"Фантастика 2024-1" Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
Разъярённая неповиновением котовладелица стремглав бросилась в кухню, откуда вернулась с табуретом, веником, и с их помощью попыталась согнать обнаглевшую кошку вниз, для законной взбучки. Такого поворота мурлыка не ожидала. Перепугавшись, она забилась в самый дальний угол, не забыв, впрочем, прихватить с собой и заветный лоскуток.
Достать расхитительницу вещдоков Маше не удалось. Роста не хватило. Безрезультатно махнув пару-тройку раз веником, девушка отпустила орудие поимки, подпрыгнула, уцепилась за верхний край шкафа и без особых усилий исполнила классический «выход на две руки», широко популярный среди дворовых любителей турника.
– Сама виновата!..
Мурка, чудом пропетляв между хозяйскими ладошками и напрочь позабыв про понравившуюся тряпку, в ужасе спрыгнула вниз. Оказавшись на полу, мохнатое недоразумение с ошарашенным мявом умчалось обратно в кухню, где скрылось за холодильником, подальше от грядущей расправы.
Поле боя осталось за кицунэ. Усевшись на край, она свесила ноги, схватила вещдок и принялась им размахивать над головой, наподобие флага, барабаня розовыми пятками по дверце в такт движениям.
В полной тишине.
Осознав, что что-то пошло не по плану, победительница в верхолазной схватке посмотрела вниз, на мужскую троицу, изумлённо таращившую на неё глаза. Смутилась, чувствуя себя дурой, угодившей в крайне нелепое положение.
– Я… это… – не зная, каким образом объяснить свою спонтанную акробатику с догонялками, попробовала выкрутиться кицунэ. – Увлеклась немножко… Видели… Теперь сижу, сижу… Снимите, пожалуйста… Высоко…
Не говоря ни слова, Иванов подошёл к шкафу и помог девушке спуститься. Почувствовав твёрдую опору под ногами, та невинно похлопала глазками и с притворным смирением выдохнула, потупив взор:
– Фрол Карпович, чай будете?
– Нет. Благодарствую, – прогудел шеф, изо всех сил стараясь остаться серьёзным.
– Я всё же чайник поставлю. Если передумаете – скажите, – благонравно почти пропела Маша, положила лоскутик на край одеяла и поспешно ушла в кухню, где, сжав до боли зубы, с остервенением начала мыть руки, не жалея моющего. По локти вымыла, трижды, а потом с ненавистью достала печенье из шкафчика и принялась жевать, чтобы не разреветься от досады.
В комнате же сотрудники Департамента Управления Душами отходили от недавнего зрелища.
– Нескучно ты живёшь, Иванов… – рассудительно молвил шеф, подхихикивая. – И часто она у тебя по мебелям лазает?
– Бывает, – Сергей был хладнокровней удава. – Обычное дело. Или паутину убирает, или вон, – он ступнёй прикоснулся к одеялу, – за порядком следит.
Ожидавший, что друг начнёт нелепо защищать домохранительницу и уже предвкушающий веселье призрак расстроился. Ему хотелось посмеяться, позубоскалить на забавную тему, а тот пошёл по принципу всепризнания, чем разом сбил удовольствие.
– При мне впервые, – заметил Швец, не пряча расстройства от неудавшейся юморной перепалки, где он отводил себе роль циничного обличителя.
– Ничего. Успеешь насмотреться, – срезал Сергей напарника, раскусив его неудавшийся замысел.
– Я с вами в дом для умалишённых попаду раньше срока, – прыснул начальник. – Чисто скоморошье воинство… На чём мы остановились?
Приподнятое настроение Фрола Карповича не обмануло напарников. Оба выбросили Машкины закидоны из голов, заставив разум вернуться в деловое русло. Почуяли – сейчас начнётся карательная часть разговора. И не ошиблись.
– Вспомнил! Кости где? – ласково, медоточиво поинтересовался боярин у подчинённых.
О чьих именно костях идёт речь – уточнять не понадобилось.
– Устанавливаем, – на одном дыхании выпалил призрак, соображая, что ему рапортовать дальше.
Отобразившаяся на лице шефа вся гамма недоверия к столь обтекаемому ответу не укрылась от инспекторов. В воздухе запахло… не грозой, а расправой. Той, что сродни легендарному избиению младенцев.
