"Фантастика 2025-110". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

Тварь выбросила новые жгуты, причём с разных сторон.
Я выдвинул астральные шипы.
И понял, что вот оно — уязвимое место противника. Не единственное, зато ощутимое.
Крот отшатнулся, разрывая дистанцию, попытался выйти из зоны поражения. Я не стал препятствовать. Шипы оставил на прежних местах, а сам взялся за плетение вязи.
Мне в прошлой жизни не доводилось лично биться с Кротом, но опытные товарищи кое-что успели поведать. Главное преимущество Крота — маневренность. Тварь адаптирована под многомерное пространство, она там как рыба в воде. Возможно, меня бы сожрали, но Бродяга не сбавлял темпа, и мы постоянно двигались вперёд. Второй козырь моего врага — быстрая регенерация. Не пройдёт и пяти минут, как монстр отрастит новую конечность взамен утраченной. Ну, и хвост. Этим хвостом, венчающим воронку, Крот тоже умеет атаковать, и весьма эффективно.
  
К счастью, есть хитрые вязи.
Вот и сейчас я накладывал одно заклинание на другое, переплетал всё это в единую цепь магических событий, отложенных во времени. Вливал тонны эфира. Непрерывная циркуляция компенсировала затраты, но приходилось работать на пределе. Даже само моё пребывание в многомерности и весьма специфическое восприятие требовали… определённых энергозатрат.
Воронка дёрнулась навстречу Бродяге, выпростала щупальца, но опять наткнулась на астральные шипы. Я их держал в пассивном режиме, никуда не убирал.
Гул прокатился по многомерности.
Звуки тут распространяются.
Даже воздух есть.
Отшатнувшись, Крот исказился. Я увидел преломление монстра в десятках измерений, раскладку его на составляющие. И опять — сращивание. Визуальный эффект. На самом деле, никто из нас не раскладывает себя на компоненты. Просто не всегда можно рассмотреть объект, проскальзывающий в топологические щели.
Накидываю следующее заклинание.
Вливаю эфир.
Крот движется параллельным курсом, время от времени пытается атаковать. Шипы не дают, но если одно из щупалец проскальзывает через выставленный частокол, бью электричеством.
И тут я понимаю, что тварь перестроилась.
Воронка схлопывается, Крот затягивает её в себя вместе со щупальцами, на несколько секунд принимает форму шара… А затем растягивается в другом направлении.
В моём.
Пасть вырастает чуть ли не по курсу следования Бродяги, домоморф лишь чудом успевает притормозить. Я вижу, как воронка расширилась, ощущаю приближение зубов…
Активирую вязь.
Вливаю всё, что у меня есть.
Многомерное пространство тонет в ослепительно-белой вспышке, чистая энергия бьёт по Кроту, разрывает его в клочья и не даёт восстановиться. Удар настолько мощный, что расходящиеся волны на миг искажают фрактальные решётки… Грани перемешиваются, врастают друг в друга, образуют новые конфигурации.
Я держусь изо всех сил.
Хочу удостовериться, что тварь мертва.
А потом меня накрывает шквалом энергии, едва не сносит с обшивки домоморфа, затапливает на всех планах… Я жадно поглощаю этот океан. Открываю все каналы и накапливаю, накапливаю…
* * *
Очнулся я уже в медитативной комнате.
Нет, я не дотянулся до следующей оболочки, но впитал приличный запас энергии. Кроты мощные, а справляются с ними лишь единицы самых подготовленных волшебников.
Что ж, можно поставить ещё одну зарубку.
Лежу, хватаю ртом воздух. Тщетно пытаюсь прийти в себя.
Я ударил по твари очень редкой вязью, работающей вне зависимости от измерения и привязки к человеку. Эфир трансформируется в разрушительный свет, который учителя Таска называют люменусом. Эта стихия покруче огня и электричества вместе взятых, но чтобы её направить в многомерности, требуется добрый десяток вспомогательных заклинаний.
— Эй, — раздаётся голос Вжуха. — Ты как?
Подняться тяжело.
Затылок налился свинцовой тяжестью, по всему телу распространилась лень. Хочется лежать, ничего не делать, смотреть за край.
