Белая как снег

Черт подери.
Мунк так странно смотрел на нее.
Там, на траве.
С каким-то восхищением, но и с сомнением тоже.
Е-мое, да кого я вообще взял на работу?
И она прекрасно его понимала.
Без сомнений.
Телефон снова запищал, и она выключила звук. Опять неизвестный номер. Наверняка снова журналист.
Она себя не контролировала. Как зверь, оскалив зубы, защищалась до последнего. Но надо было, конечно, дать ему уйти, чтобы избежать всего этого цирка. Но она уже не могла остановиться.
Подув на чай, Миа попыталась сосредоточиться на стенах.
Она перевесила фотографии.
Как в тумане, вчера вечером.
Внизу все самое важное.
Связи.
Они же должны были лежать тут, верно?
Где связь между всем этим?
Два мальчика в Швеции.
Оливер и Свен-Улуф.
Избранный – Оливер.
Потому что он во вкусе преступника.
Но как?
Где он познакомился с ним?
Рубен и Томми.
Избранный – Рубен.
Тут данных больше – какой-то мужик обнаружил себя, пытаясь заставить одноклассников убитых помочь ему.
Выдал себя за другого?
Когда это случилось?
С Хельмером он тоже так сделал.
Ладно, не думай об этом сейчас.
Это ты уже знаешь.
Он должен был общаться с обоими.
Был знаком с ними.
Связь.
Где же эта связь?
Ладно.
Животные.
Окурки.
Откуда у него эти окурки?
Школа искусств?
Надо вернуться в школу.
Поговорить с учениками.
Глаза опять стали закрываться, чашка чуть не выпала из рук – пришлось поставить ее на пол.
Ну давай уже, блин, Миа.
Она шлепнула себя ладонью по лицу. Пошла в ванную и подставила голову под кран, вернулась в намокшей футболке, но почему повсюду туман? Она с трудом различала фотографии на стене, телефон замигал, она даже не смогла проверить, кто это. Свинцовые веки медленно опускались, Миа укутала замерзшее тело в плед и в конце концов сдалась и уснула.
Она не знала, сколько проспала, но вряд ли долго. Солнце по-прежнему бросало тени на стены и на Патрика Улссона, стоявшего в дверном проеме с двумя стаканами кофе из кафе и обеспокоенным взглядом.
– Все нормально?
Он шагнул к свету в комнате. Мие было видно только его силуэт. Голова болела, а тело не понимало, зачем его разбудили, хотелось уснуть снова.
– Что?
– У тебя все нормально? Я просто зашел. Взял тебе кофе. Хочешь, чтобы я ушел?
Она овладела собой, медленно выныривая из бездны, взяла остывший кофе из рук Патрика и села повыше в кресле.
– Нет-нет.
– Уверена?
– Да, все нормально. Я просто немного устала.
Откинув плед в сторону, она неспешно поднялась на ноги – комната все еще плыла перед глазами.
– Я могу вернуться попозже, – сказал Патрик. – Главное, чтобы ты поправилась. И хорошенько отдохнула.
– Нет-нет, – пробормотала Миа, с трудом доковыляв до стены с отобранными ею фотографиями, и показала на них пальцем.
– Вот здесь, – тихо произнесла она. – Здесь разгадка. Если мы найдем связь между этими двумя снимками, найдем и его.
Он подошел ближе. Миа слышала его дыхание, но все еще не могла его разглядеть и опустила голову вниз, когда вновь почувствовала сильную слабость. Он положил ладонь на ее руку, и вскоре Миа, сидя в кресле, оказалась у открытого окна под пригревающими лучами солнца, подставив лицо свежему воздуху.
– Сейчас мы не будем работать, – донесся голос силуэта. – Тебе надо отдохнуть.
– Нет, я…
– Да, я настаиваю. Ты что-нибудь ела?
Она медленно покачала головой.
– Но Миа, нельзя же так. Тебе нужно есть. У тебя есть продукты, чтобы я приготовил тебе что-то? Или закажем готовую?
Она пробормотала что-то нечленораздельное и вяло показала на кухню.
– Скоро вернусь, – сказала тень, медленно исчезая на солнце, когда телефон опять замигал.
Длинный номер.
Шестьдесят один?
Кто это, черт бы его побрал?