– Есть намётки, – эхом вторил напарнику Иванов, невольно расправляя плечи и выпячивая грудь для лихости образа.
– Когда установите? – совсем уж приторно-сладко уточнил босс, хитро щурясь. – Или до следующей Пасхи кругами ходить будете?
– Я-а… м-нэ… э… – заблеял Антон, не в силах придумать достойный ответ.
– Три дня, – зажмурившись от собственной смелости в установлении сроков, рубанул с плеча Серёга, словно в ледяную прорубь бросился. – Должны успеть.
Внимание руководства сконцентрировалось на самозваном герое.
– Почему три? – уточнил Фрол Карпович, не меняя тона.
– Вы больше не дадите, – угрюмо признался тот, разом подрастеряв всю браваду.
– Не дам, – бодро согласился шеф, ухмыляясь в бороду. – Верно подметил.
– А намётки действительно есть. Насколько в масть – не знаю, честно говорю. Не успели отработать.
– Ты серьёзно? – слащавую приторность сменило неподдельное удивление. – Успел за ночь да день? Скажешь?
– Нет, – что-то прикинув, признался инспектор. – Рано ещё докладывать. Проверить бы надо. Если не срастётся – будем дальше искать.
Теперь на бородатой физиономии Фрола Карповича отобразилось понимание, а взгляд переместился на Швеца.
– Понял, дурень? Вот дружок твой, хоть и бабник, и ведьм почти всех перепортил, что покраше (Иванов возмущённо засопел носом в ответ на грубый, беспочвенный поклёп), а не спешит начальству очи замыливать брехнёй неправедной. Головой думает, за языком следит, – и ударил Тоху по больному. – Это тебе не на службе напиваться!
– Да что я… – на грани истерики выкрикнул отчитываемый.
– Да ничего, – осадил его шеф. – Выпил пива, понимаю. Жарко, жажда, на холодненькое потянуло. Ругать не буду…
В комнате воцарилась театральная пауза, призванная нагнать страху на подчинённого. Получалось не слишком эффективно. Залётчик морщился, закусывал губу в ожидании приговора за «пьянство», однако голову держал гордо и взгляда не отводил. Напарник тоже помалкивал, готовясь к защите друга в случае слишком строго наказания.
Насмотревшись на несломленного Антона, бородатый гость категорично продолжил:
– Но накажу. Бранить тебя – что воду в ступе толочь. Одно расстройство и сотрясание воздуха… Ты у нас Печатью защиту больниц от бесов и прочей нечисти по ночам подновляешь?
– Так точно! – на армейский манер гаркнул призрак.
– А по выходным?
Глаз у Швеца задёргался в предчувствии беды – Иванов сразу заметил.
– Нет. По выходным, если возможность есть, отдыхаю.
– Во-от, – печально согласился боярин. – Вся дурь от безделья. Потому велю тебе все субботы и воскресенья в течение месяца помогать дежурному по Очереди. Усопших опрашивать, сведения всевозможные собирать. Искупать проступок будешь в поту и радении… Не сомневайся, вышибу я тебе из башки страсть к зелью косорылому да пьяному.
Против ожидания, Антон на полученное взыскание не отреагировал никак, чем очень расстроил руководство. Наверное, призрак внутренне был готов к более тяжким карам и отмену выходных на месяц склонялся рассматривать как привычный по земной жизни вариант усиленного несения службы, а не что-то катастрофическое.
Раздосадованный Фрол Карпович, быстро догадавшись о своём педагогическом промахе, поспешно добавил, для усугубления:
– Вдругорядь попадёшься – вместо зелена вина и пива этого вашего будет тебе одна вода на год. Не менее.
Швец вздрогнул. С ним уже нечто похожее случалось в самом начале знакомства с Сергеем. Тогда тоже в качестве наказания шеф сделал так, что любой спиртной напиток во рту превращался в обычную воду не самого лучшего качества. Будто из-под крана пьёшь, с привкусом хлорки. Вспомнил – словно второй раз в персональном аду побывал. До мурашек пробрало.
Но отвечать он ничего не стал, стоически принимая неизбежное.
Не обращая больше внимания на проштрафившегося подчинённого, боярин вспомнил о домовой, зычно прощаясь и непривычно выдавливая из себя похвалу:
– Пора идти… Спасибо тебе, Маша! Помогла ты нам! Очень помогла! И… не серчай за то… там… в кустах.