Тайны государственных переворотов и революций
Серьезной проблемой в русском царствующем доме являлся и вопрос о наследовании престола. Царица родила подряд четырех дочерей, а по законам империи престол передавался исключительно по мужской линии, поэтому наследником был объявлен родной брат царя Михаил. Николай недолюбливал брата и постарался отстранить его от государственных дел. В 1900 году, когда Николай заболел и врачи не исключали летальный исход, группа вельмож с благословения властолюбивой Александры Федоровны составила заговор: в случае смерти императора короновать пятилетнюю царевну Татьяну, назначив регентшей царицу. К счастью, Николай выздоровел, а в июне 1904 года родился наследник Алексей; но, увы, это счастливое событие оказалось омраченным тяжелым наследственным заболеванием — гемофилией. В 1915–1916 годах у Николая появились сильнейшие сердечные боли, причинившие его окружению немало беспокойств. Случись с царем смертельный приступ — и кто бы оказался на престоле? Неуравновешенная царица с больным сыном? Ведь Михаил Александрович к этому времени практически выбыл из игры: он сам не стремился к власти, да и брак с дважды разведенной дочерью адвоката свел его шансы на престол почти к нулю.
В этих условиях в высших кругах России усилилась борьба за власть. Наиболее активно действовали четыре группировки, условно могущие быть названными «распутинской», «великокняжеской», «масонской» и «генеральской». Они были, конечно, неформальными, и никакой бюрократической документации в них не велось. Из всех только «распутинская» основывала свои планы на продлении царствования Николая II, остальные три работали на его свержение.
О Распутине сейчас написано много, но мы остановимся на бесспорных документах — письмах императрицы царю. Они изобилуют запросами по самым разнообразным военно-политическим проблемам, которые никак не могли быть интересны малограмотному «старцу». Похоже, Распутин находился под влиянием каких-то очень умных, но ненавидевших Россию людей. Кто же были кукловоды Распутина? Его личный секретарь Аарон Симанович? Банкир Рубинштейн? Манасевич-Мануилов? Вряд ли. Скорее, это только агенты-связники.
Действия этих кукловодов (их в тогдашней прессе именовали «темными силами») столь явственно проступали в деятельности Распутина, что вызвали бурю возмущения даже в высших эшелонах власти и в известной мере легализовали деятельность заговорщиков, которые могли планировать переворот под предлогом устранения Распутина. В сущности, весь романовский клан, включая императрицу-мать, выступил против Распутина, и к 1916 году отношения Александры Федоровны с семьей мужа накалились до предела. Дошло даже до того, что мать великого князя Кирилла Владимировича, беседуя с председателем Государственной думы М. В. Родзянко, как-то обронила: «Надо ее уничтожить!» — «Кого?» — спросил Родзянко. — «Императрицу!».
«Великокняжеская» группировка находилась в постоянном контакте с «генеральской» и «масонской». Так, в середине декабря 1916 года тифлисский городской голова вел переговоры о военном перевороте с великим князем Николаем Николаевичем, командовавшим Кавказской армией. Великий князь, сделав ряд оговорок, высказался все-таки в пользу этого заговора, направленного против Николая II.
Убийство Распутина 17 декабря 1916 года во дворце родственника царя князя Юсупова, в котором, кроме самого хозяина, участвовали великий князь Дмитрий Павлович и лидер монархистов Пуришкевич, подробно описано в той версии, которую хотели преподнести убийцы. Ситуация же была несколько иной. Главные цели заговора гораздо шире, чем просто убийство Распутина.
О его масштабах свидетельствует и перехваченное письмо княгини Юсуповой, адресованное великой княгине Ксении Александровне с сожалением, что в тот день (17 декабря) «не довели дела до конца и не убрали всех, кого следует…».
