Elden Ring: Своя концовка (СИ)

Раненный нечестным орудием Гай, чувствуя, как истекает кровью, с ужасом уставился на появившуюся альбинорку, без лишних слов оседлавшую его кабана!
И тот почти не сопротивлялся, лишь удивлённо рыкнув, начав той что-то говорить редкими рыками и повизгиваниями.
Латенна слабо засмеялась, похлопав кабана по шлему.
— Раз наш король решил призвать меня, дабы успокоить тебя, то жизни твоей половины ничего не угрожает.
  
Всеми силами старающийся пошевелиться полководец застыл, уставившись на мрачного полуголого ненормального.
Он совсем перестал понимать, что происходит.
«К-король?»
Ещё один босс пал.
Земля под ногами задрожала, заставив всех, кроме невозмутимого Кости, на миг застыть.
И ещё один босс пал.
* * *
Гости не могли не удивить графа. Пусть в последнее время их пустынный, мёртвый даже на фоне мёртвого внешнего мира регион заметно оживился, приняв в себя множество довольно уникальных личностей, за которыми было крайне интересно наблюдать, первосвященник и подумать не мог, что кто-то найдёт его старый, забытый звёздами собор.
Случайность? А может быть, гости целенаправленно искали его? Это было не так важно.
Граф попытался улыбнуться как можно дружелюбнее. Это давалось тяжеловато: он крайне редко встречал новых разумных. Если бы не пара сестёр, служивших ему, высока вероятность, что он уже совсем забыл бы, как выражать эмоции.
— Что ж… Гости редко к нам захаживают. Я Имир. Добро пожаловать в Манус Метир.
Выражение лица высокого мужчины, не озаботившегося одеждой, оставалось полностью безразличным и даже усталым. Он явно не горел желанием находиться здесь, что немного печалило графа.
С другой стороны, выражение лица миниатюрной иллюзии чародейки, умостившейся на плече мужчины, было заметно более живым и настороженным. Она подозревала его и…
К несчастью, небезосновательно.
С другой стороны, прямо скажем, и сам Константин с Селенной были не менее подозрительными.
— Константин, можно просто Костя.
— Меня зовут Селлена!
Первосвященник про себя ухмыльнулся: даже тон гостей отличался. Если тон мужчины нёс в себе лишь безразличие и усталость, то женщина была заметно более любопытной.
Граф слабо засмеялся, делая и без того не самую дружелюбную атмосферу ещё более жуткой.
— Я рад гостям. Встретить кого-то в этих безлюдных землях — небывалая удача.
Имир замолчал, опустив голову, над чем-то задумавшись, после чего вновь поднял взгляд на гостей. Его улыбка стала ещё чуть более жуткой.
— В честь нашего знакомства, я хочу подарить вам скромный подарок.
В руках чародея возникли странное ожерелье и карта. В обычном случае ни один нормальный и даже ненормальный человек не стал бы что-то так просто брать от жуткого первосвященника, но Константину об этом забыли сказать.
Мужчина безразлично подошёл к графу, приняв подарок.
— Карта не нужна.
— Хо? — заискрились любопытством глаза графа. — Ты уже знаешь предназначение ожерелья, Константин?
Значит, его гости и впрямь пришли к нему не просто так!
Его сил не хватало, чтобы самому добраться до руин. К превеликому сожалению, руины слишком хорошо охраняли кое-какие… существа. Существа, которым было плевать на его уловки, которые могли появиться перед ним в любой точке пространства, грозясь высосать жизнь.
Ни его верные слуги, ни он сам не могли приблизиться к руинам. Возможно ли…
На этот раз ситуация была другой?
— Да.
— Говорят, тот, кто активирует колокол, вверит свою судьбу звёздам. Ты веришь в это?
— Звёзды влияют на судьбу, но это не значит, что судьба принадлежит звёздам, Имир, — подала голос Селлена, прищурившись. — Моё существование — подтверждение этому.
— Ты чародейка блестящих камней, Селлена? — ласково улыбнулся Имир. — Знаешь ли ты нашу истинную природу?
Миниатюрная иллюзия женщины заинтересованно вскинула брови. И граф был рад проявленному любопытству.
