Кодекс Инквизитора. Книга V (СИ)

— Приветствую, Ольга Кровавая! — склонив рогатую голову, расплылась в слащавой улыбке парламентёрша. — Нижайше прошу простить, Ваше Высочество, в предыдущую встречу я не представилась… Моё имя — Ишет. Первая жена Самаэля, одна из тринадцати верховных суккубов ада. Злые языки нарекли меня Матерью блуда, но это всего лишь досужие домыслы, — поскромничала архидемоница.
А по мне, так и есть. Если не мать, то уж точно сестра единокровная. Снижение либидо с возрастом Ишет не грозило. Изобильно напитанная феромонами сексуальная аура плотным коконом пеленала стройную гибкую фигуру, а за счёт насыщенности магическими частицами — выделялась в обычном спектре зрения, искажая пространство на метр вокруг.
Занятный эффект. Располагает к себе и притупляет чувство опасности. Будь я мужчиной, давно бы попала под внеземное обаяние. Судя по всему, инкубы обладают чем-то похожим, и очень надеюсь, что полученная с кровью ледяной виверны защита выдержит ментальный натиск. Иначе у меня не будет шансов выбраться из пекла живой.
Одно дело биться с противником на пределе физических возможностей, другое — бороться с собственными желаниями. Как правило, демоны в голове к голосу разума редко прислушиваются.
— Давай без пафоса, пиетета и титулов — у нас примерно равное социальное положение, княгиня. Полагаю, тебя приставили ко мне куратором, раз так, показывай дорогу, — сухо выдавила я, игнорируя поток сладкой патоки.
— Не так быстро, Ольга, — приняла правила игры демоница. — Для начала избавься от Пожирателя. Я не могу допустить, чтобы подобная сущность попала в пекло, — это противоречит правилам великой арены Пандемониума и просто опасно по ряду причин.
Что-то подобное я предполагала, но до конца надеялась, что, если укрою питомицу внутри тела, никто не заметит. Не прокатило.
— Броню тоже снимай, — как ни в чём не бывало заявила Ишет. — Только исподнее.
— С каких это пор личная защита противоречит правилам поединков? Может, и клинок дома оставить, а на ристалище с голым задом выйти? — жёлчно поинтересовалась я.
— Личное холодное оружие допустимо, всё остальное под запретом. Правила великой арены писаны кровью: на песке проводятся состязания тела и духа, а не технологичных примочек. Увы, княжна.
— Только не говори, что магия под запретом… — не скрывая раздражения, пробурчала под нос. — Могла бы и раньше предупредить!
— Не проблема, у тебя есть час. Избавься от лишнего и возвращайся, — ласково промурлыкала Ишет и мановением руки открыла огненный портал прямо к парадному входу родового поместья.
Вот тебе и стопроцентная защита от вторжения!
Отряд быстрого реагирования появился на месте спустя тридцать секунд, только никакого толку от пускающих слюни мужчин не было. Невольно прониклась уважением к верховной суккубе. Ей даже делать ничего не пришлось: демонические феромоны не оставили шанса матёрым головорезам.
Чертыхнувшись, сплюнула под ноги и, вызвав генералитет, принялась опустошать хранилище. Первым подоспел Шорох, ему-то я и поручила расквартировать зомби в промышленном холодильнике. Подбежавшему Скорпу вручила браслеты с «Железной Девой», а Буле строго-настрого наказала присматривать за соратниками, даже в том случае, если не вернусь из преисподней. Получив пакет жизнеутверждающих мыслеобразов, успокоилась. Странно, но питомица не проявляла никаких признаков беспокойства. Либо настолько уверена в моих силах, либо со счетов списала, что вряд ли возможно при нашей плотной синергии.
Скомканно попрощавшись с генералами, поплелась следом за Ишет в багровое марево и тотчас очутилась у якоря. Вот и всё, отведённое время вышло: последние секунды в привычном мире, дальше только ад.
Вдохнув напоследок свежего осеннего воздуха, соединила свою половину скрижали с половинкой демоницы. Яркая вспышка перед глазами, поворот мироздания по оси — и я стою, хлопая ресницами, в громадном помещении, убранству которого мог бы позавидовать император вселенной.
— Впечатлена, княжна? — самодовольно осклабилась Ишет. — Думала, мы тут души грешников в смоляных котлах варим и кровью праведников с утра до ночи упиваемся?
