Миллион поцелуев в твоей жизни (ЛП)

Я ненавижу, что она так себя чувствовала, но еще больше я ненавижу то, что она вымещала это на мне, когда я была всего лишь ребенком, который хотел их внимания.
Она делает глубокий, прерывистый вдох. “Мне жаль, Рен. Я надеюсь, ты сможешь простить меня.”
Когда она хватает меня за руку, как будто это все, к чему она может осмелиться прикоснуться из страха быть отвергнутой, я притягиваю ее ближе и обнимаю, кладя голову ей на плечо. Мы цепляемся друг за друга в течение долгого, молчаливого времени, и я думаю, что она, возможно, плачет.
У меня тоже немного затуманились глаза.
В конце концов она отстраняется первой, проводя пальцами под каждым глазом, чтобы поймать случайные слезы, и смех покидает ее. Моя мать никогда не была чрезмерно эмоциональным человеком.
“Почему он дал тебе камеру Кита Харинга? Мне интересно.”
“Вчера я была в квартире его семьи, — признаюсь я. “И я восхищалась картиной Кита Харинга, которая у них есть”.
“Две Танцующие Собаки?” — спрашивает она.
Я киваю, не удивляясь, что она знает, какая именно у них картина. "Она прекрасна. Я сказала ему, что она мне нравится. И он посылает мне это”.
Я поднимаю камеру.
“Как мило”. Тихий вздох покидает ее. “Юная любовь. Первая любовь. Наслаждайся этим, дорогая. Нет ничего подобного этому”.
“О, я не думаю, что он любит меня”, - быстро говорю я. “Прошло не так уж много времени… что бы это ни было, что мы делаем”.
“Современная любовь”. Еще один вздох покидает ее, и она медленно качает головой. “Вот тут я признаю, что чувствую себя старой и больше не понимаю поступков подростков”.
“Я не думаю, что мы сильно отличаемся от тех времен, когда ты была подростком”, - говорю я.
“Есть несколько отличий. Социальные сети, например.” Она встает и направляется к двери. “Теперь ты можешь вернуться ко сну. Мне просто было любопытно, что он прислал тебе сегодня.”
Мама закрывает за собой дверь, и я плюхаюсь обратно на кровать, доставая телефон, чтобы отправить Крю сообщение.
Я: Получила твой подарок. Он мне очень понравился. Спасибо.
Он отвечает почти сразу.
Крю: Не за что. Хочешь прийти на фотосессию?
Я улыбаюсь так широко, что это причиняет боль.
Я: Я удивлена, что ты не спишь.
Крю: Мой брат позвонил мне в семь. Такой засранец.
Я: Чего он хотел?
Крю: Он помогает мне кое с чем.
Я: ???
Крю: Не могу объяснить это по телефону. Я расскажу тебе позже.
Крю: Тебе понравилась камера?
Я: ОЧЕНЬ ПОНРАВИЛОСЬ. Камера Кита Харинга? Это потрясающе.
Крю: Таким образом, тебе не придется рисковать сохранением изображений на твоем телефоне. На случай, если твой отец узнает твой пароль.
Я: Никто не узнает мой пароль. Даже ты.
Крю: А как насчет помады?
Я роняю телефон и хватаю помаду, наношу ее на губы и использую телефон как зеркало. Я делаю селфи и отправляю его ему.
Крю: Горячо.
Я: Не слишком розовая?
Крю: На тебе? Она идеально тебе подходит. Приезжай ко мне.
Я: Прямо сейчас?
Крю: Мы оба проснулись. В моем доме никого нет. Тащи сюда свою хорошенькую задницу сюда.
Мне не должно быть приятно, что он говорит такие вещи, и все же я здесь.
Наслаждаюсь этим.
Я: Сначала мне нужно подготовиться.
Крю: Я пришлю за тобой машину.
Я: Питера?
Крю: Да. Он хороший парень. Знает, как хранить секреты.
От его слов у меня сводит живот. Неужели это все, что я для него значу? Секрет?
Неужели парень, покупающий тебе подарки и потакающий твоему странному желанию покрыть его тело поцелуями с помадой, думает о тебе как о секрете? Я не знаю.
Я не могу беспокоиться об этом.
Я: Я напишу тебе, когда буду готова.
Крю: Я буду держать Питера наготове. Не забудь фотоаппарат и розовую помаду.
