"Фантастика 2024-1" Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
Разобравшись с резинками, Маша пристроила пластмассовую коробочку со светодиодами поверх шапочки.
– Крест давай…
Реликвия немедленно ткнулась ей в ладонь. Покрутив увесистый металл в руках и зажав четырёхконечный символ веры наподобие кастета, исследовательница выдохнула, пару раз присела, разминая ноги и безбоязненно спрыгнула в бетонный короб.
Отошла в сторону. Парни спустились следом.
Дышать внутри было решительно невозможно. Пришлось зажимать руками носы, втягивать воздух исключительно ртами, прогоняя подступающую с каждым вдохом тошноту и с ужасом осознавать, что запах тухлятины чуть ли не к зубам прилипает.
Щёлкнул переключатель налобника, камеру озарило неживым, белым светом, ярко освещая серые, в грязных разводах и матерных надписях, стены.
– Не наврал торгаш, – просто чтобы не молчать и разрядить и без того мрачную атмосферу, заметил Швец. – Ишь, как лупит, будто прожектор на вышке…
Попытка смягчить обстановку осталась незамеченной.
– Куда? – деловито поинтересовалась кицунэ. – Вправо или влево?
Посмотрев на одну стену, из которой выходили трубы, потом на другую, в которую, после непонятных инженерных изгибов с вентилями, они прятались, Иванов предложил:
– Давай влево. Там чище. Не нужно по жиже идти.
Нестерпимо воняющая слизь, тоскливо растёкшаяся на полу, будто понимавшая, что говорят сейчас о ней, булькнула лопнувшим пузырём. Сильнее вонять не стало, а вот отвращения к ней у троицы добавилось.
Как домовая пролезла между труб – осталось загадкой. Раз – и нет её. Мелькнуло что-то, без грохота, без кряхтения, и всё. Швец поначалу глазам своим не поверил. Подошёл к отверстию лотка, на глазок измерил зазор между железяками – меньше локтя. Тут и ребёнку не протиснуться. Озадаченно крякнул, посмотрел на друга – Серёга молчал, полностью сконцентрировавшись на темноте лотка. Собранный, напряжённый, готовый ко всему, с горящей на правой руке Печатью. Призраку стало страшно. Буйная фантазия начала подкидывать отвратительные картинки про тех, кто живёт «в темноте». И не важно, что их в природе не существует. Сам факт заставлял до дрожи в коленках переживать за маленькую домашнюю нечисть, ползущую где-то там, среди позабытой всеми отопительной системы родом из давно канувшего в Лету государства.
Отойдя в сторону от «входа» от коммуникации, он на всякий случай зажёг свою Печать, прикрыл глаза и стал вслушиваться. Казалось, так будет лучше, дальше слышно происходящее под землёй. Почему – Антон и сам не знал. Но помогало.
Вернулась Маша минут через десять. Молча выбралась из лотка, молча уставилась в бетонную стену. Вся в пыли, роскошный лисий хвост грязный, глаза округлены до предела. Руки у кицунэ дрожали. Яркое пятно от не выключенного налобного фонаря тоже мелко тряслось. По замурзанным щекам катились слёзы.
– Что? Что там такое? – принялся теребить её Иванов. – Ты почему не отвечаешь?
– Да погоди ты, – отодвинул друга в сторону призрак. – Не видишь – не в себе наша умница. Подожди немножко…
Антон оказался прав, шоковое состояние у Маши закончилось быстро. Несмотря на всю свою доброту и милую девичью впечатлительность – по своей натуре она была довольно крепкой и волевой особой. Просто пользовалась этими качествами редко, предпочитая не справляться с эмоциями, а давать им выход.
Сделав несколько глубоких вдохов, чрезвычайно критично окинув себя взглядом и брезгливо смахнув с рукава кусок паутины, кицунэ вытерла слёзы тыльной стороной ладони и тихо, с нескрываемой горечью в голосе сообщила:
– Нашла.
– Что нашла? – уточнил Сергей, быстро щёлкнув переключателем налобника, когда привлечённая к дознанию повернулась от стены к нему и резкий свет резанул в глаза. – Ты в порядке? – последовал несколько запоздалый вопрос.
– Я в порядке. Там… там помещение. А в нём кости. Много.
– Давайте-ка наружу выбираться, – предложил не потерявший головы от переживаний Швец. – На свежий воздух.
