Белая как снег

Да и не очень-то он в них нуждался. Ему и одному было неплохо.
– Слушаю.
Парень за прилавком вырвал Фредрика из этих мыслей.
– Фредрик Риис, полиция, – представился Риис, показав свое удостоверение. – Я могу поговорить с управляющим?
– С Лайлой? – неуверенно произнес парень, вытерев пот со лба под козырьком форменной кепки.
– Если она управляющая, то да.
– Ее сейчас нет.
На мгновение над заляпанным прилавком повисла тишина.
– Хорошо, а когда она придет?
– Этого я не знаю.
Снова тишина, и за спиной Фредрика раздался звон колокольчика – кто-то вошел в кафе.
– Вы что-то будете?
– Нет, но у меня есть к вам пара вопросов. Поможете мне?
– Э-э, ладно, – официант почесал щеку. – Но у меня клиенты…
– Уверен, они немного подождут. Речь идет об автомобильной аварии на вашей парковке, которая случилась несколько недель назад. Вы случайно не работали в тот день?
– Работал.
– Вы видели, что случилось?
– Нет, я только слышал удар. Вы по поводу того мальчика, да?
– Да.
– Мне всегда казалось это странным, – сказал парень, покачав головой.
– О чем вы?
– Отец никогда не брал его с собой сюда.
– Они часто здесь бывали? Всей семьей?
– Нет, только отец и сын. Но паренек всегда сидел в машине.
– Может, в этом и нет ничего странного, как считаете? Отец покупает еду, а потом они вместе едят…
– А, нет, – перебил его парень. – Он всегда покупал только себе.
– Отец?
– Да.
– Каждый раз?
– Э-э, у меня же не будет проблем, да?
– Нет, почему вы так решили?
– Ну вы знаете, разговор с копом, все такое…
Достав из кармана тряпку, парень, не глядя на прилавок, стал протирать его.
– Совершенно никаких проблем не будет. Я видел у вас на улице камеры, случайно не удалось записать произошедшее?
Официант покачал головой.
– Они не работают. Стоят только для виду.
– О’кей, а номера этой Лайлы у вас нет?
– Нет.
– Как это нет? У нее нет телефона?
Тут парень замялся.
– Спросите, могу ли я показать вам кое-что на улице, – тихо сказал он, снова проведя тряпкой по прилавку.
– Что?
Парень кивком показал на дверь и произнес вполголоса:
– Ладно, ладно, но только быстро, меня клиенты ждут.
Положив тряпку на плечо, он вышел из-за прилавка и пошел к двери, качая головой.
Группа молодежи за столиком в углу расхохоталась.
– Извините, не хочу без зубов остаться, – осторожно произнес парень, когда они вышли на улицу и завернули за угол. – Копы тут не в почете, если вы понимаете, о чем я.
– Понимаю, – кивнул Риис. – Так значит, это произошло здесь?
– Да. Тут была припаркована машина, и черт его знает как, в нее вдруг врезалась другая, ехавшая прямо по траве с Гамлевейен.
Парень показал.
– Тут такое было. Полиция, пожарные, эвакуатор и хрен его знает кто еще, нам пришлось закрыться – люди не могли пройти к нам. В конце концов спасателям пришлось вырезать его из машины.
– Кого, Рубена?
– Так его звали? Бедный пацан.
– А что вторая машина, просто исчезла?
– Насколько я знаю, да.
– А эти камеры не работают?
– Не, я же уже сказал, они просто для виду. Но…
– Что?
Парень огляделся и подошел на шаг ближе к Фредрику.
– Не хочу быть стукачом, который помогает копам, и все такое, но на вашем месте я бы навестил Крюппеля, он живет вон в том сером доме.
Он осторожно кивнул в сторону одного из домов на другой стороне улицы.
– Крюппель?
– Да, он чудной. Но у него есть камеры.
– Правда?
– Он редко выходит на улицу. Говорят, у него паранойя с тех пор, как его однажды избили дома, и теперь у него повсюду устройства безопасности – ну, знаете, сигнализация там, куча камер. Их даже отсюда видно…
Парень кивнул в сторону дома, когда один из посетителей кафе высунул голову в окно.
– Можно заказать бургер, Кевин? Или ты там дрочишь своему новому дружку?
