Не-я. Магическая академия. Выбор (СИ)

Он тихо засмеялся. От его смеха по всему телу побежали мурашки.
— А ты что, ревнуешь? Если бы я знал, что ты такая собственница, я бы на ту, которую не помню как зовут, и не взглянул бы, — он опять меня схватил, закружил, и вот я уже прижата к двери.
  
Глава 65
 
Он прижимался ко мне телом, от которого я чувствовала плавящий меня жар. Лицо его впервые с нашей здесь встречи было так близко. Я могла коснуться его губами, стоило приблизиться на расстояние ногтя. Он водил взглядом по моему лицу, а в глазах полыхал пожар страсти.
Его руки путешествовали по всему телу, со всем пылом его исследуя.
— Прекрати, Фаргус, — чувствуя, как начинаю плавиться в его руках, простонала я.
Его страсть затопляла с головой. Лавой растекалась по веной. Он жаждал меня так, как будто я сейчас единственное нужное ему в этом мире. Его эмоции били через край, как обухом по всем нервам. Устоять эмпату против такой волны, захлестывающей с головой, было невозможно.
Да что ж за пакость такая. Мне ведь надо сохранять разум с ним. Но как, когда я не могу думать? Когда страсть как бешеный родник въедается под кожу и плавит тело?
— Не дергайся. Ты же не хочешь, чтобы нас тут застали. Не хочешь, — пропел он таким мурлыкающим голосом, от которого ноги ватными стали. — Или хочешь?
Он нагло залез мне под юбку рукой, сунул руку мне снова между ног, бессовестно залез пальцами внутрь, удостоверился:
— Хочеш-шь, — довольно муркнул, поднес пальцы с моей влагой к лицу, вдохнул запах, прикрыв глаза и плотоядно улыбнулся: — сладкая моя птичка.
Он провел мне по рукам, заставляя вытянуть их вдоль тела, жадно задрал юбку и наглаживал рукой бедра.
— Фаргус, пусти, пожалуйста. Я не хочу…
Но он не слушал меня, делал что хотел, неистово ласкал, жадно покрывая поцелуями и лапая руками везде, где можно. Не в силах долго сдерживаться, тут же подсадил меня, приподняв за ягодицы.
Несмотря на грубость его ласк, я так же сильно его хотела с того момента как оказалась в его объятиях, что весь мир перестал существовать. Это пугало меня, так не должно быть, это ненормально, неправильно. Страсть звериная, яростная — не моя.
Я начала отбиваться.
— Прекрати, Фаргус! Прекрати! Ты не можешь!
Слегка ошарашенный моим яростным сопротивлением, он остановился. Он как раз снимал штаны, чтобы насадить меня на себя.
— Что ты ерепенишься? — зло спросил он. — Ты хочешь меня. Долго еще будешь со мной в эти игры играть? Я и так тебе позволил какое-то время. Но мое терпение лопнуло.
— Я не хочу тебя!
— Ты смеешься?
Он опять скользнул мне под юбку и провел пальцами у меня между складок, а затем в доказательство продемонстрировал влагу — предательскую реакцию на его желание.
— Это доказательство того, что ты хочешь, — поднес он пальцы к лицу. — Ты можешь говорить что угодно, но тело не врет, Неюшка. Мы оба с тобой хотим одного — слиться в экстазе.
— Как раз тело и врет, — сказала я. — Тело хочет, но я не хочу тебя, Фаргус. Ты мне не нравишься. Я ненавижу тебя. Понимаешь?
— Ничего, сейчас это пройдет…
Фаргус потянулся, чтобы доказать мне, что я под властью страсти снова буду умолять его продолжать и плавиться в его объятиях. Да, буду. Но не хочу.
Я снова стала вырываться.
— Да что с тобой такое?! — разозлился Фаргус. — Ты испытываешь мое терпение!
Будь что будет. Я решилась. Я не могу сейчас ему уступить. Не могу сломаться. Не сейчас.
— Я терпеть не могу тебя, Фаргус, и тебе подобных. Я здесь для того, чтобы учиться. В моей жизни нет места таким как ты. Ты отравляешь мою жизнь. Исчезни из нее, — сцепила я зубы.
Он смотрел на меня хищно сузив глаза, в которых полыхала ярость. Фаргус сейчас был вне себя от гнева. Я чувствовала его эмоции, и они текли бальзамом на мое сердце.
— Я эмпат, Фаргус. Эмпат-зеркало. Ты слышал о таких? Вижу, слышал.
Фаргус побледнел, зрачки его расширились.
— Я отзеркаливаю лишь твои желания, — четко, словно забивая гвозди, выговорила я каждое слово.
Он дернулся как от пощечины.
— Я. Не. Хочу. Тебя.
Фаргус сузил глаза, ноздри хищно затрепетали, губы сжались в узкую полоску. Он стукнул со всей силы по стене, так, что по ней пошли трещины.
Я чувствовала его ярость, боль, ненависть, бешенство и еще вихрь эмоций, которые меня одновременно пугали, так, что я вжала голову в плечи, с другой, я радовалась, что задела его, радовалась, что ему плохо, больно и сердце саднит воткнутой мной занозой.
Он молча вышел и хлопнул дверью так, что послышался грохот, она отлетела к другой стене, а в коридоре поднялась пыль столбом.
Из дверей комнат выскочили все, кто был в здании.
— Боги! — растерянно смотрела на разрушения Клодетт. — Фаргус? Что случилось?! Нея?
Фаргус, не глядя и не отвечая, пружинистым, как бешеный зверь, шагом, шел наружу.
Эрвин обеспокоенно подскочил ко мне:
— Нея, что случилось?
— Боги, чем ты так довела его, Нея? — изумленно вытаращилась, тоже подойдя ко мне Клодетт.
Меня била нервная дрожь. Я криво улыбнулась.
— Кирия Клодетт, я благодарна вам за предложенную помощь и щедрое предложение, но я не принимаю его. Я нашла себе жилье, так что съезжаю от вас. Одежду я вам верну… на днях… скоро… — кое-как выдавила я речь, еле расцепив сжатые губы.
И поторопилась почти бегом на выход.
— Нея! нея! — погнался за мной Эрвин.
— Не сейчас, Эрвин, ладно? — отшила я его и убежала по аллее вперед, в сторону целительского корпуса.
  
