"Фантастика 2025-110". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

С тех пор по Праге бродили две версии одного и того же человека. Пожалуй, они уже тогда столь сильно различались, что им следовало бы давным давно “отцепиться” друг от друга и перестать зависеть от одной души. Такое ведь уже не раз происходило в реальности, когда два тела, питавшиеся из единого источника, обретя личности чересчур разные, разделяли тот источник на два.
Однако в случае с Лешей этот трюк не работал. Вероятно из-за того, что источник её был много мощней, чем у простых смертных. А может, всему виной именно что “хаотичность” того, что божеству заменяло душу, и оттого различия между Перловкой и Броней Глашек оказались недостаточными, чтобы система осознала необходимость дублирования себя самой.
  
Так или иначе, зрелище появления Тёмной Лешей было завораживающим. Сквозь асфальт и промеж кирпичиков стены прорастали длинные извилистые корешки. Они переплетались и образовывали каркас, который с каждой секундой всё больше и больше напоминал девичье тело. И так будет продолжаться до тех пор, пока на этих корнях не появятся веточки с бутонами цветов, что распускаясь обратятся в кожу и ткани одежды. И лишь в самом конце, когда смертная оболочка окажется полностью готова, корешки отцепятся от неё да так и останутся на отбитых у цивилизации территориях дикой порослью, а в облике самой Перловки не останется и намёка на то, как она здесь ощутилась.
Ни единого намёка, если не считать густых зелёных, похожих на траву — или же травой являющихся — волос. И девичья кожа и, что немаловажно, одежда с обувью, будут выглядеть, как положено. Словно бы нет в этой внешности никакой фальши. Словно бы прежде чем заявиться на огонёк, Перлуша и правда заскочила в ближайший торговый центр, подобрала там миниюбочку под жакетик, да стильных сапожек на шнуровке, чтоб сподручней было грязь месить.
Но сколь не являлось бы сие зрелище завораживающим, Даркен не сводил с него глаз не оттого, что не находил в себе моральных сил отвернуться, а потому, что не хотел упускать из виду опасного врага. Сам же некромаг ступал в сторону своей невесты, желая прервать её вне всякого сомнения важную и убедительную речь во имя задач куда как более актуальных на данный конкретный момент.
Движение со стороны жениха не укрылось от внимания богини. Она на лету, максимально “бесшовно”, переформулировала несколько предложений, чтобы лекция не выглядела оборванной на полуслове, да повернулась всем телом к сыну рода Маллоев, показывая, что готова уделить ему внимание.
Пытливый внимательный взгляд синих очей девушки говорил о том, что она отлично знает, по какой причине молодой человек решил вмешаться в ход воспитательной беседы с челядью. Вопрос “где?” был будто бы написан большими буквами прямо поверх линии глаз Лешей. И не простой краской, какую могли бы смыть воды стремительно набирающего силу дождя, а монументальным барельефом, какой сохраняется в веках.
Даркен легко мотнул головой в сторону уже практически полностью сформировавшегося тела Перловки. Ответом ему послужил едва заметный кивок.
Некромаг тут же сделал шаг навстречу незваной гостье, да остановился. В конце концов, он не собирался прямо здесь и сейчас, без нормального оружия, всерьёз сражаться с потенциально неостановимой силой. Скорей просто хотел защитить от неё невесту.
Ну и что с того, что Лешая сама по мощи, если не равна, то не сильно слабей Перлуши? Пусть Броня и богиня, но ещё она — женщина. Причём, вскорости, всего через пару дней, она станет женщиной рода Маллой. Даркен не будет себя уважать, если это он спрячется за её спиной, а не наоборот.
Кроме того, навык держать хорошую мину при плохой игре — вещица более, чем необходимая любому дворянину.
Да и Броня пыталась соответствовать своему статусу. Ни словом, ни жестом не дала знака, что происходящее можно счесть форс-мажором. По крайней мере таким, к какому бы она оказалась не готова.
