Однажды в Древней Греции (СИ)

- Совершенно верно, – с набитым ртом кивал Зевс.
- А можно поинтересоваться, в качестве кого?
- По-моему, это очевидно.
- Простите, но только не мне…
- Я работаю в критском цирке женщиной с бородой!
- Ах, ну конечно же, как же я это сразу не догадался… А сколько, если не секрет, вам лет…
- Семнадцать, – не моргнув глазом, выдал Громовержец.
- О, вы совсем юны и, наверное, так неопытны в любовных делах…
- Вот это ты точно подметил, козлик… - хриплым басом подтвердил владыка олимпа, мощной рукою ломая пополам хорошо прожаренную телячью ляжку.
- И аппетит у вас отменный.
- Не жалуюсь…
Тем временем Фидиппид как угорелый носился по дворцу Миния, немало удивляя своим марафонским бегом многочисленных стражников, дежуривших у каждой двери. 
Задание было совершенно сумасбродным, в стиле почти всех заданий Зевса. Окончательно отчаявшись, марафонец решил действовать грубо, но эффективно, бесцеремонно заглядывая в каждую попадающуюся на пути дверь и ещё больше изумляя застывших по стойке смирно стражей. 
В десятой по счёту комнате оказался какой-то совершенно лысый субъект, делавший судя по замысловатой позе, лечебную зарядку голышом. Лысый незнакомец проворно подскочил к двери и больно схватив не успевшего отпрянуть бегуна за правое оттопыренное ухо тихо спросил:
- Как смеешь ты, недостойный раб, врываться в мои покои, когда я принимаю свою ежедневную воздушную ванну?
- Ой, больно… отпустите…
- Сейчас я тебе его вообще оторву…
- Не надо… пожалуйста…
- Мерзавец, наверно ты подглядывал в замочную скважину?
- Нет, что вы… просто я…
- Молчи, бесстыдник!
- Я слуга почётной гости царя Миния.
Лысый невероятно оживился:
- Ты имеешь в виду того старого ненормального бородатого мужика с накрашенными губами?
- Ага!
- Вот так совпадение… - и незнакомец тут же отпустил Фидиппида, задумчиво почёсывая впалую безволосую грудь, на которой синим цветом был вытатуирован эпичный храм с тремя куполами.
- А вы, собственно, кто такой? – спросил марафонец, поглаживая пылающее ухо.
- Я младший брат Миния, Тиний! – сообщил лысый. – Я и раньше знал, что мой старший братишка клинический идиот, но когда он притащил в царский дворец это бородатое чудовище… Кстати, кто это, если не секрет?
- Всемогущий Зевс, правитель Олимпа!
- О, даже так! И что ему здесь нужно, полагаю, весь этот дурацкий маскарад он устроил не без важной на то причины… 
- Он хочет соблазнить прекрасных дочерей Миния! – выложил всё как на духу марафонец, чувствуя что голому лысому вполне можно доверять. – Всех трёх причём одновременно! 
Услышав подобное откровение, Тиний оглушительно расхохотался:
- Соблазнить этих трёх ленивых толстух? Видно отважный мужик этот твой Зевс. Более капризных и балованных созданий, чем мои племянницы трудно себе представить. Они целыми днями ничего не делают только спят, едят да лясы точат. Из-за обильного употребления сладкого и малоподвижного образа жизни выглядят, как три хорошо ухоженных, жизнерадостных гиппопотама. Впрочем, о вкусах не спорят, как видно, и на таких есть хороший спрос. Недаром Миний рассчитывает со временем очень выгодно выдать их замуж.
- Покажите мне где их покои? - с надеждой попросил Фидиппид.
- Покажу, но не просто так! – важно ответил Тиний. – Давно уже я лелею коварный план занять трон окончательно спятившего братишки. Но вот осуществить… то средств не хватает, то верных соратников… а порою просто боязно… сам понимаешь, Миний непредсказуем. И не только я страдаю от безумных выходок этого идиота, но и жители всего Орхомена тоже здорово мучаются. Видишь, эту татуировку?
Марафонец кивнул.
- Там три купола на храме. Они означают три года. Целых три года отсидел я на мраморных рудниках острова Тасос всего лишь за один короткий анекдот о самодуре старшем брате.