Николай, получив телеграмму Александры об исчезновении Распутина, бросил ставку в Могилеве и экстренно приехал в Царское Село. По-видимому, царю удалось подавить заговор «великокняжеской» группировки. Из Петрограда началась массовая высылка… великих князей: Дмитрий Павлович отправился на персидский фронт, Николай Михайлович — в свое имение Грушевку в Херсонской губернии, Кирилла Владимировича командировали в Мурманск, Бориса Владимировича — на Кавказ…
Наиболее таинственной была «масонская» группировка, в которую, помимо самих вольных каменщиков, условно включим и контролируемые ими политические партии. Масоны тщательно скрывали свою деятельность как от полиции, так и от левых организаций. Все, что противоречило требованиям строгой конспирации, было изгнано из обихода русских лож; так, например, упразднялось ведение протоколов заседаний и вообще любое письменное делопроизводство. Масонские одеяния и украшения после «реформы 1908–1909 годов» также были исключены. Формально масоны называли своей целью объединение «всех прогрессивных элементов в борьбе против самодержавия» и считали свою организацию вне- и надпартийной. В руководство «масонской» группировки входили лидеры конституционных демократов, социал-революционеров, социал-демократов (меньшевиков) и т. п. Загадкой остаются связи масонов с большевистским руководством. Среди руководителей масонов были Керенский, Коновалов, Некрасов, Бланк, Брауно, Штернберг, в том числе меньшевики — Чхеидзе, Скобелев, Прокопович и Кускова.
К 1917 году в масонской организации в России насчитывалось всего около 300 человек. Масоны не стремились расширять состав своих лож, предпочитая качество количеству. Они планировали провести захват власти, опираясь не на волю народа (путем голосования или бунта), а в результате внедрения своих людей на ключевые посты в политических партиях и структурах власти.
Зимой 1913–1914 годов возникла военная группа масонов. У истоков ее стоял генерал А. А. Свечин; кроме него туда входили генералы В. Гурко, А. Крымов, Н. В. Рузский, а также шеф жандармов В. Ф. Джунковский.
Военные специалисты не могли не видеть, что поражения русских войск как в 1904–1905 г., так и в 1914–1917 годах в основном вызваны некомпетентностью высшего руководства страны. Многочисленные устные и письменные обращения военных к царю ничего не давали. Наконец, вмешательство императрицы и Распутина в дела армии лично оскорбляло многих генералов.
Постепенно формируется генеральская оппозиция.
От невинных разговоров о любви к отечеству легко перейти к безобразиям в снабжении армии и к личности Распутина, еще шаг — и возникают вопросы «что делать?» и «с чего начать?».
Возник «железнодорожный» вариант переворота, разработанный некоторыми думцами (Гучков) и военными (генерал Крымов). Царский поезд постоянно курсировал между ставкой и Царским Селом, где находилась императрица. Планировалось захватить его в пути — и заставить царя отречься от престола прямо в вагоне. В заговоре участвовали только офицеры, солдаты же части, осуществлявшей захват, ничего не должны были знать. План оказался довольно сложным, и реализовать его в первоначальном варианте не удалось. Тем не менее генералитет ухитрился все гвардейские полки (традиционную опору царской власти) отправить на фронт. А подавляющее большинство войск Петроградского гарнизона составляли запасные батальоны, которыми в основном командовали так называемые офицеры военного времени — бывшие студенты, инженеры, преподаватели. Вполне естественно, что они не жаждали попасть на фронт и не симпатизировали самодержавию.
Провал «железнодорожного» заговора заставил либеральные буржуазные круги (тайно руководимые масонами) готовить новый вариант переворота. На 14 февраля 1917 года планировалось устроить массовое шествие рабочих и студентов к Таврическому дворцу — месту заседаний Государственной думы, с требованием сформировать «ответственное министерство». Но этот вариант не прошел, так как накануне демонстрации охранка провела превентивные аресты членов рабочей группы Военно-промышленного комитета, и манифестация не состоялась.
Через 9 дней, 23 февраля, в Петрограде в различных частях города начались хорошо организованные демонстрации. Военные власти действовали нерешительно, точнее, играли в поддавки. К примеру, вывели морально неустойчивых резервистов на подавление беспорядков. Причем офицеры сами приказывали солдатам переходить на сторону рабочих. Интересно, что положение рабочих и солдат в других городах России было гораздо хуже, чем в столице. Но если в 1905 году наиболее активные вооруженные выступления против самодержавия проходили в Москве, Одессе, Новороссийске при сравнительной пассивности Петербурга, то в феврале 1917 года восстание ограничилось лишь столицей. Ситуация на фронте и в тылу 23–25 февраля ничем не отличалась от таковой 23–25 января того же года.