Warhammer 40 000: Отверженный (СИ)

– Отлично! Надеюсь, мы скоро увидимся снова! Единственное… давайте я перед уходом оставлю больным ещё немного воды. Ибо, признаюсь честно, в последнее время, у меня не частно возникает возможность сделать поистине доброе дело и было бы приятно отправиться в путь точно зная, что на этот раз это получилось.
– Конечно, иди за мной и ты сделаешь даже больше, – ответил отце Зейн, после чего мы прошли напрямую к больным и раненым.
  
Там он взял с табуретки чашу, и я, сняв флягу с пояса, помог ему напоить нескольких человек. После чего мне пришлось прилаживать её обратно, но, в этот самый момент, внимательный взгляд священника метнулся туда, где у меня было прилажен стаб-револьвер. Я ведь всё время носил оружие таким образом, чтобы под плащом оружие было вообще не видно, а в другие моменты оно не привлекало лишнего внимания, но тут открыл кобуру взгляду.
– Вижу ты уже обзавёлся серьёзным оружием, – заметил священник, когда мы покинули больных, после чего продемонстрировал, что у него под рясой в кобуре покоится автопистолет и добавил. – Пойми меня правильно, и не подумай будто я лицемерен или глуп настолько чтобы не замечать опасностей этого места. Однако, я считаю своим долгом серьёзно поговорить с тобой и об этом. Ты ведь меня понимаешь?
– Эм… конечно, – рассеяно ответил я, ещё не понимая того, к чему ведёт отец Зейн.
– Пожалуйста, честно ответь на вопросы, которые я задам тебе. Зачем тебе это оружие? Как ты его раздобыл? Приходилось ли тебе пускать его в ход? Если да, то с какой целью.
– А… кажется я понял о чём вы говорите, – с улыбкой заметил я, после чего быстро и не без смеси гордости с облегчением ответил. – Оружие мне нужно для того чтобы защитить себя. В первую очередь, от тех опасностей, которые поджидают собирателей вне поселения. Хотя, если придётся, то здесь я его тоже использую для самозащиты, да и в случае охоты не погнушаюсь применить. Добыл я его честно. Можно сказать, выменял по частям и привёл в порядок собственными руками. И, нет. Я ещё ни разу не стрелял.
– Славно, славно... но, в любом случае, я бы хотел поведать тебе о том, что в этом месте многие предпочтут высмеять или оставить при себе. Предупредить о том, что убийство — это большая ответственность. И хотя наш Бог-Император призывает всех нас защищать себя и близких, а также искоренять ереси и колдовство, я всё равно считаю, что он бы никогда не одобрил убийство человека, которое будет совершено из низких мотивов или сиюминутных побуждений. Поэтому призываю тебя всегда думать о том, стоит ли жать на курок. Ты меня понимаешь?
– Да... вы не хотите, чтобы я стал чудовищем ещё и внутри. Пожалуй, я и сам этого не хочу. Особенно после того, как встретился с вами и чудом прибился к Гарму. Вы ведь оба, как мне кажется, хорошие люди и хорошие пример для меня, но... разве можно что-то обещать в таком месте? – ответил я, после чего тепло попрощался с отцом Зейном и, прибывая в глубокой задумчивости, отправился восвояси.
  
Глава 10. Вторая вылазка.
 
