Грани сумерек

– Верно, – кивнул Максим. – Причем самое незамысловатое. Вы, Александр, просто отходите в сторону и не вмешиваетесь, тогда, когда ваш патрон поймет, что все возвращается на круги своя. Зелья у него, думаю, где-то на месяц припасено, не больше, а после того он снова станет развалиной, за которой вот-вот придет ваша Хозяйка. И если вы не вмешаетесь, он умрет. Всем хорошо, все довольны. Мой заказчик получит его бизнес, я свой гонорар, а вы мою признательность и некую моральную компенсацию, размер которой можно обговорить прямо сейчас.
Интересно, а каков твой гонорар, ворожей? Не думаю, что речь идет о деньгах. Нет, тут что-то другое, более весомое.
– А если нет? Это не отказ, я просто хочу понять полноту перспектив.
– Тогда мы точно окажемся по разные стороны тех самых баррикад, о которых я упоминал в начале разговора. Тогда нам придется воевать, поскольку вы станете врагом, который мешает мне достичь намеченной цели. Но мне бы этого очень не хотелось. Не потому, что я исключительно миролюбив или не знаю, как свести со света недоброжелателя. Нет. Я, как и вы, просто не люблю воевать. Только причина другая – мне жалко тратить силы и время на бессмысленный, по сути, процесс.
Темнит Максим Максимович. Точно темнит. Не в миролюбии дело, в чем-то другом. Вот только в чем?
– Ну вот, – обрадовался мой собеседник. – О том и речь. Наконец, вы же не преторианец, чтобы хранить верность тому, кто обречен? Носов почти что мертв, это известно нам обоим. Да и вообще вы случайно впутались в эту историю, вот и все. Стоит ли ломать себе жизнь? Просто отойдите в сторону, Александр, и дайте мне закончить мое дело.
– Да и рад бы, но есть одно но, – вздохнул я. – Вернее, два. Самолюбие и упрямство. Не знаю, рассказали вам про них или нет, но это основные черты моего характера, проявляющиеся в подобных ситуациях. Проще говоря, почему я должен отойти, а не вы?
– Почему? – Максим впервые глянул на меня расчетливо и жестко, без иллюзорной теплоты. – Потому что я об этом вас прошу. Пока именно прошу. И мне очень не хотелось бы от просьб переходить к более неприятным способам убеждения. К тому же, помимо этой просьбы, имеется еще и очень выгодное и перспективное предложение, которое я изложу вам тогда, когда мы достигнем согласия по первому вопросу.
 
Глава пятая
 
– Вы кое-что забыли сделать, – укоризненно глянул я на ворожея и промокнул губы салфеткой.
– Что же?
– Сдвинуть брови и сказать «бу», – пояснил я. – Тогда картина будет законченной. А так не очень получилось. Мне сейчас не столько страшно, сколько смешно.
– Да? – чуть опечалился Максим. – Но я старался! Нет, правда старался.
– Это было заметно, – утешил я его. – И поверьте, года четыре назад вы бы смогли добиться цели, убедив меня в том, что все сказанное правда.
– Собственно, я ни в чем и не соврал, – обиделся мой сотрапезник. – Ну, почти.
– И это «почти» определяющее. На нем все крепится.
– Но попробовать все же стоило, – заметил ворожей. – А вдруг?
– Азартны вы, Максим Максимович, риски не соразмеряете. Кстати, имя-то настоящее? Или нет?
– Настоящее. Что до азарта – оставьте. Какой там риск?
– Самый что ни на есть серьезный. – Я откинулся на спинку стула и погладил себя по животу. – Уф, наелся. Так вот, вы же, мил дружок, по сути, в убийстве сознались. И не каком-то там, а с применением, скажем так, особых умений. Понятно, что для следственных органов и прокуратуры подобный рассказ явится исключительно основанием для сдачи меня в психушку. А вот группа лиц, квартирующих на Сухаревке, напротив, с большим интересом меня выслушает. И им никаких дополнительных доказательств для открытия дела не понадобится. Вы же знаете, о ком я речь веду?
– Кто из обитателей столицы и ее окрестностей про отдел 15-К не в курсе? Вот только не пойдете вы к ним, Александр. Случай не того толка. Не стоит овчинка выделки.
– Поясните, – заинтересовался я. – Назовите хотя бы пару поводов.
Нет, я и в самом деле не пошел бы по поводу этого хлыща к отдельским, на то действительно имелись аргументы, но мне было интересно, верно он назовет главный из них или нет.
 