Первосвященник поднял взгляд на старый потолок собора.
— Давным-давно мы были звёздной пылью, что образовалась после мощного взрыва в бездонной глубине небес. Мы тоже дети Великой Воли. Разве это не чудо? Не поэзия в чистом виде?
— Мы связаны со звёздами, но это не делает нас их рабами, — улыбнулась Селлена. — Однажды мы, падшие дети звёзд, засияем так же ярко, как и прежде.
— Ты довольно самоуверенна, Селлена, — беззлобно засмеялся граф. — Разделяет ли спутник твои мысли?
Селлена не стала говорить, что именно благодаря спутнику и поверила в это. До встречи с мужчиной она и сама думала, что влияние звёзд на судьбу практически безгранично, и лишь сильнейший из полубогов был способен косвенно сдерживать их незримое, бесконечно далёкое влияние.
Но оказалось, что звёзды могли лишь ограниченно направлять их. И не более. Если появится тот, кто сможет противиться воле звёзд и сам уподобится им, то судьбу можно было изменить до неузнаваемости.
И всё же, женщина с удовольствием послушала бы, что думал сам Погасший.
Любопытные взоры чародеев остановились на Косте.
Скажем честно, Погасший догадывался, что всё закончится именно так. К несчастью, Константин не разделял настроя философствующих чародеев, ответив более понятным себе образом:
— Рабство закончится в тот момент, когда ты увидишь у рабовладельца полоску здоровья.
«А?»
Чародеи удивлённо уставились на мужчину. Селлена явно что-то поняла, звонко засмеявшись, когда как граф очевидно не мог похвастаться знанием весьма… специфической терминологии, уже захотев попросить объяснений, но…
Благодать подхватила Погасшего, унося прочь. Граф только и успел, что удивлённо уставиться на место, где только что был Погасший.
— Куда он…
Зрачки чародея сузились, он до треска сжал ручки кресла.
На краю сознания он услышал. Не мог не услышать потусторонний звон колокола. Воистину прекрасный звон, незримо прокатившийся по всему Царству Теней.
— Его судьба сияет столь яр…
Имир не успел договорить, вновь услышав звон колокола. На этот раз — другой.
Осознание того, что только что сделал Погасший, не успело дойти до графа.
Он услышал третий, последний звон колокола, от которого грудь чародея болезненно сжалась. Мужчина поднялся, едва не споткнувшись об своё милое дитя, игравшееся во тьме, выбежав на улицу.
Вместе с окончанием ритуала небо ненадолго очистилось от вуали, открыв истинный вид звёзд. Можно было подумать, что неожиданно наступила ночь. Звёзды. Граф не видел их слишком давно.
— Этот вечер — предвестник великой ночи…
Земля под ногами задрожала. Граф почувствовал, как частичка воплощения самого космоса где-то глубоко под землёй пробудилась. И к ней уже пришли.
Тело первосвященника неконтролируемо задрожало, он закрыл уши, попытавшись избавиться от потустороннего, мерзкого, отвратительного воя, проносящегося сквозь пространство, после чего…
Всё закончилось.
Граф поднял безучастный взгляд на появившуюся перед ним невозмутимую фигуру, чьи золотые глаза сейчас сияли ярче любой звезды.
Имиру стало стыдно, что он понял всё настолько поздно.
— Ты стал для своих слуг звездой [294]. Повлияй на их судьбу и подари им свободу. Восславь Солнце.
Миниатюрная Селлена, серьёзно прищурившись, подняла руки к Солнцу.
Костя обернулся, видя быстро приближающуюся мечницу в чёрном.
Йолана, так и не добежав до Погасшего, успела замахнуться мечом лишь на рассыпающиеся частицы благодати.
— Граф, что про…
Мечница удивлённо уставилась на заплакавшего графа, поднявшего руки к Солнцу.
  
Проекция Кости, провалившись на десятки километров от жуткого собора, оказалась на одном из многочисленных горных пиков, встав у самого края.
Селлена удивлённо опустила взгляд в пропасть.
— Я думала, что ты сразу развеешь проекцию. Разве тебе не тяжело находиться одновременно в стольких местах?