Желанная и вероломная

Придется написать братьям и молить Бога, чтобы письма» до них дошли. Надо объяснить им, почему она вдруг оказалась в самом сердце Конфедерации.
Конечно, не стоит вдаваться в подробности; она, пожалуй, опустит эпизод с ужином у президента и миссис Дэвис.
Хотя Джереми, возможно, понял бы ее.
Келли взбила подушку и снова попыталась заснуть. Снизу доносились смех и громкие голоса. Черт бы побрал этого Дэниела! Ну что ж, судя по всему, они не смогут выехать рано утром.
И пусть не приходит! Пусть не заявляет о своих правах!
Вспомнив о сладком экстазе, охватившем ее у ручья, она закусила губу, поскольку не забыла также и о том, как быстро спустилась с небес на землю, увидев выражение его лица. Не любовь увидела она, а вожделение. О прощении он и не думал.
Ну и не надо! Она его не предавала. Ей хотелось только понимания и доверия.
Келли повернулась на другой бок. Пусть только посмеет прикоснуться к ней! Она будет сопротивляться изо всех сил.
Однако после свадьбы с его стороны даже попытки к сближению не было. Он лишал ее возможности высказать все, что она думает о его супружеских правах!
Наконец ее сморило. Далеко за полночь вернулся Дэниел.
Проснувшись, она поняла, что он спал с краю, по другую сторону от Джарда. На подушке виднелась вмятина от его головы, Простыни еще хранили тепло его тела.
Он был уже в брюках и надевал белую хлопковую рубашку.
— Вставай. Я хочу выехать пораньше.
Выехали они в повозке, но на первом же сторожевом посту их предупредили, что по главной дороге движется отряд янки.
Дэниел решил, свернув с дороги, пробираться лесными тропами на коне.
Все свои немногочисленные пожитки они оставили в повозке, в том числе и прекрасное белое платье с красными вышитыми цветочками.
Келли не могла бы объяснить почему, но ей было безумно жаль свой свадебный наряд.
— Не хватало еще, чтобы из-за платья мы попали в руки янки! — фыркнул Дэниел.
Она пожала плечами.
— Это вы, сэр, выросли в богатой семье и привыкли носить красивые вещи. А мне жалко.
Да, платье было ей дорого. Это было первое элегантное платье за всю ее жизнь. И к нему так шли туфельки, подаренные ей Вариной Дэвис!
Ладно, она переживет. Келли с Джардом на руках уселась позади Дэниела на гнедого жеребца.
Проезжая лесными тропами вдоль реки, они наткнулись на развалины двух больших домов. В одном из них еще сохранилась лестница, которая теперь вела прямо в синее небо. Камерон долгое время глядел на развалины тяжелым взглядом и только потом двинулся дальше.
И вот теперь их взорам открылся Камерон-холл во всей своей красе.
Дэниел наконец облегченно вздохнул.
— Вот он, дом, — произнес он и пришпорил коня. Не доезжая ярдов пятидесяти. Камерон спешился и, крикнув:
— Кирнан! Криста! — побежал по дороге.
Не прошло и нескольких секунд, как двери главного входа распахнулись. Придержав коня, Келли увидела, как навстречу Дэниелу выбежали две женщины.
Брюнетка и рыжеватая блондинка.
Обе женщины были молоды, свежи и очень миловидны.
И обе, несомненно, очень любили Дэниела. Келли вдруг почувствовала себя здесь чужой. Женщины по очереди целовали и обнимали его, а он приподнял и закружил обеих. Все они смеялись и что-то без умолку говорили, сияя от счастья.
Конь медленно приближался к дому. Келли нерешительно натянула поводья.
И тут ее заметила блондинка.
Келли с испугом взглянула на нее. Все-таки она здесь чужая.
Но белокурая женщина улыбнулась ей широкой приветливой улыбкой и остановила свой взгляд на свертке в ее руках.
— Ребеночек! — воскликнула она — Дэниел, ты привез ребеночка!
Спустившись по ступеням, она моментально пересекла газон и подбежала к Келли.
— Добро пожаловать! Я Кирнан Камерон, невестка Дэниела.
— Здравствуйте. Я Келли… — Она не договорила, запнувшись, поскольку еще никогда не произносила своей новой фамилии. Впрочем, ей не пришлось ничего объяснять.
— Келли моя жена, — сухо представил ее Дэниел с верхней ступеньки лестницы.
