Доктор Крюк (СИ)

Хорошая шутка, глупая, но хорошая. Зато у меня теперь было собственное, относительно комфортное пространство, где я мог спокойно заниматься своими делами, не опасаясь, что меня кто-нибудь потревожит. И окно! Это было просто бесценно.
Не успел я толком приступить к осмотру своего нового жилища, как в дверь постучали. На пороге появились двое матросов, ухмыляясь во весь рот.
  
— Здорово, Док! — пробасил один из них, здоровенный детина с рыжей бородой и шрамом на щеке. — Гляди-ка, а ты, похоже, теперь у нас вместо старпома будешь?
— С чего вы взяли? — удивился я.
— Да как же, — подхватил второй матрос, щуплый, с хитрыми глазками, — каюту-то тебе Люка отдали! А это, сам понимаешь, не хухры-мухры.
— Люк пропал, — пояснил я. — Капитан решил, что мне здесь будет удобнее.
— Оно и понятно, — хмыкнул рыжий. — Доктору-то завсегда почет и уважение. А Люк… Что Люк? Пропал и пропал. Туда ему и дорога.
С этими словами матросы, не церемонясь, вошли в каюту и направились к сундуку, стоявшему в углу.
— Эй, вы что делаете? — спросил я, пытаясь преградить им путь.
— Сундук забираем, — ответил рыжий. — Боцман велел. По пиратскому закону, личные вещи погибшего члена экипажа должны быть переданы его семье.
— А если семьи нет?
— Тогда братве, — пожал плечами щуплый матрос. — Но у Люка брат есть. В Порт-Рояле живет. Вот ему и отвезем.
Матросы, кряхтя, подняли сундук и, не обращая на меня больше никакого внимания, вынесли его из каюты.
Я с тоской смотрел им вслед. Вот так, прямо из-под носа, уплыла, возможно, единственная ниточка, которая могла бы привести меня к разгадке тайны Джима и карты сокровищ! Ведь в сундуке Люка могли быть какие-нибудь письма, записи, да мало ли что еще!
Надо было обыскать этот сундук, пока была возможность! А теперь уже поздно.
Я сделал себе еще одну пометку в своем импровизированном блокноте: «Узнать, где будут хранить сундук Люка». Нужно будет как-нибудь, при случае, разузнать у матросов, куда они его дели. Может быть у меня будет шанс заглянуть в него.
Проводив взглядом матросов с сундуком, я оглядел каюту.
Ну вот, только-только появилась надежда на то, что удастся разузнать что-то о Джиме и карте, и тут такой облом.
С этими невеселыми мыслями я опустился на койку. Упустил сундук — это, конечно, досадно, но не смертельно. В конце концов, у меня есть юнга Сэм, который, может и покопаться в этом сундуке.
Усевшись поудобнее, я оперся рукой о подушку. И тут же почувствовал, что под подушкой что-то есть. Что-то твердое, небольшое, прямоугольное.
Я привстал и приподнял подушку. Под ней лежал небольшой предмет, завернутый в промасленную тряпицу. Осторожно развернув тряпку, я увидел книжку. Маленькую, размером с ладонь, в потрепанном кожаном переплете.
Библия? Но нет, слишком уж маленькая и потрепанная для Священного Писания. Да и вряд ли Люк, этот прожженный пират, был таким уж набожным человеком. Но и в умении читать и писать были у меня сомнения. Но не будем плохо думать о бедолаге.
Личный дневник?
Бинго!
 Глава 9 
Я с замиранием сердца раскрыл книжицу. Обветшалые страницы, пожелтевшие от времени, пахли сыростью и чем-то еще. Ромом? Или, может быть, порохом?
Аккуратно перелистываю страницы. Пусто. Пусто… Пусто… Я разочарованно вздохнул. Неужели Люк был настолько безграмотным, что не мог даже пары строк чиркнуть? Или же он был настолько скрытным, что не доверял свои мысли даже бумаге?
Листаю дальше, уже без особой надежды. И на самой последней странице, в самом низу, мелким, едва разборчивым почерком, выведено на английском:
«В глазах святого Бернара».
Опять та самая фраза, которую прошептал умирающий пират на обломке мачты! И вот теперь она снова передо мной, на страницах дневника Люка!
Сомнений нет — это ключ к разгадке. Ключ к тайне карты сокровищ! Но что же это значит? Что за «глаза»?