  
— А разве нет? — хмыкнула я, с интересом рассматривая интерактивные полотна на стенах и вырезанные из поделочного рубина статуи, время от времени меняющие положение тела.
— Люди сами придумали страшилку — и сами в неё поверили. На деле же… самость грешников служит в качестве топлива для древнего артефакта, поддерживающего грань между пластами реальности. Пойдём, покажу тебе Горнило. Святыню святынь демонического плана. — Взмахнув рукой, рогатая открыла прямо перед носом багровый портал.
Идти непонятно куда совсем не хотелось, но ударить в грязь лицом не могла. Преодолев сопротивление аномалии, ткнулась лбом между лопаток проводницы. Девушка учтиво отошла в сторону, а моему взору открылся вид на монструозные врата из раскалённого добела металла.
— Мы на минус шестьсот шестьдесят шестом уровне, — ответила Ишет на немой вопрос. — План Первородных — преддверие к Горнилу. Для всякого высшего честь оказаться в этом благословенном месте. Ощутить ритм биения адского сердца — великое благо, доступное только избранным, а само Горнило могут узреть лишь носители или владетели искры первородного пламени. Тебе несказанно повезло, Ольга Кровавая! — с неприкрытой завистью прохрипела Ишет.
С рогатой творилось что-то неладное: она словно пребывала на грани эйфории, готовая сорваться в пучину нирваны и раствориться в ней без остатка. Красивое аристократическое лицо исказила гримаса животной страсти, тело потряхивало мелкими судорогами. Не выдержав напора бушующих вокруг энергий, Ишет упала на колени, а затем и вовсе, свернувшись калачиком, поджала ноги к груди и застыла в позе эмбриона.
Странно всё это… Я, конечно же, чувствовала нарастающую с каждой секундой вибрацию пола, нешуточные астральные возмущения, но на меня пульс Горнила не произвёл особого впечатления. Тот же проклятый эфир царства мёртвых давил на психику в разы сильнее. Ну да ладно, раз уж пришла, взгляну одним глазком на артефакт, пока Ишет бесповоротно не сбрендила.
Скосившись на архидемоницу, сосущую большой палец, поспешила к вратам.
Эка суккубу торкнуло! Не ровён час, останусь без провожатой и застряну в преддверии на неопределённый срок, что в мои планы не входило.
Из-за оптического обмана зрения врата оказались гораздо дальше, чем предполагалось изначально. Десять минут размеренным шагом не приблизили меня ни на йоту, пришлось сорваться на трусцу, а затем и вовсе перейти на бег. Чем ближе подбиралась к светящемуся прямоугольнику, тем выше становилась температура окружающей среды.
Тактический комбинезон военного образца, способный держать в течение получаса шестьсот градусов по цельсию, опал пеплом, оставив меня полностью обнажённой. Ускорившись, на ходу стряхнула струпья горелой синтетической ткани и спустя пять минут добралась до цели.
Наконец-то появилась возможность в полной мере оценить статус неопалимой. Пусть огонь мне не подчинялся, зато вреда никакого. Что Навь, что ад — всё одно. Скорее всего, я и в ядре сверхновой звезды буду чувствовать себя вполне комфортно, если не брать в расчёт громадное давление и прочие агрессивные факторы.
Приблизившись к цели, встала как вкопанная. Собственно, никаких врат не было: то, что я приняла за классические воротины, являло собой настоящий водопад металлического расплава, удерживаемого в определённых границах от расплёскивания силовым полем неведомой природы. Теперь-то понятно, отчего узреть горнило не каждому дано: попробуй пройди через струи расплавленного вольфрама. Всё-таки три тысячи триста восемьдесят градусов не шутка. А не придавит ли меня массой, вот в чём вопрос. Физику-то никто не отменял… или отменял, как в случае с «Железной Девой»? Личная броня, игнорируя физические законы, уверенно держала запредельную температуру, космический холод и огромное давление, способное крушить композиты.
Не став морочить голову условностями, ткнула пальцем в расплав. Ничего ужасного не случилось: будто не в жидкий металл сунулась, а в молочный кисель. Воодушевившись, целиком погрузила кисть. Набрав пригоршню вольфрама, вытащила наружу. Тот, в свою очередь наплевав на закон всемирного тяготения, стёк с руки и поплыл по воздуху к материнской матрице. На этом испытания закончились. Осенив грудь косым Зимним крестом, зажмурилась и смело шагнула под высокотемпературные струи.