Игра в сердца

– Видишь, с чем мне приходится мириться? – говорит Джек.
– Да тебе это нравится, – дразнит его Гарри и спускается по лестнице. – Увидимся на пляже, и поспеши, – добавляет он и выходит в патио. Тут я понимаю, что на протяжении всего их диалога улыбалась до ушей.
– Вот ты и познакомилась с моим братишкой.
– Смешной он у тебя, – с улыбкой отвечаю я.
– Да, да, он у нас обаяшка, знаю. – Джек качает головой и относит наверх мой маленький чемодан. – Пойдем, провожу тебя в твою комнату.
  
Мне нравится Гарри, но мое сердечко учащенно бьется по другому брату. Хотя я, конечно, ничего не говорю и иду за Джеком наверх.
Комната, которую мне предстоит делить с Беккой, волчицей из Австралии, находится в конце длинного коридора с дверями по обе стороны. Она более просторная, чем я представляла, и тут даже есть собственная ванная. Мы оставляем чемоданы – разберу их позже – и спускаемся вниз. Джек ведет меня в пристройку – отдельное крыло дома, где находится аппаратная.
– Вот оно, зазеркалье, где происходят чудеса, – говорит он и толкает дверь. Оглядывая большую, но заставленную оборудованием комнату – целую стену занимают ряды мониторов и один большой экран, а все столы заняты монтажным оборудованием, – я представляю, какие чудеса могут происходить здесь между нами с Джеком, но Джек, конечно, о моих мыслях не догадывается.
– Тут будут проходить собрания съемочной группы, а ты сможешь смотреть черновой монтаж серий после того, как мы с Гарри отредактируем материал. Это для твоих постов, – поясняет он.
Да-да, постов. Собственно, за этим я и здесь.
Порядок написания такой: я отправляю черновики на согласование Прю и Круэлле де Виль (то есть Роберте) и вношу необходимые правки. Немного нервничаю, так как раньше я по такой схеме не работала – когда тексты смотрит не только редактор, но и заказчик. Что, если Круэлле не понравятся мои посты и она отправит меня паковать вещички? Прю будет рвать и метать, а нам с Джеком придется распрощаться. Пусть с романтической точки зрения я ему совсем не интересна, но мы могли бы подружиться, так? Так же?
Джек показывает мне маленький кабинет в пристройке, который специально отвели для меня: мое укрытие. Но Гарри в нетерпении зовет его, и он не успевает все как следует показать. По крайней мере, буду знать, где это. Я успела увидеть ноутбук и мобильный телефон для звонков маме и Лизе, если конечно удастся до нее дозвониться. Мысль, что в следующие пару месяцев у меня все-таки будет контакт с внешним миром, немного меня успокаивает, и я иду в комнату разбирать вещи и ждать приезда волчиц.
Это все по-настоящему. По-настоящему. По-настоящему!
Вот уже два часа эти слова крутятся у меня в голове на повторе. Я разобрала вещи, обошла весь дом. Нервы на пределе, мне срочно надо отвлечься; я уже рассортировала трусы и лифчики, но это не помогло.
Волчицам разрешили привезти с собой книги, пять штук, и я надеюсь, что другие тоже привезут и мы сможем меняться. Достаю из шкафа один из своих новеньких любовных романов и плюхаюсь на кровать.
Глава первая
 
Мало того, что Эмми-Лу опаздывала на свидание вслепую – то автобус не пришел, то поезд задержался, – так в последний момент она еще и наступила в лужу.
 
