Измена. Как я не заметила раньше? (СИ)

К тому же, не то, чтобы Лена совсем уж этого не хотела. Во-первых, она чествовала, что остро нуждается в отдыхе. Она устала чувствовать себя уставшей. А во-вторых, если менять жизнь, и больше заботиться о себе, разве не самое ли для этого время? Особенно, когда первый сеанс тебе ещё и дарят в благодарность за то, что ты долгое время занималась уроками с её сыном.
И хотя внутри разыгрывалась настоящая буря, Лена всячески старалась её не замечать. Пока она не превратится в ураган. Лена была не в силах снова столкнуться с тем, что она переживала наяву. Поэтому, она была рада абсолютно всему, что, как выразилась мама: «хоть как-то могло отвлечь её от тяжёлых переживаний».
— Здравствуйте, — открывая дверь своей квартиры, поприветствовала её вполне приятная на вид молодая женщина. — Проходите.
Высокая, спортивная, далеко не хрупкая блондинка с аккуратным макияжем, проводила посетительницу в комнату.
Как поняла из разговора по телефону Лена, аренда помещения в Москве стоит дорого, поэтому Ольга принимала на дому.
В отличии от медицинских массажистов, одетых в медицинскую форму, а Лене когда-то пришлось к такому ходить, когда она надорвалась, помогая с коробками в магазине, и ей поставили «люмбаго[1]»… Ольга была одета так, как будто собиралась в фитнесс-центр.
— Екатерина рассказала о процедуре? — поинтересовалась массажист.
— В общих чертах, — ответила Лена. — Сказала, что Вы хорошо делаете расслабляющий массаж.
— Это далеко не всё, чему я учу, — улыбнулась Ольга.
— Учите? — переспросила Лена.
Сказанное её немного насторожило.
Вроде бы она шла на массаж, а не к «гуру».
Лена вспомнила, как далеко ей пришлось ехать. А также о том, как всю дорогу сюда ей пришлось много размышлять о том, нужно ли ей это вообще?
В прошлом она редко позволяла себе обратиться за какими-то косметическими процедурами. Даже массаж тогда был назначен по медицинским показаниям, и проходил в кабинете поликлиники.
Лена очень редко ходила на маникюр — зачем, ведь всё равно всё скоро обдерётся… И никогда на ресницы или в парикмахерскую.
Всяких раз, когда она слышала слово «косметолог», тут же про себя добавляла «бесполезные траты». Причём, прибавляла она это голосом Кости, хотя тот никогда подобного не говорил. Но, может, показывал каким-то действием или косвенным высказыванием? И вместе с тем, крайнюю экономию поощрял?
Когда Лена шла к Ольге, она невольно задержалась напротив окна, на вид довольно роскошного ресторана.
Чтобы Костя когда-то её пригласил в подобное место⁈
Да и вообще, а почему он был обязан? Разве Лена не могла бы сводить себя в него сама? Конечно не могла бы, иначе бы уже сводила. Так, может, голос в голове, запрещающий тратить на себя деньги, был её?
Но если вернуться к вопросу о том, каковы у супругов обязательства, где-то есть правила, которым должны следовать оба? Обязательно записанные. Как в «Домострое» или в правилах, закреплённых обычаями или религией? А если бы где-то и были подобные правила, то были бы все счастливы, их соблюдая? Разве не было бы тогда ссор и обид?
И почему таких правил нет для мужчин и женщин. Точнее, вроде бы, когда-то они были. Мужчины должны были обеспечивать и быть галантными. А ещё «воспитывать жену». А женщина должна была сидеть дома, следить за бытом и детьми. А также подчиняться мужу, отцу, сыну, да и вообще любому мужчине.
Как провести грань, благодаря которой останутся только плюсы, и не будет никаких минусов? И будут ли эти плюсы — плюсами для всех? А если нет, согласятся ли мужчины быть идеалами для женщин? А женщины — идеалами в представлении мужчин?
Но всё это вопросы глобальные. И, к сожалению, Лена повлиять на них не сможет. Как не смогли повлиять в желаемой степени и другие женщины и мужчины, собиравшиеся в целые сообщества. Сколько поколений понадобилось, чтобы хоть немного сдвинуть общественное мнение — в сути своей неприподъемный пласт.
И почему мир никак не может понять, как будет лучше? Почему он до сих пор ещё не стал идеальным? А если неидеален он — то можно ли требовать идеальности от человека⁈
 