Из открытой двери раздался смех.
– Крюппель, – повторил Кевин и поспешил обратно в «Гриль».
У Рииса, севшего за руль «Ауди», зазвонил телефон. На другом конце послышался тихий голос Мунка.
 
– Это Мунк, ты звонил?
– Да, где ты?
– Мы у дома Филипа Петтерсена. Он только что вернулся. Сейчас будем заходить. У тебя что-то срочное?
– Нет, это может подождать.
– О’кей, – сказал Мунк и пропал.
Крюппель?
Кажется, он уже слышал где-то это имя.
Положив телефон в карман пиджака, Фредрик Риис вставил ключ в замок зажигания.
17
Мунк вошел в офис на Марибуэсгате, 13, испытывая небольшие угрызения совести, но они быстро прошли, когда он увидел молодую девушку через стеклянную стену маленького углового кабинета. В первый же рабочий день Мунк нагрузил ее по полной программе, но, судя по виду новенькой, это нисколько ее не расстроило. Она подвинула стол в самый угол, убрала стул и компьютер подальше от стен и полностью облепила их листами А4, бумажками и фотографиями, аккуратно расположив их рядом друг с другом. Отсюда Мунку не было видно ее систему, но в ее наличии сомнений не было. Миа тихо шептала что-то сама себе, меня фотографии местами, закрывала лицо руками, потом вдруг бросалась к стене и возвращала обратно только что поменянное.
Мунку пришлось дважды постучать в дверь, прежде чем Миа заметила его присутствие.
– Я тебя отвлекаю?
– Да, – сказала она.
Закрыв рот рукой, Миа полуоткрытыми глазами уставилась на фотографии на стене, словно пытаясь их оживить.
Мунк улыбнулся ее ответу. Ну как можно не полюбить эту девочку? С таким миропониманием. Она абсолютно равнодушна ко всяким формальностям. Словно в ее реальности действовали ее собственные правила.
Мунка это очень взбодрило, и настроение начало подниматься. Бесполезная поездка к Петтерсену злила его весь обратный путь, но теперь раздражение стало уходить, пока он с любопытством наблюдал, как Миа в очередной раз перевешивала снимок.
– Это значит, что мне лучше оставить тебя одну?
– Э… чего?
Она бросила рассеянный взгляд на него и будто бы опять удивилась его присутствию.
– Да нет, я просто…
Миа еще мгновение постояла, уставившись взглядом голубых глаз в стену, как будто хотела поймать что-то невидимое, и, наконец оставив попытки, с тихим вздохом вернулась в реальность.
– Получается?
– Что? А, нет…
Проведя рукой по волосам, она слегка покачала головой.
– Мне кажется, многое здесь довольно очевидно, но есть и моменты посложнее, да…
Сняв пальто, Мунк оперся спиной о стену.
– Расскажи мне о своих предположениях.
– Ладно, – кашлянула Миа и подошла к одной из групп фотографий.
Заяц. Лиса. Снимки со всех ракурсов, многие из них он раньше не видел – видимо, Миа попросила доступ к материалам следствия у Людвига.
– Животные, – сказала она, повернувшись к начальнику. – Думаю, я поняла, как он расположил их.
– Вот как?
– Помните дневник одного из мальчиков? Жертвы в шведском деле?
Сняв со стены лист бумаги, она протянула его Мунку.
– Это строки из дневника, который был опубликован. Завтра будет полнолуние. Я боюсь Волка.
Она быстро подошла к снимкам зайца и лисы и показала пальцем на оба.
– Я не совсем улавливаю…
– Волк? – повторила она, снова посмотрев на фото животных. – Вам не кажется, что…?
– Что?
Мунк слегка улыбнулся.
– Тебе придется договорить.
– А, сорри. Если он считает себя Волком, то все сходится, правда?
Она быстро ткнула пальцем в голову зайца.
– А это?
Лиса.
До Мунка медленно стало доходить, к чему она клонит.
– Заяц с лисой – это добыча? Для волка? Это ты имеешь в виду?
– Именно.
Она с триумфом улыбнулась.
– Добыча. Это слово я никак не могла подобрать. Он нам показывает ее, видите? У вас была кошка?