Священник в деревне упоминал Бернара из Ментона, строителя приютов в Альпах. Но при чем тут Альпы? Мы же в Карибском море! Или же сокровища спрятаны не здесь, а где-то совсем в другом месте?
Может, это какой-то шифр? Кодовое слово? Или название места? Города? Острова? Горы?
Нужно будет расспросить Вежу. Может быть, у нее есть какая-нибудь информация об этом святом Бернаре и его «глазах». Хотя, зная эту хитрую нейросеть, она наверняка потребует за это кучу очков влияния. Или, что еще хуже, начнет морочить мне голову своими обычными отговорками про «недостаточный уровень доступа» и «необходимость достижения ранга 'Староста».
Я выглянул за дверь каюты. По палубе бегали матросы, что-то таскали, перекрикивались, спорили. Слышались команды боцмана, скрип снастей, плеск волн за бортом. Мы шли на всех парусах куда-то на восток.
— А куда плывем? — спросил я первого же пирата, выходя из каюты.
— На Сент-Китс, — ответил матрос, пожимая плечами.
Даже так. Это один из островов на северо-востоке Карибского моря.
— А зачем мы туда плывем?
— А кто ж его знает, Док, — хмыкнул матрос. — Капитан нам не докладывается. Сказал — на Сент-Китс, значит, на Сент-Китс. Дело у него там какое-то, видать.
Какое еще «дело» может быть у пиратского капитана в английской колонии? Сент-Китс, как и «Гроза Морей», и сам Роджерс, и большинство команды — все они были родом из Англии. А у Тортуги мы подобрали бывшего французского губернатора. А Франция с Англией никогда не дружили. Правда, я не знаю какие у них сейчас отношения. Это добавляло вопросов.
Из обрывков разговоров, доносившихся с палубы, я понял, что «Гроза Морей» действительно держит курс на этот остров.
Корабль мерно покачивался на волнах, скрипели снасти, хлопали на ветру паруса. А я, вооружившись тряпкой, ведром с водой и обломком старого веника, который раздобыл у боцмана, принялся наводить порядок в своей новой каюте.
Люк, конечно, был тем еще засранцем. Паутина по углам, вековая пыль на столе и койке, грязные тряпки. Но ничего, справимся. В конце концов, я же судовой врач, а не какой-нибудь там драный пират. Чистота и порядок — залог здоровья, как физического, так и морального.
Я выскреб грязь, вымел мусор, отмыл стол и пол, протер окно (теперь в каюту проникало еще больше света — красота). Постелил чистое белье, которое выпросил у квартирмейстера Сквиббса (не без труда — тот еще скупердяй оказался). Привел каюту в божеский вид. Теперь здесь можно было жить, не опасаясь подцепить какую-нибудь заразу.
На столе, аккуратно разложив свои трофеи, я устроил подобие аптекарского прилавка. Вот — пучки сушеных трав, заботливо перевязанные бечевкой. Вот — корешки, завернутые в промасленную бумагу. Вот — бутылочки с настоями и порошками. А вот то, что надо было выбросить из-за сомнительной пользы. Все это богатство я приобрел в деревне, и теперь оно должно было служить мне верой и правдой.
Только я закончил со своими приготовлениями, как в дверь постучали.
— Док, можно? — раздался знакомый голос.
— Ли! Заходи, дружище! — обрадовался я.
На пороге появился кок, с неизменной улыбкой на лице. В руках он держал большую миску, накрытую чистой тряпицей. От миски исходил такой аппетитный аромат, что у меня непроизвольно заурчало в животе.
— Док, я тут тебе гостинчик принес, — сказал Ли, ставя миску на стол. — Попробуй, оцени.
Он откинул тряпицу, и я увидел нечто, напоминающее большую, дымящуюся лепешку, посыпанную сверху какими-то семенами и зеленью.
— Что это? — спросил я, с любопытством разглядывая блюдо.
— Это… — Ли хитро прищурился, — … это «Лунная лепешка по-карибски». Мой фирменный рецепт. Я взял за основу традиционный китайский пирог «юэбин», но добавил в него кое-что пиратское.
Я осторожно отломил кусочек лепешки. Тесто было мягким, воздушным, с приятным сладковатым вкусом. А внутри была начинка из сушеных фруктов, орехов, каких-то специй и кусочков вяленого мяса!