Elden Ring: Своя концовка (СИ)

Он мог совершить многое.
— Ты прав, — сурово произнёс Костя, спрятав в одному ему понятное место железяку. — Обойдёмся без парирований и перекатов.
Девушки одновременно ахнули.
Рывок!
Годфри только и успел, что выставить свой топор, воспользовавшись им как щитом, но…
Топор треснул, не выдержав голого кулака перекаченного противника, врезавшись прямиком в могучую грудь Первого повелителя Элдена.
  
Тот отлетел, прокатившись по земле несколько метров, впрочем, прямо на лету вцепившись рукой в камень, замедлив полёт.
Наступила тишина.
Первый повелитель Элдена медленно поднялся, сжимая подрагивающую руку с тем, что только что было его верным топором. Оружием, которое он пронёс через бесчисленные битвы.
Оружие, что вот так просто было уничтожено.
Первый король ничего не выражающим взглядом уставился на обломок топора, откинув его. Тот с громким, оглушительным звуком упал, подняв пыль.
Константин и Годфри встретились взглядом потных трайхардеров.
— Вот и всё…
Голос Первого повелителя Элдена был обманчиво спокойным, но любой бы, кто услышал его, мог бы сказать, сколько ярости в нём было вложено. Ярости и вместе с тем признания.
Раз Константин решил драться как настоящий воитель, то как он мог отказать ему?
Сдерживающий ярость товарища зверь проявился в материальности, зная, что его ждало.
В конце концов, он давно стал продолжением тела Годфри [272]. Смерть первого короля значила и его смерть. В этой же битве…
Вероятнее всего, смерть так или иначе была неизбежной. Они оба это понимали.
— Ты сослужил добрую службу, Серош…
Константин ничего не выражающим взглядом смотрел за тем, как первый король схватил могучими руками верного товарища, после чего…
Начал буквально отрывать его от себя. По пространству раздался болезненный вой.
«Будние дни тёмного фэнтези», — констатировал невозмутимо мужчина.
Тело прошлого короля было измазано кровью давнего товарища. Верх упал, открывая вид на могучую грудь воителя.
Поддавшись моменту, Константин рукой и сам сорвал с себя верх, брутально открыв грудь. Мелина с ужасом уставилась на порванную одежду.
«Он же мог её просто убрать в своё подпространство! Бок так старался!..»
Впрочем, кажется, и сам Погасший осознал поспешность своих действий, странно покосившись на откинутую тряпку.
Его внутренний трайхардер слишком поддался моменту потного противостояния.
Годфри, разделяя чувства Кости, подняв голову, завыл громче любого дикого зверя, полностью раскрывая звериную сущность, всю ярость, что подавлял в нём Серош.
Нет. Теперь это был не Годфри, а тот, кем он был с самого начала.
— Довольно я осыпал тебя милостями. Теперь я буду сражаться как Хоара Лукс! Воитель!
Старый король вытянул руки, на огромной скорости побежав на Погасшего.
Константин же, не став избегать атаки, побежал на Первого повелителя в ответ.
Два мужчины, воплощая собой хардкорную брутальность, вцепились друг в друга, подпрыгнув в воздух на десятки метров, после чего пулей полетели вниз.
Взрыв!
Ни Ренни, ни Мелина, ни Селлена не могли уследить за битвой. Они видели лишь мелькавшие перед Древом фигуры, обменивающиеся могучими ударами, сотрясавшими землю.
Мужчины совсем не защищались, голыми телами принимая удары друг друга. Брали друг друга в захваты, пинали друг друга, создавая вокруг всё больше и больше разрушений. Это была самая грубая, самая жестокая схватка Кости за всё время, лишённая какой-либо красоты или изящества.
Лишь грубая сила, лишь сила чистого перекача рунами, без применения каких-либо привычных механик.
Ещё во время битвы с Морготтом самое сердце власти повелителя находилось в ужасном состоянии, но теперь…
Теперь своеобразная арена напоминала одни сплошные руины.
Правда, совсем не по состоянию «арены» можно было определить ход поединка, а по внешнему виду двух воинов.