Я бросаю телефон на тумбочку и вылезаю из кровати, направляясь к своей гардеробной. Я не знаю, что надеть сегодня. Определенно не платье, хотя это было весело. И холодно.
 
Особенно, когда я вернулась домой прошлой ночью. Я замерзла к тому времени, как вошла в нашу квартиру. Выражение лица моего отца было выражением крайнего разочарования, когда он наблюдал, как я снимаю куртку, открывая свой наряд. Я не знаю, что мама сказала ему, чтобы он замолчал, но я благодарна ей за это.
Я быстро надеваю джинсы и свитер, стягиваю волосы в высокий хвост. Я надеваю ботинки на толстой подошве и выхожу из спальни, чтобы найти своего отца, стоящего в холле. Его руки в карманах куртки, взгляд устремлен на картину, висящую на стене. Он смотрит на меня, выражение его лица бесстрастное.
“Я ждал тебя”.
Я останавливаюсь у двери своей спальни, почти боясь подойти ближе.
“Что случилось?”
Почему он здесь? Сегодня понедельник. Он должен быть на работе.
“Что ты хочешь сделать на свой день рождения?” Его улыбка полна надежды, и это меня беспокоит.
Я не знаю, как он хочет провести это время, но я хочу быть с Крю. Может быть, не в мой настоящий день рождения, но это нормально. Я могу провести с ним весь следующий день. Я хочу, чтобы мы были только вдвоем и делали все, что я захочу.
Все мое тело вспыхивает от этих возможностей.
“О, я не знаю”. Я пожимаю плечами, надеясь, что мне не придется придумывать ответ в этот самый момент.
“Ты говорила, что хочешь уехать из города”.
“Я передумала. Я бы предпочла остаться здесь."
“Ты все-таки хочешь устроить вечеринку здесь? Мы можем разослать приглашения уже сегодня.”
Я медленно качаю головой. “И этого я тоже не хочу. Уже нет.”
“Но это твоё восемнадцатилетие”. Папа хмурится. “Это особенный день. Мы должны это отпраздновать.”
Он загоняет меня в угол, из которого я не могу выбраться. “Разве тебе не нужно работать?”
Это вечное его оправдание. Он постоянно работает, и на этот раз я хочу, чтобы он был слишком занят, чтобы проводить время со мной.
“Я могу взять небольшой отпуск. Я владелец этой чертовой компании.” Он хихикает. “Я хотел, чтобы это было сюрпризом, но я больше не могу сдерживаться. Мы отправляемся в путешествие.”
“Кто?”
“Я, ты и твоя мать. На твой день рождения. На Арубу. Мы покидаем Рождество. Будет только твой день рождения.” Он ухмыляется, выглядя довольным собой.
В то время как мое сердце падает. ”Я не хочу ехать на Арубу".
“Это прекрасный курорт, Тыковка. Я снял для нас семейный номер с тремя спальнями. Личный шеф-повар. Лучшее, что у них было в наличии, что потребовало некоторых усилий, так как мы планировали это в последнюю минуту. Мы пробудем там неделю.”
Неделя без Крю. Уехать в свой день рождения. “Мама знает об этом?”
Он качает головой. “Я еще не говорил ей. Я уверен, она будет в восторге.”
Я не хочу показаться неблагодарной, но…
“Я не хочу улетать”.
Он хмурится. Делает пару шагов ко мне. "Почему нет? Это будет весело, Тыковка. Шанс сбежать. Позагорать и посидеть на берегу океана. Забыть все свои проблемы, про школу и снег.”
“Я бы предпочла остаться дома. Я не возражаю против снега. Я вижу, как мало у меня друзей, пока я здесь, и мне этого достаточно”.
“Я слышал о твоем учителе. Фигероа?”
Я замираю совершенно неподвижно. Я совсем забыла об этом. С глаз долой, из сердца вон.
"Ой."
”Ты даже мне не сказала“.
”Я вроде как забыла, со всем остальными проблемами, которые произошли". Я подразумеваю, что он — причина, по которой я забыла, с его требованиями, чтобы я вернулась прямо домой.
“Раньше ты рассказывала мне все. Теперь я узнаю из новостей, что твой учитель был арестован за секс с несовершеннолетним”. Он заметно вздрагивает. “Представь, если бы он попробовал это с тобой?” Я не утруждаю себя рассказом о том, что он этого хотел. Папа бы просто посадил меня под замок, если бы узнал это.