Поборов себя, я опёрся на локоть.
С большими трудностями сел, сложив ноги по-турецки.
Голова тотчас закружилась, комната поплыла, но я быстро прогнал энергию по каналам, не вырубая циркуляцию. Прошли те времена, когда полная выкладка могла пустить под откос мою хлипкую систему. Восемь оболочек синхронно поддерживали баланс и сводили негативные последствия перегрузки к минимуму.
У двери стоял барон Иванов.
Вжух присел неподалёку и был готов помочь своему хозяину, если потребуется.
— Нормально всё, — заверил я боевых товарищей.
— Я видел эту тварь, — сказал Иванов.
— Правда? — я внимательно посмотрел на беса. — Через обшивку?
— Как ты знаешь, стены для меня не преграда.
— И… ты видишь другие измерения?
— Нет, — на лице барона проступила досада. — Просто муть. Но это чудовище я рассмотрел… Оно запросто могло нас сожрать вместе с Бродягой.
— Могло, — признал я. — Это же Крот.
Бровь Иванова поползла вверх.
— Ну, мы их так называем… — пытаюсь подобрать слова. — Маги, занимающиеся охотой. Кроты выбирают лучшие маршруты, за счёт этого он нас и догнал.
— Ясно, — барон нахмурился. — И много тут… подобной дряни?
— Редкий вид, — задумчиво произнёс я. — Но чрезвычайно опасный.
— Странно, что он к нам прицепился, — Иванов взглянул на меня с подозрением.
— Ничего странного, — отрезал я. — Выследить человека в пределах одной планеты нелегко. Мы перемещаемся в большинство локаций за считанные секунды. Или минуты. Хищник не успеет взять разгон, если почует добычу. А здесь… мы третий день не выходим из этого режима. Вот и появился зверь.
— Думаешь, Хаос не при делах?
Пожимаю плечами:
— У меня нет ответа.
— Плохо, — вздохнул Иванов.
Я увидел, что ситуация его напрягает, и решил дать пояснения:
— Вряд ли Хаос развернул за нами полномасштабную охоту.
— Почему ты так считаешь?
— Две причины. Первая — он не мог пронюхать о наших планах. Даже Порождения Хаоса не имеют доступа к Вратам, они не замечены на Земле. Вторая причина — наш враг отправил бы не одного Крота, а двух-трёх. Чтобы действовать наверняка.
— Порождения Хаоса? — Иванов зацепился за неизвестный термин.
— Ну, так мы называли тварей, созданных Живым Хаосом.
— Он может кого-то создавать?
Я окончательно пришёл в себя, прогнал по каналам энергию и сейчас наслаждался чёткостью восприятия. Последствия атаки Крота сходили на нет.
— Известны монстры, которые появились в областях, захваченных Хаосом, — задумчиво произнёс я. — Они просто вышли оттуда и начали убивать. Охотиться. Сильные твари. Чтобы их уничтожить, маги Таска собирали группы. Мы до сих пор не знаем, как связан Хаос с появлением на свет этих созданий.
— Ты победишь такую тварь?
— Сложный вопрос. В этой реальности… я слабее, чем в прошлой.
Трижды сталкиваясь с Порождениями, я сделал определённые выводы. Это не мелочь, а громадные хищники, обладающие устойчивостью к определённым видам магии. Да ещё и сами умеют оперировать эфиром. Встречаясь с Порождениями, ты не знаешь, чем это закончится. Финал непредсказуем. Трижды я победил, а на четвёртый раз встретился с Легендарной Тварью.
— Понятно, — Иванов нахмурился.
Я выпрямился, размял затёкшие суставы.
— Нет, Сергей. Тебе это не понятно. Силу я уже восстанавливаю. Техники, которыми владел в прошлой жизни, возвращаются. Убивая монстров, я развиваюсь. Так что ещё бабушка надвое сказала.
Барон хмыкнул.
— Ладно. Вдруг нам повезёт.
А вот я на везение не рассчитываю.
Где Хаос, там и его Порождения.
И эти стычки — лишь вопрос времени.
Медина Марракеша
За день до описываемых событий
  
Великий Чертёжник сидел на балконе, наслаждаясь вечерней прохладой. Пил кофе, всматривался в лабиринт тесных улочек. Наблюдал за котами, греющимися на крышах. Небо только наливалось чернотой, на нём уже очерчивался лунный серп. Проступали первые звёзды.