Впрочем, неважно насколько глубокими и долгими могли оказаться те размышления, к которым меня подтолкнул столь необычный разговор, ведь подготовка нашей бравой четвёрки к выходу уже была окончена. Поэтому взяв с собой все возможные инструменты, а также необходимые припасы, мы двинулись к выходу из поселения, который вёл в тёмные туннели – место, где задумываться о жизни и философствовать на тему смерти было слишком опасно.
Вскоре после этого мы миновали ворота и вступили на путь к первому укрытию, не встретив никаких препятствий к тому, чтобы покинуть пределы поселения. Однако, дальше всё стало намного сложнее и чуток интереснее. Притом первое касалось лишь меня одного. А всё из-за того как ответственно и интенсивно Главный проверял и испытывал меня на протяжении первого отрезка пути. 
Частенько Гарм то отправлял меня беззвучно преодолевать несложный участок пути, оставаясь под наблюдением членов группы, то требовал издали изучать и описывать местность или какие-то ориентиры, которые затем рассматривал сам.
Или давал любое другое задание, к которому располагала окружающая обстановка.
Думаю, всё это делалось из-за того, что Гарм посчитал нужным убедиться в усвоении мною обширного опыта первой вылазки, после которой прошло много времени. Действительно много, ведь быстро стало понятно, что некоторые куски мозаики затерялись в глубинах моей памяти, после продолжительного периода сытой и спокойной жизни, но, благо, тренировки помогали вернуть их на места, хотя и требовали траты времени и сил.
Таким образом мы немного задержались в дороге и до укрытия добрались с часовой задержкой. Следовательно, все четверо устали заметно больше, чем можно было ожидать. Однако, всем разом захотелось обсудить начало вылазки и сделать это до того, как мы заберёмся в по-настоящему опасные тоннели. 
– Поверить не могу в то, что ты не заставил его стрелять по тем слизнякам. Это хотя бы могло быть весело, в отличии от наблюдения за тем, как мальчишка крадётся по кучам мусора и трубам, – начал Зек, по привычке доставая палочку лхо, но тут же убирая её обратно в пачку, на полпути вспомнив о том, что характерный запах быстро разнесётся по всем окрестностям. 
– «Отличный» план. Я его всю дорогу значит учу действовать тихо и осторожно, а тут должен был приказать достать пушку и начать палить во все стороны? – спросил Главный.
– Так всё равно этим закончится, Гарм! Ты доверил таскать револьвер мальчишке на побегушках, а значит он неминуемо начнёт палить в самый неподходящий момент! – уверенно заявил наш взломщик, после чего как бы невзначай предложил. – Отдай-ка ты его пушку на время вылазки кому другому. Ну хоть бы и мне.
– И откуда столько наглости спросил Ярн? – после чего припомнил Зеку прошлое. – Особенно учитывая факт того, что у тебя бы свой собственный стаб-револьвер был сейчас в кобуре, если бы не пришлось отдавать его Химу в счёт долга! Так что не лезь к чужому добру!
– Ты между прочим ту изукрашенную винтовку, с которой здесь впервые оказался, тоже сам отдал, – ответил Зек и подмигнул, мол знай наших.
– Совсем дурак? Я её отдал в обмен на еду, которая нам всем жизни спасла. Потом ещё и все патроны на топливо сменял. А ты это со своим позором сравниваешь? – козлорогий с искренним удивлением уставился на Зека, забыв возмутиться от такой наглости.
– Хм… да пофиг уже на всё это. Ты мне лучше про другое сейчас поведай. Чего ты постоянно на стороне этого мальчишки, когда мы с ним спорим? Ещё и помогаешь ему со всякими сомнительными делишками.
– Зек… я понимаю, что тебе эта концепция недоступна, но всё равно попробую объяснить, –взяшись левой рукой за голову начал Ярн. – Это не я ему постоянно помогаю, это мы друг друга то и дело выручаем. Без всякого выставления счетов и фразочек из разряда, услуга за услугу. Например, он мне штопает дыры на одежде или затачивает нож, а я его сопровождаю на Меновую площадь.
– Не, – неожиданно вышел из задумчивости и прервал игнорируемый им до этого спор Главный, после чего вынес вердикт. – Пушка остаётся у Хаса. По крайней мере до тех пор, пока я верю в то, что он не натворит с ней глупостей. Ведь это его и только его вещь. Неважно насколько он мелкий, но, зато, важно то, что он из тех ребят, которые рано взрослеют и команды всегда нормально выполняют. Однако, если я хоть на минуту почувствую, что опасения Зека не напрасны, то револьвер переходит к Ярну. Все поняли?
– Ага… говорю же, я не о себе волнуюсь, – пробурчал Зек.
  
– На мой взгляд вполне разумно, – высказался Ярн, довольный тем что вопрос был решён, да ещё и в его пользу.
После чего все поглядели на меня так, будто я мог бы пойти против против всего отряда.
– Чего вы на меня так уставились? Главный решил, вы поддержали, а я постараюсь сделать так, чтобы до этого не дошло.
На том и порешили, после чего остаток привала разговаривали о мелочах или наоборот в деталях обсуждали план вылазки, ну и заодно возможные маршруты. А когда отдых подошёл к концу, то мы снова двинулись в путь, но теперь практически не разговаривая и общаясь преимущественно жестами.