами договорились, без деталей.
– Если тэрин будет надоедать – скажи! – тут же вспомнил о своих кураторских обязанностях Гай. – Мы с приятелями ему устроим, чтобы неповадно было! Ох, ну и счастливая ты, Маша. Скоро влюбишься в него. Взаимно. Красота-то какая!
Я вздохнула. Пока особой взаимности к тигру я не ощущала.
Гай тоже вздохнул и добавил:
– Знаешь, а я тоже ни к кому ничего особенного еще не чувствую. Вот как люб… в общем, что было раньше, то и сейчас есть.
– Погоди. Не думаю, что твоя «единственная» – малолетняя фея, которая по умолчанию не интересуется никакими мужчинами. Тут же хоть какая-то степень взаимности предполагается, – я опять использовала свою сверхспособность называть вещи своими именами.
А Гай опять вздохнул и густо покраснел.
Когда совсем стемнело и на небе появилось две луны – одна серебристая, как наша, другая красноватая, – Арсина учила меня общаться с Гришей «мыслечувствием».
В гости к нам пришли Кайра с Бориссой, которым хотелось продолжить знакомство со мной (и мальчиком-красавчиком Гришенькой тоже, может, даже в первую очередь). Они и Марена сидели на одной из кроватей, попивали из стаканчиков вкусный сок, выданный мадам Гарундой, и наблюдали за моими потугами.
На самом деле ничего особенно магического в том, чему учила Арсина, не было.
– Вот смотри, – улыбнулась она. – Не нужно ничего делать. Просто подумай, как ты любишь его, ощути с ним единство. Оно у вас и так есть. Просто прочувствуй это в полной мере. И попробуй понять, что его волнует, чего он хочет.
Я, как хорошая ученица, с любовью посмотрела на Григория, который сидел на подоконнике и грыз огромный орех, выданный ему на ужин Гарундой, да лукаво косил на меня глазом. На пол падали крошки, и в другой момент я испытала бы раздражение. Но сейчас решила, что прощу Грише все его недостатки.
Ничего из ряда вон выходящего я не ощутила. Просто будто стала «немного попугаем», которому вкусно. И вообще живется хорошо и интересно.
– Ничего особенного, ему вкусно есть орех. И интересно жить, – уверенно сообщила я. – Он сейчас всем доволен.
– Да? – улыбнулась Арсина. – А ты спроси его – как бы дай внутренний запрос показать тебе, чего он хочет на самом деле. А то я кое-что другое чувствую.
К этому моменту Гриша закончил с орехом и принялся грызть занавеску. Этого я уже не могла стерпеть!
– Гриша, фу, порвешь! – забыв наставления Арсины, прикрикнула я.
– Сама дура! Гришенька мальчик! Птичка! – заупрямился Гриша.
И проделал в занавеске маленькую дырку. Решил повредничать, видимо. А может, работал на публику, вот он, мол, какой независимый и непослушный.
– Не кричи на него! – тут же подскочила Борисса, главный сторонник ласкового отношения к Григорию.
– Стойте! – рассмеялась вечно добрая Арсина. – Ладно, сейчас ты не сможешь понять его желания. Просто скажи ему, чего ты от него хочешь. Скажи одним порывом. Не только мыслью, но и чувством. И, как бы это сказать… объясни, почему ты этого хочешь.
– Да я хочу, чтобы он перестал портить занавеску! Потому что мне не нравится, когда портят вещи. Тем более казенные! – в сердцах выпалила я.