– Репутация, – передернул плечами Максим. – Шила в мешке не утаишь, уже на следующий день все, кто имеет уши и следит за тем, чем живет город в Ночи, будут знать, что Ходящий близ Смерти – информатор судных дьяков. Это клеймо, которое не свести и за сто лет. Одно дело – прибегнуть к их помощи в столкновении с наследником Кощея, это понятно и логично. У вас совпали цели, вы использовали их, а они вас. Но тут другой случай. Я вам не враг, пришел не войну объявлять, а договариваться. Да и вообще, все, что происходит в Вегасе, остается в Вегасе. Мы это мы, они это они. Бывает, что дорожки пересекаются, но не так это часто происходит.
– Положим, вы правы, – согласился я. – Ладно, признаю, не стал бы я вас закладывать. Но все равно вот так, с открытым забралом… Зачем?
– Я на самом деле не хочу войны, – лицо Максима затвердело. – Наши интересы сошлись в одной точке, уж так случилось, и теперь кто-то должен сдать назад – или вы, или я. И это лучше решить здесь, за столом, чем в каком-то темном переулке.
– Вот уж не факт, – усомнился я. – Сомневаюсь, что дело до настоящей драки дошло бы.
– Да непременно. И инициатором выступили бы вы. Все просто: ваш принципал начал бегать, как молодой олень, и если это продолжится, то я буду вынужден перейти к более жестким методам воздействия на него. Вы, соответственно, начнете копать, с чего это Илья Николаевич вдруг снова слег и засобирался на тот свет. Думаю, в конце концов вы вышли бы на меня. Может, до его смерти, может, после, но тем не менее. И вот тут любые разговоры, увы, стали бы невозможны. Не потому, что я не захотел бы общаться, а потому, что вы упертый господин, так говорят многие, кто с вами сталкивался. Закусили бы вы удила, сто к одному. Кто из нас сильнее? Не знаю. Может, вы, может, я. Да это и неважно. Я бы проиграл в любом случае, даже если бы вас убил.
Вот оно что. Вот он почему пришел со мной договариваться. Он боится тех, кто стоит за моей спиной. Братов-ведьмаков опасается и того, что они с него за мою смерть спросят.
– Да. – Как видно, тень догадки отразилась на моем лице. – Я один, вы – нет. У вас есть род, семья, которая не спустит вашу смерть никому. Да и кроме них, есть те, кто подобное не потерпит, немал ваш круг общения. Та же Марфа, например, разозлилась бы, вы же с ней какие-то дела ведете. На вас ей плевать, но она терпеть не может, когда кто-то вторгается в ее планы. Так вот мне этого не нужно. Я вообще сторонник мирного и взаимовыгодного сосуществования и сотрудничества. И предложение мое, кстати, чистая правда.
– Это какое? На предмет в сторону отойти и не отсвечивать?
– Именно. Что вам дался этот Носов? Если вопрос в деньгах – не проблема, просто назовите цифру. Если дело в самолюбии, дескать «мой девиз не отступать и не сдаваться», – простите, не поверю. Я изучил вашу биографию, вы в прошлом банковский служащий. Люди с подобными закидонами в этом бизнесе подолгу не работают. Финансы любят гибкость разума, а не принципиальное твердолобие.
– А что вам дался ваш наниматель? – ответил вопросом на вопрос я. – Ну да, вы приняли заказ первым, потратили время, все такое… Но этого как-то мало для железобетонных оснований вашей правоты.
– Будете смеяться, но и тут дело в репутации, на этот раз, правда, уже моей. Если я провалю заказ, информация об этом моментально распространится в тех кругах, где я вращаюсь. Скажем так, это некий крайне узкий теневой рынок услуг, где все всех знают. Провал – жирная клякса в моем резюме, до того почти безукоризненном. Причем никого не интересует, отчего так случилось, важен факт – я не смог выполнить то, за что взялся. Это снизит как мою личную профессиональную ценность, так и суммы гонораров. А я, знаете ли, к деньгам отношусь крайне щепетильно. У меня есть цель – хочу себе остров купить где-нибудь в краях, где круглый год лето. Причем не какой-то маленький островок размером с ладошку, без воды и электричества, а большой, как у Робинзона Крузо. Может, даже с местным населением, чтобы скучно не было. Буду там жить-поживать, коктейли попивать, манго их закусывать и на яхте плавать вокруг своих владений. Вас вот в гости позову. А почему бы нет? Лазурное море, белый песок, «май-тай», смуглые ласковые туземки – что еще нужно для счастья?