Лена не могла изменить мир, да и не хотела. Она чувствовала сплошное бессилие, поэтому даже мысли на что-то повлиять у неё не возникало.
Всё, что она желала — чтобы мир поменялся сам. Так, как ей стало бы жить легче. А всё, что может сделать она — это позаботиться о себе, немножко себя побаловать. Любить себя, если её не могут или не хотят любить другие люди.
От ресторана она пошла дальше, по чужому и холодному городу. Несмотря на лето, тепла Лена от него не ощущала. Кажется, мир её не принимал. Все мелькали туда-сюда по своим делам, и никому не было дела до маленького человека. Никого не интересовали её мечты и проблемы. Никто даже не знал, что её зовут Лена.
Потому она шла, вроде находясь телом здесь, в Москве — мечте многих тысяч людей. Но самой её не было.
Словно на экране она наблюдала происходящее: остановившийся автобус на остановке, и выходящих из него пассажиров; пронёсшегося на велосипеде курьера, спешащего доставить заказ вовремя, чтобы не получить штраф… Интересно, а сам-то он ел?.. Женщину, ведущую за руку свою дочку, вон те строители… Даже гаишник, ругающий водителей за незнание жестов под сломанным светофором. Все они — маленькие люди, из которых состоит большой город.
Но они здесь все свои. А Лена чужая.
Если убрать одного, а затем второго и третьего… Продолжит ли Москва существовать? А если убрать сотню или тысячу?
Так, если город не может без людей, почему он так к нам холоден? Разве он не понимает, что, уничтожая нас, он уничтожает и себя?..
Но всё это было лишь в представлении Лены. И только, пока она не дошла до квартиры Ольги.
Здесь же её мысли вновь были заняты лишь одним вопросом:
«Что я здесь делаю?».
[1] Люмбаго — боль в пояснице (пояснично-крестцовом отделе позвоночника), обычно, стреляющего характера, вызванная деструктивными изменениями в позвоночнике, либо травмой.
  
Глава 15
 
Ты себя любишь?
 
— По первому образованию я хореограф, — поделилась Ольга. Долгое время работала тренером по пилатесу. Потом, какое-то время пилон. Потом переобучилась, и стала сертифицированным массажистом. Недавно получила сертификат коуча.
— Вы много учились, — прокомментировала Лена.
— А Вы кто по образованию? — возжигая благовония возле массажного стола, поинтересовалась Ольга.
— Учитель географии. — снимая ветровку, ответила Лена.
— Учителя часто ведут сидячий образ жизни, и сутулятся за тетрадями, — поделилась своими знаниями Ольга, — Поэтому получаются зажимы плечевого пояса и шеи. От этого возможны головная боль и головокружение. Да и сами плечи, наверно, напряжены и болят?
— Болят, но я не работаю в школе, — призналась Лена. — В магазине.
— Если много сидите за кассой — то же самое, ну, и товары, наверно, разгружаете и расставляете?
— Да, приходится. — тоном, нежелающим продолжать тему, поделилась Лена.
Ольга улыбнулась, подходя к ней:
— Сейчас что беспокоит?
— Всё, — с нервным смешком, закинула голову назад Лена. — У меня случилось событие, после которого я стала ещё больше уставшей. Не сплю, всё тело каменное и болит.
— Стрессы всегда приводят нас к телесным зажимам. Если мы чувствует тревогу, то поднимаем плечи, — она продемонстрировала на себе, — И держим их так постоянно, поэтому попробуйте сейчас сделать круговое движение плечами назад, — она показала, как правильно, — Так. Выпрямите осанку, чуть опустите плечи, вот, и шею чуть сдвиньте назад, чтобы она была прямой. Подбородок чуть вверх. Сейчас какие ощущения?
— Между лопаток чувствую полегче стало, — улыбнулась Лена.
— Хорошо, — так же улыбкой ответила Ольга, — А теперь сделайте глубокий выдох, сколько сможете. Головокружений и обмороков же у Вас нет?
— Нет, — коротко мотнула головой Лена, и сделала, как ей велели — выдохнула, а Ольга аккуратно надавливала ей на грудь.