Грани сумерек
– Если они еще и налоги платят на пару со мздой кому надо, то я уж и не знаю, что сказать.
– Налоги – может быть, а что до остального… Как-то само собой получается так, что люди, которых матери-покровительницы видеть не желают, сами огибают их поселки стороной.
– Прямо уж само собой?
– Ну, не то чтобы совсем, – лукаво подмигнул мне он. – Но не суть. Итак, я ворожей. Могу вылечить, могу убить, могу отвести глаза, могу помочь отыскать скрытое. Много чего могу.
Вылечить – это интересно. Это я запомню. И про родственниц твоих тоже не забуду. Сдается мне, они любой ведьме фору в вопросах лечения дадут только в путь, а мне это на руку. Другое дело, что вряд ли они вот так сразу пожелают со мной общаться. Но то со мной, а вот с сотрудниками отдела – очень даже может быть. Особенно если учесть, что в Ночи никогда не знаешь, кто кому и что должен.
– Мои поздравления, – сказал я. – Широкий спектр умений есть гарантия востребованности. О, снедь несут!
– Все так, – дождавшись, пока официантка удалится, перед тем поставив перед нами еду. – И что же выходит? Я выполняю серьезный заказ, почти добиваюсь успеха, и тут вмешиваетесь вы, ломая выстроенную мной довольно сложную конструкцию.
– Проще говоря, поднимаю на ноги Носова? – терзая истекавшую соком котлету, уточнил я. – Верно?
– Именно, – подтвердил Максим.
– И вот тут снова спрошу, к чему такие сложности? Вот вы его год мурыжите, сами сказали. Так почему было просто не отправить его на тот свет за пару-тройку недель? Или даже быстрее. Не думаю, что это серьезная проблема.
– Так захотел мой работодатель. Ему нужно, чтобы ваш наниматель умирал медленно и мучительно. Может, это вопросы личного характера, может, какие-то бизнес-соображения – я не знаю. Да мне это и не очень интересно. Была поставлена задача – человек должен каждой клеткой своего тела ощущать, как он переходит в мир иной. Я ее выполнил. Все шло к финалу, и тут я узнаю, что господин Носов дал пресс-конференцию, на которой выглядел веселым и бодрым. Чуть ли не сальто крутил на глазах журналистов. А на банкете после мероприятия еще виски глушил. Мало того, увез с собой какую-то молоденькую журналистку, причем явно не с целью дать ей эксклюзивное интервью.
– Ну, думаю, оно тоже состоялось, – отхлебнув морса, предположил я. – Да просто наверняка.
Нет, точно Носов запланированный мной месяц не протянет, сгорит как спичка. Слишком уж активно принялся жить.
– Возможно, – Максим отколупнул кусочек пирожного ложечкой. – Патрон, разумеется, тут же высказал мне свое «фи». И он, согласитесь, имел на это право. Я заверил его, что через две недели на одном из самых престижных кладбищ Москвы состоится пышная церемония, в процессе которой его главный конкурент переселится под землю, а вместо этого потенциальный покойник развязывает против моего нанимателя бизнес-войну.
Ну вот теперь я знаю, кто твой хозяин. Это господин Белозеров Вадим Евгеньевич, серьезный бизнесмен, калибром чуть ниже Носова. Формально они давным-давно дружат, а по жизни соперничают. Вот только Илья Николаевич всегда, еще с конца девяностых, всегда был на полкорпуса дальше Белозерова. Я все это выяснил еще тогда, когда мне Анатоль рассказал про подслушанный в доме Носова разговор о том, что настало время атаковать бизнес заклятого друга.
Воистину, пауки в банке. Хотя фиг знает. Может, Носов о чем-то таком догадывается? В смысле, предполагает, кто и как его неторопливо в могилу сводит? Хотя нет, вряд ли. Не тот у него характер. Он бы действовал жестче.
Но опять же, куда жестче? Для людей бизнеса, таких, какими являются и он, и Белозеров, потеря дела жизни куда страшнее, чем смерть, к примеру, от пули. Пусть даже и мучительная, а не моментальная. Я еще в свою банковскую бытность слышал жутковатые истории про то, что творилось с разорившимися бизнесменами. Один стрельбу в офисе конкурента устроил, другой в психушку уходил, третий вообще самосожжение в своем бывшем офисе устроил. Так что кто знает, кто знает…
Но вот то, что я оказался между этих двух жерновов, – это очень плохо.