— Жена?! — охнув от неожиданности, переспросила брюнетка. Однако сразу же взяла себя в руки. — Чудесно! Так, значит, это твой малыш, Дэниел? А ведь ты был дома перед Рождеством и ничего не сказал…
 
— Криста! — быстро перебила ее Кирнан, вовсе не смутившись от услышанного. А вот Келли, как ни старалась, неловкости скрыть не смогла. Щеки у нее так и пылали. — Давайте-ка поможем Келли слезть с коня, — проговорила Кирнан с лучезарной улыбкой. — Дэниел всегда был мастером устраивать сюрпризы!
Камерон-младший подошел к коню и поставил жену на землю.
— Осторожнее! — испуганно крикнула Кирнан.
— Не беспокойся. Мы уже освоились в дороге, — откликнулся Дэниел.
Кирнан немедленно протянула руки к малышу:
— Можно?
Не дожидаясь ответа, она схватила кроху и откинула пеленку с лобика.
— Какие мы красивые! — восхитилась Кирнан и широко улыбнулась молодым супругам. — Боже мой, Дэниел, в этом ребенке сразу узнаешь Камерона, хотя он совсем еще маленький.
Келли, сколько ему сейчас? Месяца два?
— Да, около того, — ответил за нее Дэниел.
— Какое сокровище! — заворковала Кирнан.
— Но, Дэниел, ты ничего не сказал о жене прошлой осенью… — начала было Криста и, покраснев, замолчала.
«Ну конечно, — подумала Келли, — теперь им обеим стало ясно, что мы с Дэниелом поженились значительно позднее, чем был зачат ребенок».
— Боже мой, какая же я плохая хозяйка! — всплеснула руками Криста. — Вы столько времени были в пути и, наверное, очень устали.
— И проголодались, — добавила Кирнан, — н умираете от жажды. Дэниел, проводи свою жену в дом. — Она тут же пояснила Келли:
— Мы, конечно, все, что могли, отдали на нужды армии, но нам все-таки повезло. У многих наших друзей сожгли дома, но сюда янки пока не добрались. Видимо, они обходили нас стороной, потому что мой муж — янки, но это уже совсем другая история. Входите. Оставь коня, Дэниел, Джиггер обо всем позаботится.
Кирнан с малышом на руках повела Келли за собой.
— Наверное, мой деверь долго здесь не задержится? — В голосе ее чувствовались искренность и тепло, и Келли оттаяла.
— Наверное. Он спешит вернуться в полк.
— Что ж, в таком случае надо сделать все возможное, чтобы это время вы провели как можно приятнее. Мы с Кристой не станем вам надоедать. Ладно, все по порядку! — Она распахнула двери в дом.
Келли ступила в просторный холл. Расположенная в центре великолепная лестница вела на второй этаж, в галерею с фамильными портретами. У стен холла стояли кресла с вышитыми подушками а массивная двустворчатая дверь в глубине холла вела на заднее крыльцо, откуда открывался вид на реку. Эта дверь сейчас тоже была распахнута настежь. Келли успела разглядеть сквозь нее розарий за домом.
— Джейни! Джиггер! — крикнула Кирнан.
Тотчас распахнулась дверь слева, и из нее вырвался крошечный сгусток энергии в коротких штанишках.
— Мама!
— О Господи, — рассмеялась Кирнан, подхватывая мальчика на руки.
Келли стояла как громом пораженная: она как будто увидела своего сынишку таким, каким он будет через год.
— Джон Дэниел, — сказала Кирнан, — это твоя тетя Келли. И твой двоюродный братик. Как его зовут?
— Джард, — отозвалась Келли.
— Вот. Твой кузен Джард.
— Кирнан, его пока совершенно не интересует никакой кузен, — вмешался в разговор подоспевший Дэниел. Он подхватил на руки брыкающегося мальчика и подбросил его в воздух, отчего малыш залился радостным смехом. — Боже мой, Джон Дэниел, как ты вырос! Джесс давно его не видел? — спросил Камерон-младший у Кирнан.
Она кивнула.
— С Рождества. Мы обсуждали с ним возможность моего переезда в Вашингтон, но он знает, что я никогда не привыкну к той жизни, да и у Джесса не будет времени навещать меня. — Она немного помолчала. — Я слышала, что он вернулся в Виргинию и сейчас передвигается вместе с армией Мида.