Она слышала, как на кухне открылся кран, полилась вода в чайник, как хлопнула дверца холодильника и Патрик достал приборы из ящиков.
Телефон затих и зазвонил снова.
Шестьдесят один?
Наконец она поддалась любопытству, нажала на зеленую кнопку и осторожно приложила телефон к уху.
 
– Алло?
Еле слышный голос, видимо, он далеко.
– Это Миа Крюгер?
– Да.
– Вы из полиции Норвегии?
– Да. С кем я говорю?
Ее голос звучал так, будто шел не изо рта.
– Меня зовут Вильфред Хансен. Я звоню, поскольку вы недавно приходили на мою старую работу. С фотографией моей лисы.
– Вашей лисы?
– Вы говорили с моей бывшей начальницей, Добров, в институте, верно?
До Мии стало доходить.
– Да, да, конечно, а вы?..
– Я тот самый докторант, который всех разочаровал и уехал в Австралию, да. Нина послала мне вашу фотографию лисы и спросила, знаю ли я что-нибудь. И да, я знаю. Эта убитая лиса – моя. Моя особенная подруга. Лиза. Неужели кто-то мог сотворить с ней такое…
До Мии донеслась издалека неразборчивая ругань.
– Ага, – сказала Миа, немного взбодрившись.
– Что вы хотели узнать?
– Я искала территорию ее обитания. – Миа встала на ноги. – Надеялась, что на ней был активный чип, чтобы найти место, где она была убита.
– Чипа у нее не было, – сказал студент.
– Это я уже знаю. Обидно.
– Но я знаю, где ее нора.
– Правда?
Миа доковыляла до подоконника, взяла ручку и лист бумаги.
– О да, я точно знаю, где она живет. Точнее жила. Я бывал там множество раз. Почти что мой второй дом. Знаете, иногда лисы кочуют, даже на многие мили, но не Лиза. Она всегда держалась поблизости от дома. Всегда. Поэтому мы с ней и подружились. У меня есть потрясающие фотографии с ней и лисятами, хотите посмотреть?
– Очень хочу, – ответила Миа. – Где, значит, ее нора?
– В Олсбюгде. У озера Вассброа, знаете, где это?
– Нет, не знаю.
– Не проблема, у меня есть GPS-координаты. Его невозможно пропустить.
– Сколько ехать от Осло?
– Часа полтора, если не будет пробок.
– Сможете прислать мне на почту координаты и фотографии?
– Конечно.
Миа положила ручку и продиктовала ему адрес.
– Надеюсь, что помог вам.
Она уже почти не слышала его.
– Очень помогли, большое спасибо.
– Всегда пожалуйста.
Миа засунула телефон в карман штанов и нетвердыми шагами пошла в коридор.
– Ты куда?
Патрик вышел к ней с пакетиком супа в руках.
– Я нашла лису.
– Что?
– Ту убитую лису, я знаю, где ее нора.
– Но?..
– Нет, мы едем туда. Сначала на Марибуэсгате, взять машину. У тебя есть права?
– Ну-у-у да.
– Хорошо. Обувайся.
70
Людвиг Гренли работал за своим столом, поглядывая на Анью, которая после планерки не произнесла ни слова, что было крайне на нее не похоже. Обычно она болтала без умолку, в основном сама с собой или со своими мониторами – поначалу Людвига это раздражало. Раньше он сидел в кабинете один, в тишине и покое, но вскоре ему стала нравиться эта девочка, и теперь он уже не представлял себе работу в ее отсутствии.
– Давай я помогу тебе с?.. – начал он, но она подняла руку.
– Тс-с, я думаю.
– Да, конечно.
Она улыбнулась и показала рукой, будто застегивает губы на молнию. Впервые коллеги поменялись ролями. На столе зажужжал телефон Грёнли, и он удивился имени на дисплее.
– Привет, Миа, как ты?
– Что? А. Хорошо. Слушай, где мне взять машину?
– Какую машину?
– Ну, одну из служебных, как мне получить ее?
– Они стоят в подземном гараже. Ключи внутри. Ты же знаешь код от двери, да? Такой же, как и в офис. Но ты же должна была?..
Но Миа уже пропала.
– Вот же черт, – пробормотала Анья, сняв очки.
– Что такое? Могу помочь?
– Не думаю, я просто пытаюсь вспомнить.