Возражений не последовало. Вся троица с облегчением покинула тесное, вонючее помещение. Закрыв за собой дверцу, инспекторы закурили, благовоспитанно стараясь выпускать дым в сторону от домовой, обессиленно усевшейся с краю плиты, накрывавшей приямок с трубами.
– Держи, – девушка протянула крест владельцу. – Не понадобился…
– Спасибо, – зачем-то поблагодарил Иванов, принимая реликвию и пряча её в карман.
– В общем, нашла я, где нежить обитала, – по-прежнему тихо заговорила Маша. – Там, если забраться поглубже, между лотками щель есть. За ней – пустота. Я полезла посмотреть… Ниже метра на полтора комнатка оказалась, в ней одна стена, кладка… обвалилась. От времени… Старое там всё. Земля тоже просыпалась. Дыра получилась. Сунулась посмотреть – а там кости. Много… Человеческие…
У Сергея от таких новостей волосы начали вставать дыбом.
– Выход из этого склепа куда ведёт? – вовремя вмешался с конструктивом призрак.
– Нет выхода. Во всяком случае, я не увидела. Если бы дыра не образовалась – ничего бы и не нашлось… Во вторую сторону лезть будем? – морщась, заставила себя уточнить кицунэ.
– Обойдёмся! – решимость, с которой напарник озвучил относительно неправильное, в общем то, решение, заставило Швеца прикусить язык. Он как раз собирался плавно прояснить этот момент и склонялся к мысли, что исследование на пятьдесят процентов может принести лишь половину пользы.
Согласно кивнув, не стесняясь присутствующих, Маша достала из-за пазухи смартфон, немного полистала вкладки и протянула аппарат экраном к друзьям.
– Я видео сняла.
Оба, не сговариваясь, уставились на подрагивающую картинку.
… Видно плохо. Свет рваный, прыгающий, то вправо, то влево (кицунэ, похоже осматривается). Бурый, старинный кирпич стен с белёсыми разводами, липкая земля в самом низу изображения, похожая на вход в нору после сильного дождя.
Кирпичи медленно приближаются, открывая небольшое помещение
Картинка сдвинулась в сторону пола. Поначалу понять ничего нельзя. Налобник хоть и отрабатывает свою задачу, однако из-за трясущегося смартфона видео получается нечётким, размытым.
Глубокий, обречённый вздох оператора. Съёмка стабилизировалась.
Пол покрыт землёй. Неравномерно, где-то больше, где-то меньше. Выглядит сухо. Привычного для старых подвалов мусора в виде пустых бутылок или выцветших пакетов нет. Исключение – тёмные, непонятные лохмотья тут и там. От чего – не разобрать. Камера Машкиного смартфона не самого лучшего качества.
И кости, черепа, и снова кости… Много. Сколько – не понятно. Всё перемешано, серое, многое виднеется лишь частями, остальное прячет грунт, попадавший сюда во время паводков – других объяснений придумать не удалось. Останков плоти нет. Части скелета… тов… будто полированные. Такие картинки с раскопанных скотомогильников иногда особо придурковатые личности в погоне за популярностью выкладывают…
От увиденного Иванову стало душно, пришлось оттянуть ворот водолазки и сделать несколько глубоких, с присвистом, вдохов. Антов зло сплюнул в кусты.
… Камера сработала на увеличение, попытавшись крупно, с детализацией передать содержимое найденного склепа. Череп… рёбра… торчащая почти вертикально, крупная на общем фоне кость… Пикселей аппарату не хватило, но оно и к лучшему. Фрагменты тел выглядели неумело нарисованными, словно из старой компьютерной игры и оттого воспринимались легче.
В очередной раз дёрнувшись, изображение повернулось на сто восемьдесят градусов, продемонстрировав арочный потолок из того же кирпича, в углу угадывался небольшой проём наподобие лаза в погреб. Лестница отсутствовала…
На этом съёмка оборвалась.
– Фигасе… – только и смог выдавить Швец, судорожно шаря по карманам в поисках сигарет.
– И не говори, – подтвердила кицунэ, опуская руку со смартфоном. – Они же мне теперь по ночам сниться будут.
– Маш, – неизвестно в какой раз за сегодня сгорая от стыда, попытался оправдаться Серёга за себя и за напарника, – мы не знали…