Ой-ой-ой. Бедняжка Эмми-Лу: что может быть хуже, чем спешить куда-то и вдобавок ко всему промочить ноги! Но я не могу сосредоточиться. Кладу раскрытую книгу на покрывало и оглядываю комнату.
Здесь две небольшие кровати, два прикроватных столика, два комода с выдвижными ящиками, где лежат мои вещи и нижнее белье (я разложила все по цветам), гардероб с раздвижными дверями, куда я повесила все, что может помяться. Больше в комнате ничего нет. Мебель внизу роскошна, как в дорогом мебельном салоне, ведь там будут съемки, но здесь, наверху, обстановка очень простая. Однако все чисто, матрас удобный и постельное белье мягкое. Здесь мило: это банальное слово идеально подходит для описания этой комнаты.
– Ох, Эбигейл, какого черта ты здесь делаешь? – бормочу я вслух. Хорошо, что я решила назваться своим именем. Если я начну разговаривать сама с собой и назовусь другим именем, моя легенда окажется под угрозой. Я протяжно выдыхаю, но не успеваю расслабиться: снизу слышатся голоса.
– Мать моя женщина, вы только гляньте!
За этими словами следует одобрительное бормотание и несколько восторженных возгласов. Они здесь. Что ж, волчица Эбби, пора играть роль.
Вскакиваю с кровати и выхожу на лестничную площадку, откуда виден вход.
– Привет, – кричу я.
Ко мне поворачиваются пять лиц, и я мысленно сопоставляю фотографии и досье с живыми девушками, что сейчас стоят передо мной. Это все британки: Тара, Дафна, Элли, Табита и Элизабет. Так, надо притвориться, что я никого не знаю. Решаю представиться.
– Я Эбби! Я… э-э-э… раньше приехала.
Черт, ну как мне в голову не пришло придумать правдоподобное объяснение, почему я приехала раньше всех? В первую минуту чуть все не испортила. Надо отвлечь их внимание.
– Наши комнаты здесь, наверху, – беззаботно добавляю я. Тут, к счастью, заходит ассистентка продюсера, чья задача – организовать приезд волчиц и распределить их по комнатам; она держит перед собой айпад, как папку. Но никто не помогает отнести наверх их чемоданы, и Дафна, которую Роберта прочит в потенциальные невесты, не скрывает своего недовольства.
Вскоре после того, как британок расселяют по комнатам – всех в разные, так как продюсеры решили поселить британок с австралийками, – я слышу хруст гравия под колесами и выглядываю в окно. К дому подъезжает большой черный минивэн. Приехали австралийки; сейчас я познакомлюсь со своей соседкой Беккой. Убираю брошенную книгу в верхний ящик прикроватной тумбочки и разглаживаю покрывало на кровати.
– Ни хрена себе! – восклицает одна из волчиц. Эмоции те же, только выражения другие. Я снова выхожу на площадку и здороваюсь, перегнувшись через перила. В этот раз волчиц шесть, и с ними та же ассистентка – теперь я знаю, что ее зовут Карли. Она распределяет и расселяет всех, я возвращаюсь в комнату и жду Бекку.
– Привет, – на пороге стоит настоящая красотка. – Ты, наверно, Эбби? Я Бекка. – Она бросает чемоданы у двери, подходит ко мне и протягивает руку.
– Привет. Я Эбби. – Она улыбается, а я себя одергиваю: она ведь знала, как меня зовут, зачем я повторила свое имя? Но я поражена ее красотой. Ведь никакие фотографии и предварительное изучение досье не способны подготовить человека к встрече с такой сногсшибательной красоткой, как Бекка.
На фотографиях она была похожа на модель Victoria’s Secret, а в реальной жизни напоминает ее еще больше: высокая, с узенькой талией и идеально круглой грудью третьего размера, ноги длиннющие, кожа безупречная и смуглая, темно-каштановые кудри спадают на плечи каскадом, а лицо прелестно даже без косметики, как сейчас. Из досье мне известно, что она учится на аналитика данных в Университете Нового Южного Уэльса, а по ее теплому приветствию я понимаю, что она к тому же дружелюбна. Когда она увидела меня, в ее глазах не мелькнула неприязнь, и говорила она совершенно искренне.
Бекка просто невероятная; если нам придется конкурировать за сердце Одинокого волка, у меня нет шансов. Хорошо, что не придется.
Бекка раскладывает свои вещи и коротко рассказывает о себе. Впрочем, основное мне уже известно. Она расспрашивает меня, и я отвечаю от имени другой Эбби. С приездом волчиц в особняке стало очень шумно: даже не помню, когда в последний раз я слышала столько визгов и восторженных криков. И я вдруг понимаю, что в ближайшее время уединение мне не светит, даже пять минут побыть в тишине вряд ли получится. Это все по-настоящему. По-настоящему. Я выдыхаю, чтобы успокоиться.
  
– А с ними что делать? – Бекка показывает на свои пустые чемоданы.
– Придет Карли и их заберет. Пока мы здесь, их отправят на хранение, чтобы не мешали.
– Отлично. Пойдем, посмотрим дом? – взволнованно просит она.