– Может, все-таки закажете себе что-то посытнее десерта? – предложил собеседнику я. – Котлеты дивно хороши, как и пюрешка. Натурально из картофеля, не порошковая. По нашим временам большая редкость.
– Что дело не в чудесах фармакологии и что это не последняя вспышка активности перед, смертью я понял сразу, – никак не отреагировал на мое предложение Максим. – Ну а дальше я начал собирать информацию – кто, как, когда.
– Выходит, посвистывает кто-то из прислуги Носова, да? А уж как он мне заливал про то, что чужих меж ними нет.
– Блажен, кто верует. Деньги и кое-какие мелкие услуги, связанные с личным здоровьем, могут поколебать любую верность. Да и вообще нет таких моральных устоев, которые не проломили бы пусть аморальные, но зато крайне выгодные предложения.
– И что дальше? – я зачерпнул ножом из стоявшей на столе розетки горчицы и намазал ей кусок котлеты, вздетый на вилку. – Как быстро вы добрались до меня?
– Не стану врать, не сразу. Сначала грешил на какую-то особо глупую и алчную ведьму, по жадности своей влезшую не туда, куда следует. Мандрагыр… Вы же использовали мандрагыр, верно?
Я передернулся от остроты приправы, а после кивнул.
– Так вот, это их метода, они отлично умеют выжимать из упомянутого корня все соки. Но задачка с ответом не сошлась, я узнал, что в доме Носова несколько раз побывала не женщина, а молодой мужчина. Здесь я перестал злиться и принялся наводить справки о том, кто же это может быть такой. Вот тогда-то я и узнал, что в Москве несколько лет назад появился молодой, да ранний ведьмак, который впутался в несколько нехороших историй, умудрился сцепиться с наследником Кощея и в результате того прикончил, после куда-то на время запропал, но недавно вернулся. Ну а когда я услышал, что вы еще и Ходящий близ Смерти, то все окончательно встало на свои места. Все, кроме одного – как Носов умудрился вас к себе привязать? Мне говорили, что пугать вас бессмысленно, вы от этого только злее становитесь, за деньгами не гонитесь и к власти над кем бы то ни было не стремитесь.
– Он забавный, – ответил я. – Он меня веселит. Плюс ко всему у него в активах значится пара этажей в Москва-Сити, а мне нужно помещение для офиса. Подумываю ИП открыть.
– Ну, не желаете – не говорите. Не так это и важно. Так вот, дальше я допустил ошибку, сказав своему нанимателю о том, кто именно влез в наши планы. Вернее, он случайно про это узнал и решил лично с вами разобраться, не поставив меня о том в известность. Дома вас его люди не отыскали, проведали, что вы сейчас за городом, в некоей Лозовке, и отправились туда. Правда, и тут не преуспели, просто-напросто до нее не добравшись.
А, так вот о ком дядя Ермолай говорил, вот кого он по лесу крутил. Теперь ясно. Жалко, конечно, что вовсе этих молодцев в болоте не утопил. Явно же они со мной не просто поговорить ехали.
– Я когда про это узнал, очень рассердился, – виновато глянул на меня Максим. Прямо настолько искренне, что не поверить ему было очень сложно. Приблизительно так же, как в то, что он не знал про эту поездку. – Понятно, что навредить они вам не навредили бы. Прищучить ведьмака да на его земле? Право, даже не смешно. Но все же!
– Кто знает, – многозначительно поднял правую бровь я. – Земля землей, а пуля пулей.
– Главное, что все закончилось хорошо, – примирительно произнес мой новый знакомец. – Полагаю, не без помощи местного Хозяина. Ведь так? Ну, неважно. Вот только проблема никуда не делась. Ваш пациент, назовем его так, бодр и свеж, словно хвори и не бывало. И ладно бы он расходовал силы на какие-то радости бытия, вроде водки и женщин. Нет. Он, как я уже упомянул, атаковал бизнес моего работодателя. Да попросту вцепился ему в горло, как бойцовский пес, и не собирается разжимать клыки, пока не добьется победы. Вопрос – что делать станем?
– Понятия не имею, – признался я, отодвигая от себя опустевшую тарелку. – Но готов выслушать ваше предложение. Оно же есть, верно?