Очарованная (ЛП)

Отойдя от пня, Телок указал на него, а затем указал на Лейси.
Она сжала губы и неуверенно посмотрела на копье в своей руке. Когда она перехватила его и подняла для броска, Телок подошел к ней. Ее неуверенность, казалось, усилилась, когда она посмотрела на Телока, но Кетан заметил в ее глазах и что-то еще. Она не дрогнула, когда Телок протянул две руки и легким прикосновением поправил ее хватку на копье.
Он встал рядом с ней и, положив руку ей на плечо, медленно провел ее по траектории замаха, остановив ее руку на пике дуги.
— Отпусти здесь, — сказал он на языке вриксов, подняв кулак и разжав пальцы. Затем он продолжил движение рукой вперед, нацелив кончики пальцев на пень. Он отпустил Лейси и отступил на несколько шагов.
Лейси кивнула, и черты ее лица окаменели в решимости, прежде чем она вернула внимание к цели. Она пробормотала что-то себе под нос, что прозвучало как поощрение, вздохнула и бросила.
Копье описало короткую дугу и опустилось на пень под скошенным углом, но наконечник глубоко вонзился в древесину.
Лейси развернулась и подняла кулаки над головой.
— Да!
Уилл и Диего, стоявшие поблизости, воодушевляюще захлопали. Лейси улыбнулась, и ее щеки порозовели.
Склонив голову, Телок постучал костяшками пальцев по головному гребню — знак уважения между вриксами, которые не были достаточно близки, чтобы прикасаться непосредственно к гребням.
Лейси склонила голову набок, нахмурив брови, и повторила его жест. Хотя восхищенная трель Телока была мягкой и негромкой, Кетан не пропустил ее мимо ушей.
Когда Лейси пошла за своим копьем, Телок махнул Диего, что подошла его очередь. Кетан скрестил руки на груди, зажал копье в сгибе правой нижней руки и прислонился плечом к дереву рядом с собой. Он позволил своему взгляду несколько мгновений блуждать по джунглям, прежде чем остановить его на другой группе.
Уркот и Рекош были с Келли и Ахмьей, обучая женщин владеть копьями в ближнем бою. Они выполняли упражнения, чтобы познакомить людей с ощущением своего оружия — оружия, которое послужит их самым важным инструментом здесь, в Клубке. Им нужно было настолько освоиться с этими копьями, чтобы оружие ощущалось как продолжение их тел, ничем не отличающееся от когтей или клыков вриксов.
Кетан хотел, чтобы у людей было достаточно времени, чтобы достичь этого уровня, прежде чем им придется углубляться в неизвестное.
Движение сзади привлекло его внимание, но он не обернулся; в неподвижном влажном воздухе до него донесся знакомый запах Ансет, смешанный с запахами мокрой грязи, гнили и каких-то растений.
— Все тихо, — негромко сказала Ансет, останавливаясь рядом с ним. Она кивнула подбородком в сторону людей. — По крайней мере, кроме них.
— Они подбадривают друг друга, — сказал Кетан.
Рекош с нарочитой медлительностью ткнул Ахмью копьем. С широко раскрытыми глазами — и выглядя такой же крошечной, как всегда перед высоким вриксом, — она переместила свое оружие, чтобы отразить удар древком копья, вздрогнув, когда дерево ударилось о дерево. Рекош с нежным щебетанием продемонстрировал потенциальную контратаку, показав, как ее размер может помочь ей нанести удар по его уязвимой нижней части.
— Вы действительно намерены уйти послезавтра? — Ансет тоже рассматривала людей, подергивая жвалами, как будто не могла решить, справятся они или нет.
— Да, — ответил Кетан.
— Они не готовы.
— Я тоже не был готов, когда впервые отправился в джунгли с Когтями, — в голове Кетана промелькнули воспоминания об Айви — о том, как она была напугана, какой неспособной казалась, о его уверенности, что она умерла бы без него. Но с тех пор она многому научилась. — Клубок — быстрый учитель.
— Потому что те, кто не учатся, умирают, — прогрохотала Ансет. Краем глаза Кетан увидел, как ее руки сжались в кулаки.
— Телок, Рекош, Уркот и я будем служить им щитами, Ансет.