- Политический значит.
- Точно! – подтвердил Тиний. – Сел исключительно за убеждения.
- А тот анекдот не расскажешь?
- Пожалуй что и нет, уж больно он дерзок и метафоричен.
- А с покоями племянниц, как?
  
- Проще пареной репы. Они все в одной комнате живут, так что долго скакать по дворцу твоему любвеобильному хозяину не придётся. Если Зевс поможет мне со временем занять трон старшего братца, то я прямо сейчас отведу тебя к нужной двери. 
- Я не вправе заключать с кем бы то ни было подобные сделки.
- А ты всё же попробуй…
- Ну хорошо, договорились. Под мою ответственность.
- В таком случае, идем.
***
Запыхавшийся Фидиппид вернулся к Зевсу как раз в тот момент, когда слегка охмелевший от выпитого Миний, пел дурным голосом только что сочинённую в честь прекрасной гостьи хвалебную оду. 
Громовержец при этом страшно морщился, неспешно нащупывая рукоять заткнутого за кожаный пояс ножа.
- Ну что ты выяснил? – тихо спросил владыка Олимпа, наклонившись к марафонцу, с опаской взирающему на самозабвенно поющего Миния.
- Не обращай внимания на этого чернобородого павиана, похоже, он окончательно и бесповоротно ёпнулся… По всей видимости тут что-то наследственное… единокровные браки между близкими родственниками… 
- Младший брат Миния Тиний показал мне дверь в покои красавиц, но просил за это посодействовать ему в его будущем воцарении на престол Охре… тьфу ты, Охромена.
- Сделаем, – кивнул Тучегонитель. – Причём прямо сейчас.
- И вот ещё что… - спохватился бегун. – Тиний ещё сказал, что дочери царя далеки от общепринятых идеалов греческой красоты и что…
- Ерунда это всё, – отмахнулся Зевс. – Главное, они особы царской крови, всё остальное меня мало волнует…
И сказав сие, Громовержец решительно встал из-за обеденного стола, затем размахнулся и хорошенько огрел взявшего слишком высокую ноту Миния по кучерявой голове.
- Ох! – разом выдохнули многочисленные знатные гости, присутствующие на званом пиру. 
Царь как подкошенный рухнул в огромную салатницу с рыбьим соусом.
- Хреновая песня, – коротко пояснил свои странные действия Громовержец и проворно выскочил следом за Фидиппидом в коридор.
***
- Вот эта самая дверь, – прошептал марафонец, указывая в конец украшенной мраморными статуями анфилады.
Прячущийся за соседней колонной владыка Олимпа, показал поднятый вверх большой палец.
Мимо с грохотом пронеслись два десятка вооруженных до зубов перекошенных стражей, секундой позже скрывшиеся в соседнем коридоре.
Тучегонитель воровато выглянул из-за колоны:
- Жди меня здесь, я скоро вернусь…
- Но может…
- Никаких «но может» и не высовывайся!
Лукаво поглядывая по сторонам, Зевс на цыпочках подбежал к покоям дочерей Миния и тихонько приоткрыв дверь ласково проговорил:
- Ах вы, хрюшки мои розовенькие, к вам в гости пришёл сам Зевс!
Из покоев послышался весёлый заливистый смех.
- Ах вы, мои толстенькие булочки!
И Громовержец поспешно канул за дверью.
По коридору снова пробежали взмыленные стражники, числом два десятка. На этот раз они бежали в обратном направлении. Забившийся в самый тёмный угол Фидиппид молился всем мыслимым и немыслимым олимпийским богам чтобы его не заметили.
- Угораздило же меня… - неустанно повторял бедняга, - вот же вляпался так вляпался…
***
Через полчаса двери покоев дочерей Миния медленно распахнулись. 
Сильно помятый и почему то прихрамывающий на правую ногу Зевс медленно пятясь вышел в коридор.
- Заходи к нам ещё, бородатый красавчик! – хором донеслось до острого слуха марафонца.
- Ага, покедава! – устало помахал рукой Громовержец и, схватившись за поясницу, протяжно простонал. – Фидя… иди быстрее сюда!
- А что случилось? – испуганно спросил из тёмного угла бегун.