Окровавленный с ног до головы Хоара Лукс выглядел уставшим, тяжело дыша. Его тело было покрыто многочисленными ранами, что пусть и заживали прямо на глазах, совсем не спешили полностью пропадать.
Раны же на теле Константина затягивались столь быстро, что по нему в принципе нельзя было сказать, что он получил хоть какой-то урон.
Даже дыхание Кости оставалось таким же спокойным и размеренным, будто бы он и не сражался вовсе. Ни малейшей одышки, ни стекающего пота — ничего этого не было.
Как бы Погасший себя не ограничивал, сама его физиология с первого дня нахождения в Междуземье неуловимо отличалась. И чем больше он фармил — тем заметнее было это отличие.
На лице Кости промелькнула горечь.
— Я… я вижу… — хрипло засмеялся Хоара Лукс. — Не вини себя, отважная Погасшая душа… Мы закончим это одним ударом…
Костя кивнул.
Первый повелитель Элдена закричал, со всей оставшейся силой бросившись на Погасшего.
Тот, закричав не менее громогласно, бросился на противника в ответ.
Удар!
Мелина закрыла уши, чувствуя, как ударная волна умудрилась достать даже до нематериальности. Грубая сила, выходящая за любые рамки нормальности.
Девушка открыла глаза, сняв капюшон.
— Битва окончена… — вздохнула Мелина.
В очередной раз поднявшаяся пыль осела, открыв вид на крепко стоящего на ногах Костю, с грустью стоящего напротив умирающего первого короля. В его груди была дыра, ставя крест на любом сражении.
— Отважная Погасшая душа… Такая сила делает честь любому правителю… О Марика, моя королева…
— …
Костя не стал говорить, что не считал её вайфу. Как и не стал напоминать о том, кем королева считала первого короля: всего лишь груда мускулов, могущественный воин, чья цель была приносить Древу Эрд победы.
И сам Годфри прекрасно понимал своё положение, впрочем, всё равно не желая отпускать Богиню.
Глаза короля закрылись. Лишь напоследок они блеснули странным светом, заставив Костю на миг поморщиться, словно ему в сознание попыталось что-то проникнуть, но…
Безуспешно. Чужеродная энергия, смешанная с рунами короля, была уничтожена прежде, чем успела что-то сделать, а остатки — поглощены маленьким солнцем внутри Константина.
Приятно удивлённый мужчина улыбнулся. Судя по всему, злой маленький мальчик то ли хотел передать привет, то ли одним махом решить с ним проблему.
Как жаль, что в игре к DLC не было такой подводки [273].
Хоть где-то его внутренний учёный ум (лоровед) получил столь интересующие его ответы.
Погасший перевёл взгляд на проявившихся Мелину, Селлену и Ренни.
— Правильно ли я поняла… — неуверенно произнесла Мелина. — Ты… ты пока не собираешься отправляться к королеве?
Девушке хотелось, чтобы мужчина как можно скорее проник внутрь, окончательно избавив её от навязанного долга. Но, очевидно, Погасший не слишком спешил.
Костя покачал головой, переведя взгляд на Древо. С такого расстояния, дойдя до определённого порога казуальства, он теперь точно мог сказать, что настоящее Древо сгорело давным-давно и перед ним была иллюзия. Настолько реалистичная, что уже практически ничем не отличалась от настоящего Древа.
— Не хочу без полной уверенности в остальных квестах лишний раз провоцировать штуку внутри. Для начала нужно закрыть парочку квестов. Лишь затем я отправлюсь внутрь Древа.
«Штуку внутри?»
Кажется, этот вопрос одновременно возник у всех вайфу. Естественно, первым делом они подумали про королеву, но затем…
Поняли, что он имел в виду что-то ещё.
Но что конкретно?
Видя выражение лица Мели-Мели, мужчина улыбнулся, приобняв девушку.
  
— Я быстро решу этот вопрос. Мне и самому не слишком хочется отправляться в Царство Теней.
Пустое, пусть и красивое DLC, сделанное из обрубков разных идей и концепций. Внутренний учёный ум (лоровед) Кости хотел плакать кровавыми слезами. Но ему всё ещё нужно было посетить его, чтобы в будущем избежать лишних проблем для вайфу.