— Ни один щит не является непробиваемым. Его можно сломать или обойти, — в ее голосе слышалось едва уловимое рычание, намек на разочарование, которое она редко показывала.
 
Кетан повернул голову, чтобы посмотреть на нее. Скованность в позе его сестры по выводку была не такой, какую она показывала в роли Ансет-Клыка королевы; это не результат дисциплины.
— Элла в безопасности, — сказал он, опуская жвала и вытягивая ногу вперед, чтобы коснуться ее. — Иначе я бы не оставил Айви с ней.
Волоски на ноге Ансет встали дыбом, и в горле у нее недовольно заурчало.
— Я знаю, брат по выводку. Но… Мне следовало остаться и присмотреть за ними обоими.
— Каждая частичка меня жаждет быть со своей парой, — Кетан взглянул в сторону ямы, которая была скрыта подлеском и торчащими корнями. — Я мог бы бросить камень и попасть в то место, где она прячется, но даже такое расстояние невыносимо.
— Тогда, по крайней мере, позволь одному из нас пойти к ней. К ним. Это облегчило бы мои мысли, Кетан.
Кетан повернулся лицом к сестре.
— Это необходимо, Ансет. Я должен потерять эти моменты с Айви, чтобы иметь возможность в предстоящие годы проводить с ней как можно больше времени.
Ансет подняла руку, уперев кулак в грудь Кетан.
— Наши друзья искусны. Они сейчас обучают шеловеков без нас. Шеловеки узнают то, что должны, независимо от того, будем мы с тобой здесь или нет.
— И мы должны быть начеку, сестра по выводку. Эти уроки похожи на уроки джунглей, — Кетан накрыл ее руку своей, обхватив пальцами ее большой кулак. — Ты и я принесем больше пользы здесь, чем там, внизу.
Диего вызвался остаться с Эллой этим утром после того, как стало ясно, что болеющая женщина не в состоянии путешествовать — даже на короткие расстояния, даже с помощью Ансет. Он сказал, что несет ответственность перед Эллой, потому что она была его пациенткой; у Кетана возникло ощущение, что Диего не имел в виду под этим словом терпение5.
Кетан не решился позволить Диего пропустить день обучения и подготовки. Всем способным людям нужно было узнать как можно больше, прежде чем они столкнутся с окончательным испытанием — прежде чем они окажутся в Клубке, где их не ждет ни безопасного места для сна, ни пресной воды и еды, ничего, кроме опасности.
Айви прервала противостояние, сказав, что вместо этого останется с Эллой. Кетан едва подавил свой гнев при этой мысли. Ему было тяжело расставаться с ней и в лучшие времена, но после всего, что было с королевой, и столкновений с ятинами и ксискалами, у него не было никакого желания оставлять ее одну.
Айви, должно быть, почувствовала его смятение, потому что она протянула руку, взяла его лицо в ладони и притянула ближе, заглядывая в глаза.
— Элле нужен кто-то рядом, а Диего нужно учиться. У меня есть двухмесячная фора перед всеми остальными. В этом больше всего смысла, Кетан.
Внутри Кетана нарастало огромное давление. В тот момент он мог бы зарычать и перекинуть ее через плечо, утащив в джунгли, чтобы она осталась с ним, несмотря ни на что. Он мог бы настоять на том, чтобы остаться с ней, как пыталась сделать Ансет.
Но он этого не сделал.
Айви сказала ему, что останется на корабле с запечатанной дверью камеры. Что там они будут в большей безопасности, чем где-либо еще. И он знал, что она была права, но ему было так трудно согласиться. Было так трудно уйти.
Внутри Кетана бушевала буря, когда он вывел остальных наружу и они совершали восхождение; он едва помнил, что было сказано, что было сделано, пока солнечный свет не приобрел золотистый оттенок середины утра.
— Элла больна, Кетан, — прохрипела Ансет, возвращая его внимание в настоящее. Она перевела взгляд на остальных. — Каждый может это видеть.
— Я никогда не говорил иначе.
— Ты этого не делал, но ты знаешь об этом больше, чем все мы, — вместо обвинения, которое должны были содержать эти слова, Кетан услышал в голосе своей сестры только усталость и печаль.
Кетан крепче сжал свое копье; он отвел древко подальше от себя и Ансет, не зная, что сказать. Другое копье ударило в пень неподалеку, и люди снова зааплодировали.