— Так, слизняки, слушай мою команду! — Лешая умудрилась разом и гаркнуть, как бывалый офицер, и сделать это женственно, изящно. Это сложно описать, можно лишь услышать и почувствовать. — Всем лечь! Лица в пол, руки за голову!
Народ послушно выполнял команду, а силовики спешили “помочь” тем, кто по их мнению оказался недостаточно расторопен. Вот только подобная инициатива ничуть не обрадовала богиню.
— Улитки — то бишь слизняки в броне — не являются исключением! Мне не улыбается потом с вашим сюзереном разбираться относительно того, кто потерял конечности из-за своего идиотизма, а кому просто не повезло попасть под перекрёстный магический огонь!
Подобный поворот событий для многих бойцов ГНВ оказался довольно таки неожиданным. Большая часть личного состава послушно плюхнулась на землю уже в первую секунду после уточнения богини, а остальным же потребовался личный пример собратьев по оружию и команда-подтверждение со стороны офицера.
А вот свита самой Лешей в лишних пояснениях не нуждалась. Некромаги послушно расчехлили магическую атрибутику и заняли позицию позади госпожи, а русовласая остроносая горничная с бодрым писком “Пьеро”, ничтоже сумлеваясь плюхнулась прямиком на мокрую от дождя травку.
Всё это заняло не то, чтобы много времени. Но достаточно, чтобы Перловка уже вышагивала в сторону своего адекватного доппельгангера с таким видом, будто бы уже давно тут стояла, да только лишь сейчас отвлеклась от смартфона, дабы поприветствовать важных гостей
— Жалкое зрелище! — бодро вещала травовласая итерация Лешей. — Могучее божество хаоса на посылках у простого смертного короля! Зачем? С какой целью ты защищаешь его слабую власть? Да пусть себе горит конём!
За последние месяцы Перловка стала слишком часто “светиться на радаре”. Если до событий у Национального театра она ещё держалась в тени, то затем игра в прятки ей, по всей видимости, надоела. Но, что самое свинское, никогда нельзя было говорить с уверенностью, закончится ли очередное появление Тёмной Лешей катастрофой, или же она просто решила сходить в кино, совмещая просмотр свежего блокбастера с приятным чувством удовлетворения, которое наступало у неё, надо полагать, лишь в случае, если представители официальных властей вдоволь понервничали, перекрывая улицы и эвакуируя гражданских из зоны потенциального боестокновения.
— Его дочка вежливо попросила, — Даркен не видел, но догадывался, что Броня нарочито беспечно пожала плечами. — По-моему, лучше так, чем из месяца в месяц унижаться, как это делаешь ты, Невкусная Кашка. Бахвалишься своими силами, но кроме откровенного сброда и использующих тебя в своих целях агентов иностранной разведки за тобой никто не следует.
— Сброда? — травовласая остановилась, завела руки за спину и огляделась вокруг. — Ты и правда называешь сбродом моих последователей, а не тех, кто разбивает лоб об пол в молитвах тебе за порцию бесплатного супчика? Это твои стандарты столь низки, или же столь сильно желание оправдать свои неверные выборы?
И в этот момент в игру вступил доселе молчавший сын рода Маллой.
— Все твои аргументы резко теряют в убедительности, стоит только припомнить один немаловажный факт, — молодой человек демонстративно ткнул себя большим пальцем в грудь. — На стороне, которую выбрал главный герой книги, попросту не может быть откровенного сброда, что бы там не вещал очередной главный злодей.
Перловка устало подняла глаза к небесам, а затем заткнула большие пальцы за ремешок юбочки и, чуть ссутулившись — не сконфуженно и испуганно, а скорей подражая готовому к броску зверю, — направилась прямиком к Даркену.
— Послушай, не мог бы ты, если тебе не сложно, пожалуйста, заткнуться и свалить уже с моего пути?
  
Молодой человек подобрался, размял плечи, отбрасывая незримое для случайных свидетелей ощущение беспомощности, что навалилось на него после слов хтонического божества, а затем улыбнулся подчёркнуто виновато, да ответил:
— Мог бы. Мне даже не сложно. Но я не уйду.
— Почему? — спросила Перлуша, останавливаясь всего в шаге от некромага и склонив голову на бок.