Глава 66
 
«Не доброго, кироны и кирии. Экстренный выпуск сегодня выходит в обед, а не ужин, потому что автору не терпится обсудить с вами поведение нашего короля академии моего любимца Фаргуса. А то вдруг до ужина еще чего выкинет? Будет еще номер.
Не один я задаюсь вопросом, какой демон его покусал и заразил бешенством? А ведь говорят, последним, кто видел его нормальным перед бешенством, была наша загадка Нея, которую сам Фаргус зовет черствой целительницей. А потом всё — вспышка бешенства, и Фаргус стал опасен для общества. Для всей академии и для всего Тардума. Даже непогода испугалась и затаилась, заметили? Наверное, в страхе, что Фаргус от злости рассеет и тучи.
Давайте подсчитаем, скольких он успел покусать в академии? Я перечислю: досталось магистру Дрейку…»
Я отложила вестник, не в силах пока читать дальше. Сделала себе чашку успокаивающего тиина. Пока дежурившая сегодня в кафетерии Сапфирка с любопытством наблюдала за моей реакцией на вестник. Именно она его притащила и потребовала прочитать. Мол, там много важных новостей.
— Все прочитала? — судя по блеску в сапфировых глазках, ей не терпелось поскорее обсудить.
— Нет, — вздохнула я. — Я собираюсь силами. Такие ужасы стоит читать дозировано.
— Давай быстрее, — поторопила она нетерпеливо.
Я с укором на нее посмотрела — но ее не пронять такими взглядами, отпила глоток тиина и продолжила чтение, пропустив имена, кому досталось от взбешенного Фаргуса и какие непотребства он наделал.
Ну разнес полстадиона, пару аудиторий, спортивную площадку со всеми снарядами — надо же где-то силушке играть? Знали же, что Фаргус сильный маг, значит, должны быть готовы к такому.
Ну, нагрубил почти всем преподавателям, настроил против себя половину адептов академии — так привыкать ему что ли? Завтра у него будет другое настроение, его снова все полюбят. Он же у нас лапушка и герой.
Ну поносился, свирепствуя по городу, навел шороху, что за ним гонялись почти все стражи города, пытаясь унять и успокоить. И почти удалось, когда он сам уже пьяный в стельку выбился из сил. Ну похрапел до утра в околотке — тоже, наверное, не привыкать.
Только не надо во всем этом винить меня! Вот так делать не надо!
И так вчера получила нагоняй от Фокси. Появился, напугав, в моей клетушке. И я сразу почувствовала себя маленькой и беспомощной.